Шрифт:
Ночной разговор
Простой гроб, обитый красной тканью, полностью соответствовал незамысловатой обстановке комнаты, в которой стоял на двух табуретках. Две немолодые женщины прилегли на раздвинутый диван. На стульях сидели светлоголовая девушка и черноволосый, с сильной проседью мужчина. В темноте горела свеча. Атмосфера была тихой и светлой – такой же, какой была бабушка, покинувшая этот мир в девяносто девять лет.
– Пусть отдохнут, – показал мужчина на уснувших женщин. – А мы с тобой посидим, покараулим.
– От кого мы будем их охранять, дядя Керре?
– Не их, Аленка, – бабушку. Мало ли кто тут крутится. Это, конечно, на всякий случай. Бабушка дожила до глубокой старости и наверняка ушла тут же, не задерживаясь. Да и свойства характера у нее были такие, что ее, по всей видимости, тут же взяли под защиту русские ангелы.
– А почему моего отца охраняло так много людей? Из-за того, что он ушел слишком рано?
– Он не был даже пожилым и не так быстро покинул свое тело. Но причина не только в этом. В нашем маленьком народе его знали и любили все, а потому хотели попрощаться и в последний раз побыть рядом.
– Но все-таки мне не понятно, дядя Керре, от кого надо защищаться. Сейчас бодрствуем только мы вдвоем. Кто тут может крутиться еще?
– Э-э-э, девочка. Тебе, наверное, никто не рассказывал о роде твоего отца. Впрочем, это и не удивительно. Твои родители выросли во времена атеизма и о многом предпочитали молчать.
– Но то, что мой дедушка был шаманом, я все же знаю.
– И не только дедушка – многие его предки были таковыми.
– А мой отец тоже унаследовал что-то необычное?
– Он, несомненно, был чутким к голосу природы. Но таких в нашем народе хватает. А вот одна особенность была характерна именно для него – он знал о некоторых событиях, которые произошли с его родственниками или близкими людьми, задолго до того, как весть о них приходила обычным способом.
– Вы первый, дядя Керре, кто сообщает мне такую подробность. А можете ли вы рассказать что-нибудь еще о роде моего отца? Ведь вы тоже принадлежите к этому роду. До рассвета у нас много времени, а там придут соседи – и будет уже не до разговоров.
Мужчина задумался.
– Ты права, Аленка. Сейчас самое подходящее время для такой беседы. Если хочешь, я расскажу тебе о твоей прапрабабке Сойон. Не знаю, правда, сколько еще таких «пра» надо добавить – так давно она жила.
– Расскажите, дядя Керре! Мне это очень интересно. Когда вы произнесли имя Сойон, у меня внутри даже все завибрировало.
– Это и понятно. До тебя докатилось ее воздействие.
Девушка затихла в ожидании.
– Сойон была очень сильной шаманкой – никого и ничего не боялась. Кстати, самые яркие шаманские свойства в нашем роду передавались по женской линии.
Мужчина вдруг тепло улыбнулся.
– Ты даже представить себе не можешь, какие вещи она вытворяла. Злые духи часто пытались запугать ее всякими способами. Иногда они разводили на ее ночном пути огромный костер, а сами кривлялись и паясничали, принимая самые страшные образины. Так она тут же пускала коня вскачь, влетала прямо в огонь и ударами плети разгоняла всю эту бесовщину. Удивительная была женщина! Послушай о ней, девочка.
Дар Неба
– Эне, – обратилась маленькая девочка к женщине средних лет, – почему ты называешь меня даром Бога Ульгеня и Богини Умай? Ведь меня нашли у подножия островерхого Чарогана. Может быть, именно этот светлый дух подарил меня тебе?
Женщина погладила детскую головку.
– Давай, балам, рассудим вместе, – предложила она. – Тебя ведь из кедрача принесла, ухватив пастью, серая собака с темными глазами?
– Да. Это и был Чароган. Ты сама говорила, что горный дух может предстать хоть человеком, хоть птицей, хоть зверем. Он сам решает, как ему показать себя людям.
– Это так, Сойон. А вот я еще спрошу у тебя. Ты знаешь, какого цвета у тебя волосы?
Девочка оттянула длинную прядь и скосила на нее глаза.
– Да, эне. Мои волосы похожи на сердцевинки ромашек, которые растут около нашего аила.
– А что ты скажешь о цвете своих глаз?
Конец ознакомительного фрагмента.