Чтение онлайн

Паша: Сначала я с Майком познакомился, не с его творчеством. Вообще, я не знал, кто он такой, мне сказали, что есть такая группа - «Зоопарк», говорят, что очень хорошая группа

Корр.: Ты тогда учился во ВТУЗе?

П: Я уже закончил ВТУЗ, когда услышал об этой группе. Вот когда он у меня на улице Композиторов появился, вот тогда и у слышал. У соседки Ольги и услышал. Она сказала, что ей кто- то сказал, что есть такая группа «Зоопарк» - хорошая, прямо вообще, полный атас и все. А кто и что, я даже и не знал, имени «Майк» даже не слышал тогда Это был конец 82-го года.

К: Так значит, это Шебашов Майка привел?

П: Да, так же, как и нас.

К: А какое впечатление на тебя Майк произвел?

П: Отличное просто: очень мне понравился, как человек, ну фазу же просто. К: А чем понравился-вот он пришел с Шебашовым..

П: Его сразу же ко мне на кухню привели, как водится, ну и давай выпивать. Шебашов ему лекцию прочел - вот здесь, мол, туалет, здесь -ванная, это - Оля, это - Паша, здесь у них, мол, нечто вроде коммуны… Майк с солидным видом кивал, осматривал все, а Шебашов рядом, как экскурсовод какой, хи-хи. Ну, налили, выпили, все отлично. Нет, ну у Майка вид такой был., действительно, солидный, серьезный такой

К. А как это все оплачивалось?

П: Юраня всем распоряжался. Вообще, интересно было все устроено - были два брата больших, забыл фамилию, у меня где-то записано. Ходили они с повязками - то ли дружинники, то ли что-то вроде этого. Вот. На дверь комнаты, где Майк играл, повесили табличку - «Закрыто. Вечер», а Юраня всех обходил и теребил, чтобы ему сдавали все по два рубля, даже с меня снял. Ну, я думаю - ладно, дал ему два рубля… Что там склоку устраивать.

К: А разговоры были о дальнейшем вашей сотрудничестве?

П: Нет. Я уже потом стал звонить Юране, Шебашову, узнавать майковский телефон, потом позвонил Майку, напомнил ему, кто я…

К: А как ты считаешь - он ответственно подходил к квартирникам?

П: Очень ответственно подходил. Всегда строго приезжал во время и без всякой халявы играл. Наиля готовил, чтобы тот нормально подыгрывал. Один раз только он переусердствовал с алкоголем и позабыл все тексты напрочь. Потом долго извинялся.

К: Ты считаешь, ему очень мешали напитки, или это, так сказать, входило в его имидж? Питие я имею в виду.

П: Ну, питие… Не он же один. А кто тогда не выпивал?..

К: Нет, ну мне, например, это мешает - я не могу совмещать работу с выпивкой - либо одно, либо другое.

П: Нет, ему это не мешало. Ну, можно, конечно, упиться совсем - тогда это любому помешает…

К: Ну, а меру свою он, как это называется, знал?

П: Да, пожалуй что, знал. Ну, а дальнейшее знакомство… Я позвонил ему, он сказал - подъезжай, мол, ну, я приехал, поговорили, потом я ему еще концерт сделал, к Наилю вместе на день рождения ходили, ну, так все ближе и ближе общались. После третьего концерта он сказал, что ему у меня очень нравится, что это идеальное место для квартирников, и вообще все в кайф. И вообще, говорит, я к тебе очень хорошо отношусь… Это его слова были.

К: А какие у вас с ним были точки соприкосновения - вот, к примеру, музыку ведь вы несколько разную слушали - ты - Цеппелин и проч., а он совсем другое…

П: Да, у него вкусы по-рок-н-ролльнее… Но для нас-то он всегда был учителем, учителем рок-н-ролла…

К: Учителем в музыке или учителем вообще?

П: Сначала, конечно, в музыке, а потом… Он же - хранитель традиции, понимаешь? Я у него даже манеру говорить на какое-то время перенял, да и не только я. Все мы у него учились.

К: Ты работал на заводе каждый день по восемь часов. Ты не завидовал образу жизни Майка?

П: Я всегда завидовал. Ну, то есть, как, понимаешь, дело-то не в этом. Я мог такой вариант провернуть - уйти с работы да и все, тоже - сторожем, или, там, в кочегарку… И Майк мне, кстати, говорил, и Цой - чего ты, мол, давай в Камчатку… Я даже и с начальником один раз договорился. Но у Майка ведь было свое дело - музыка, а у меня такого дела не было, я бы, конечно, развлечение себе нашел, но ведь это не то…

К: А как ты считаешь, Майк освобождал себе время для творчества, или… Или просто лень ему было каждый день работать, или еще что-то?

П: Вообще-то творчеством можно заниматься, и работая на заводе - это же все в голове происходит. Он просто не мог быть в этой системе. Она же гробит человека.

К: А на твой взгляд, например, в Америке или какой-нибудь другой стране, смог бы он ходить на работу каждый день - от звонка до звонка?

П: Мне кажется, нет, не смог бы. У него другое отношение к жизни было. Его бы там тоже в конце концов задолбало.

К: Ты ездил с «Зоопарком» на гастроли, скажи - они много репетировали, готовились?

П: Я ездил с Майком в Челябинск в составе фестиваля «Рок-акустика» (1990) и могу повторить его любимую фразу: «Пусть репетируют те, кто не умеет играть». Все именно так и было. И Наиль даже это здоровое раздолбайство у «Зоопарка» перенял.

К: А сверхзадачей его гастролей что было - деньги, реклама, удовольствие или что-то еще?

П: Ну, деньги, конечно, это была насущная проблема - Майк ведь, ты знаешь, человек был очень небогатый. И квартирнички тоже - подспорье для него… Правда, он мне ни разу не звонил и не говорил - давай, мол, квартирник сделаем, а то денег нет. В отличие, кстати, от Цоя и даже Башлачева - те частенько просили подработать. А у Майка какой-то чистый интерес был. Он мог отказаться от выгодных концертов, если ему что-то не нравилось - город, устроители или еще что…

К: А как тебе его квартира?

П: Ну, квартира-то - полный кайф, конечно. Отъявленная коммуналка.

К: А он не прилагал усилий для того, чтобы переменить обстановку?

П: У него, по-моему, были кое-какие возможности для этого, то ли к родителям переехать, не знаю… А в эту коммуналку к нему все любили ходить, кто только мог. И на работе у него хорошо было - туда тоже все ходили. Я раз даже заночевал там на полу…

К: Как ты считаешь, Майк мог бы в этой стране стать звездой -раскрученной, хорошо оплачиваемой?