Чтение онлайн

– Бегу из города, и тебе советую делать то же самое!
– негромко ответил я, поигрывая кинжалом.

– Альрет собирает людей на главной площади. Он хочет вывести из города женщин и детей. Давай скорее, мы должны присоединиться к нему!
– парень, будто бы не расслышав мой ответ, вдохновлённо продолжал нести околесицу.

– Тело твоего капитана сейчас, скорее всего, уже изрублено на куски, - рявкнул я, - а женщин берут на глазах у их же собственных детей. Хочешь послужить своему обожаемому Альрету - валяй, площадь во-он в той стороне, хочешь жить - ищи себе подходящую одёжку и вали отсюда подобру поздорову.

– Если мой командир погиб, то значит старший по званию теперь я, - хищно ощерился недоносок,- и Я приказыва...

Кинжал, погрузившийся в глазницу юнца практически по самую рукоять, оборвал его на полуслове. Его тело медленно, словно бы ещё не осознавая того факта, что оно мертво, завалилось в мокрую грязь мостовой.

Я молча подошёл к нему, выдернул из раны клинок, небрежно обтёр его о лохмотья некогда синего плаща и взглянул на покойника. На его лице восковой маской застыла гримаса боли, недоумения и какой-то, практически детской обиды. Из пустой глазницы тонкой струйкой стекала кровь...

Что ж, парень, ты не смог в сложившейся ситуации сделать правильный выбор, а потому потерял своё право на жизнь...

Я не зверь

Краешек солнца лениво выглядывал из-за остроконечных горных пиков, подёрнутых лёгкой голубоватой дымкой, заливая всю округу своим бархатистым светом. Небольшой ручеёк, бежавший меж толстых стеблей луговой травы, искрился в его лучах. Прохладный утренний ветерок тихо шептал о чём-то своём в густой кроне одинокого дерева.

Шмыгнула куда-то по своим делам толстая полевая мышь. Пичужка, лениво парившая над зелёными луговыми просторами, разлила по округе звонкую трель. Начинался новый день...

– Именем Вольрада, наследника Эльрода и единственного законного короля Вестфолка, я приказываю сложить оружие и сдаться!
– голос глашатая разорвал звенящую утреннюю тишину.
– Если подчинитесь, мы гарантируем вам жизнь, право на имя и сохранение большей части земельных владений. В противном случае...
– чёрный росчерк толстого арбалетного болта оборвал его на полуслове.

– Вот наш ответ - хрипло выкрикнул барон... Тфу, пропасть, забыл, как его величать то следует. Впрочем, уже и не важно: ещё до полудня этот надутый болван успеет несколько раз пожалеть о том, что сейчас совершил.

В том, что он потерпит поражение, сомнений не было. Ну ещё бы - вывести пять дюжин крестьян, против четырёх десятков закалённых в боях воинов. Была при нём, конечно, ещё и дюжина наёмников, но общий исход дела это не решало. Крестьяне разбегутся в страхе при виде первой крови, а псы войны... Они слишком дорого ценят свою жизнь, чтоб отдавать её за золото заносчивого правителя. Вот только эмблема на их щитах: мешок денег, разрубаемый надвое клинком, не предвещала ничего хорошего...

– Смерть выродкам!
– хрипло заорал капитан Орстед, обнажая меч.

Дружный рёв нескольких десятков глоток тугой волной прокатился по полю. Крестьяне дрогнули. Они явно не хотели сражаться, а многие даже не понимали, зачем барон привёл их сюда. Дрогнули, но не побежали... Что ж, тем хуже для них.

Лязг вынимаемых из ножен мечей, глухой топот ног, заунывный вой боевого рога и тревожный звон колокола - всё это в мгновение ока густым, дымчатым пологом накрыло небольшой луг близ деревеньки Ривсленд. Бой начался...

Воины нашего отряда в едином порыве качнулся вперёд и, сломав строй, ринулись на врага.

– Стрелы наложить!
– заорал барон, неуклюже крутя тугой ворот арбалета.
– Ждать команды!

Вражеский строй ощетинился доброй дюжиной стрел. Их острые стальные наконечники слегка поблёскивали в мягких лучах утреннего солнца.

Вот Дагорово отродье! Хочет нас поближе подпустить, чтоб стрелки били наверняка. Ну да ничего, наши бойцы тоже не лыком шиты! Посмотрим, как их хлипкие охотничьи луки справятся с кольчугами из доброй гномьей* стали.

– Стрелы отпустить!
– хриплый выкрик барона потонул в дружном рёве наступающих.

Рой чёрных росчерков хлестнул по нашим рядам. Один боец упал, другой схватился за плечо, третий пошатнулся, а затем медленно, словно не желая признать собственное поражение, завалился навзничь, но нас это не остановило.

Вдох, выдох, вдох, выдох. До вражеского строя остаются считанные шаги. Мгновение, тяжёлый блеск стали, густая тёмная кровь, тугой струёй хлещущая из разрубленной шеи, предсмертный хрип, переходящий в невнятное бульканье и вот, первое тело врага уже валяется на сырой, холодной земле. Взмах меча, и за ним следует второй крестьянин, подвернувшийся под горячую руку. Разворот, удар... Но ему суждено было рассечь лишь сгустившийся от криков боли и отчаянья воздух.

Крестьяне, потеряв дюжины полторы своих, побросали оружие и рванули к деревне, тщетно надеясь пересидеть этот кошмар за прочными дверьми и высокими заборами. Наивные бедолаги. В битве при Рокстоне горожанам не помогла даже каменная стена, что уж говорить о хлипком частоколе, которым было окружено селение.

– Мечи готовь!
– заорал барон, наблюдая за тем, как остатки его 'войска' бегут с поля боя.
– Прикрывайте отход!

Ответа не последовало. Двенадцать человек, плотным кольцом обступившие своего нанимателя, так и остались недвижимы.

– Ублюдки, я же сказал: 'Прикрывайте отход!' - взбеленился барон, наблюдая за тем, как клещи нашего строя медленно сжимаются вокруг небольшой кучки его воинов.
– Дагор вас сожри, за что я...

Удар, нанесённый одним из наёмников, оборвал его на полуслове. Псы войны не спешили умирать за своего нанимателя...

– Приветствую вас, досточтимые воины от имени лорда Бротвина!
– зычный голос разорвал напряжённую тишину, на несколько мгновений сгустившуюся над полем.