Предательство
Шрифт:
«А он не мог просто…»
«Вернуться?» — подсказала Лисс. «Да».
Ответом был печальный вздох.
«Как я уже объясняла, путешествие между мирами грозит страшными бедствиями. Сонм предпочёл наложить на принца самые могучие чары, какие только можно вообразить. В каком-то смысле они защищали мальчика».
«Лисс… — Тор озабоченно нахмурился. — А ты кто такая?»
И почувствовал, как она улыбается.
«Я странствую по мирам, Тор. Я не принадлежу Сонму… но и не вхожу в число людей. В некотором смысле меня можно назвать Хранительницей. Я помогаю поддерживать равновесие миров».
И не только, хотел сказать Тор. Она слишком тщательно подбирала слова.
«Я выбрала десять стражей, — продолжала Лисс, — по одному от каждого из народов, населявших в то время Четыре Королевства. Этих людей стали называть Паладинами. Им вручили клеть, сотканную из света, в которой был заключён молодой чародей, и поручили доставить её в тайное место».
«Ты хочешь сказать, что принц все ещё жив?»
«Конечно. И Паладины все ещё стерегут его. Но их силы на исходе. Вот уже много сотен лет принц испытывает на прочность чары Сонма и терпение своих тюремщиков. И медленно, но верно выигрывает эту битву. Он не знает жалости. Он черпает силы в собственной ненависти И отчаянии. Оба отца — родной и приёмный — предали его, и он жаждет возмездия».
Тор сглотнул.
«Он освободится и…»
«Да. Он вернётся в Таллинор, чтобы завершить задуманное».
«Но для чего ты мне все это рассказываешь, Лисс?» — Тор тяжело дышал, его охватила паника.
«Потому что ты должен остановить его, Торкин Гинт. Только ты».
Он не видел её, но знал, что она удаляется.
«Подожди! — закричал он. — Как его зовут?»
«В твоём мире он известен как Орлак».
Её образ задержался где-то на грани осознания. Тор просыпался.
«Лисс… пожалуйста… Скажи, как звали его приёмного отца? Я должен его знать».
Шёпот, едва уловимый, донёсся откуда-то издалека:
«Его зовут Меркуд».
И Тор проснулся.
Кайрусу тоже снился сон. И ему тоже явилась Лисс.
«Скоро за тобой придёт Солиана, мой храбрый воин». — она говорила нежно, словно любовница, но Кайруса охватила печаль.
«Я должен следовать за ней?»
«Таково твоё предназначение».
«Я бы предпочёл остаться с Тором».
«Нет, Кайрус. Ваше время истекло. Отныне ваши пути расходятся. Тебя ждёт куда более важная задача. Это великий дар, который не каждому дано заслужить».
«Я боюсь, Лисс. Я много раз смотрел в лицо смерти, но сейчас она меня страшит».
«Твоя судьба — не смерть, Друг Леса. Ты проживёшь долго. Лес принимает тебя как своего. Он любит тебя. Ты был сильным, искренним и выстоял — во имя всех Паладинов. Теперь вас осталось лишь трое. Скоро Орлак вырвется на свободу, нам надо многое успеть прежде, чем это произойдёт. И главная роль отводится тебе».
Кайрус не понимал, о чём она говорит. Однако при слове «Паладин» в памяти что-то мелькнуло.
«Лисс… — он с удивлением услышал в своём голосе страх. — Кто я такой?»
«Ты — один из Паладинов. Защитник, страж». Кайрус оглядел поляну. Тор лежал на земле, свернувшись клубочком, и спал. Вокруг всё было знакомо — даже Солиана, которая молча стояла рядом и дружелюбно смотрела на него.
«Ты присоединишься ко мне?»
Мягкий ровный голос волчицы вернул ему спокойствие. «До свидания, Кайрус», — произнесла Лисс. Он хотел что-то спросить — что-то очень важное… и забыл. Когда Солиана заговорила, это вылетело у него из головы. Он просто последовал за своей проводницей, едва ощущая ногами мягкую лесную подстилку. Солиана молча бежала впереди, на расстоянии пары шагов. Потом Кайрус догнал волчицу и опустил руку ей на холку, погрузив пальцы в густой серебристый мех. Кажется, она ничего не имела против.
Тропа вилась, возникая прямо под ногами, и скоро Кайрус понял, что оказался довольно далеко от поляны. Может быть, Клут заметит, как они ушли? Нет. Стоило Кайрусу подумать об этом — и он уже знал: не стоит даже надеяться.
Но тут тропа кончилась. Словно в полусне, Кайрус вышел на опушку… и невольно перевёл дух. Воздух благоухал. Казалось, тысяча цветов разом раскрыли венчики, приветствуя его.
Над опушкой нависал густой полог из ветвей и лоз. Среди них танцевали, перемигиваясь, Небесные Огни, и в воздухе плыл тихий певучий звон. А в центре этого хоровода стоял сам Дармуд Корил. Здесь же собрались обитатели Леса — волшебные создания, которым предстояло стать свидетелями удивительного события.
Кайрус почувствовал, как тело наполняется покоем. Сердце билось ровно, дыхание стало глубже. Внезапно он понял, что давно не спит. С удивлением он посмотрел на свою руку, на пальцы, погруженные в мех Солианы… потом встретил умиротворённый взгляд волчицы, и тревога окончательно покинула воина.
«Добро пожаловать в нашу семью, Кайрус».
Голоса звучали у него в голове — это говорили чудесные звери, которые окружали лесного бога. Кайрус почувствовал, как по щекам текут слезы радости. Он дома. Наконец-то дома.
Дармуд Корил терпеливо ждал. Когда же Кайрус набрался смелости и посмотрел в эти глаза, исполненные любви и доброты, страха больше не было — лишь воодушевление и восторг. Кайрус улыбнулся, и лесной бог ответил ему улыбкой.
«Ты пролил кровь среди нас, Кит Кайрус, — Дармуд Корил говорил тихо, но внятно. — Ты — брат всех лесных созданий, и богиня Лисс избрала тебя хранителем».
Стало очень тихо. Смолкла даже песня Небесных Огней, ни один лист не шелохнулся на ветру.
«Хранителем чего, Всемогущий?» — спросил Кайрус и нахмурился.
«Хранителем кого, — мягко поправил бог. — Со временем ты узнаешь больше, сын мой. Сейчас тебе достаточно знать, что ты избран. Ты дорог нам. Отныне Сердце Лесов защищает тебя… — Дармуд Корил повернулся к своей свите: — Откроите ему свои сердца, дети мои».
Огни вспыхнули, взметнулись — выше и ярче, чем прежде, — и ночь снова наполнилась их перезвоном. Хоровод лесных созданий стал плотнее. По-прежнему крепко держась за холку Солианы, Кайрус шагнул к ним. Он принял приглашение, вошёл в Круг Сердца Лесов и слился с ним.