Предложение

Лиза со вздохом отвела взгляд в окно и вновь начала задумчивым тоном оглядывать повзрослевшие деревья с зимы. Еще такие мелкие листья просматривались и наполняли ветки. Где-то кусты были пусты и напоминали о прошлых холодах.

– Да и зря ты обо всем этом думаешь, – всё продолжала лучшая подруга Лизы, которая сидела рядом. – Вместо этого нужно думать о себе. О команде кораблём, обо всё чем угодно, только не о мужиках. Вот ты думаешь, что они тебя счастливой сделают. А никто кроме тебя самой тебя счастливой не сделает.

– А про любовь всё это написано, снято. Это зачем? – не удержалась Лиза.

Аманда ухмыльнулась, – Они только представление портят. Ставят шаблон в детстве, и вот ты веришь в этих «принцев». Ты пойми, мужик никогда сам к тебе не прибежит. Да и из несчастной девушки он может сделать только более несчастную.

– А из счастливой только более счастливую.

– Так, а я о чем?! – резко оживилась подружка. – Ты и без мужиков счастливой будешь. Зачем они тебе?

– Вот тебе легко говорить…

Смех Аманды разнёсся музыкой по всему салону автобуса. Слева, сзади и спереди было еще немного мест, которые были заняты студентками. Направлялись все на окончательный тест. Он обозначен на знания и способности командира. Лучшая оценка – это командир корабля, дредноута, или крейсера. Низшая, но не худшая – это командир команды.

– Я говорю об этом, потому что хорошо знаю их.

Лиза скривила лицо, – Я не сомневаюсь в этом, но проблема всё же остаётся.

– Ну… – вдруг застопорилась Аманда, – я просто хотела сказать, что не Андрей меня сделал счастливой, а я сама. Слышишь, сама!

– Слышу я, слышу, – проговорила Лиза и повторно повернула голову в сторону ранней весны.

Асфальтовая дорога лентой тянулась под гравитационной подушкой автобуса. Ветер лихо обдувал корпус и отдавался наглым гулом. А в салоне царило волнение. Но только не у Аманды. Она давным-давно убеждена, что ей никто не нужен. И что Андрей – её парень, с которым она уже пять с половиной месяцев, точно не сможет её осчастливить.

Со злостью она вспоминала о Греке – дружке Андрея, который всегда пытается вправить своему приятелю мозги. А это должна делать Аманда! Если начинались споры при людях, то Грек живо становился умником и острил на Аманду, пытаясь тем самым поднять позицию Андрея в споре.

Белый автобус двигался по первому уровню из четырёх. По первому медленно, и потому что они уже в одном десятке метров от объекта. Могли бы на четвёртый перебраться и взлететь ввысь, и за пару секунд домчаться до места, но правила есть правила.

– Ты вот так уверена в себе, – послышался голос сзади. – Но это ведь всё слова. Вам тоже нельзя верить.

У Лизы чуть проступило довольство на лице, но она постаралась, как можно сильнее скрыть это от подруги. Аманда же, нахмурив брови и напрягая взгляд, обернулась на говорящего умника сзади. Она перегнулась через спинку сиденья и вцепилась взглядом в худощавого паренька, словно это наглое и говорливое лицо было предательским и через чур заумным.

Парень сразу же с ухмылкой ответил на это взгляд:

– За дурака меня держишь?

– Поверь, никто тебя за дурака не держит, это полностью твоя инициатива, – сказала Аманда и услышала с соседних кресел ухмылки одногруппниц. Почти весь автобус был набит представителями женского пола. Разве что водитель и это умник были мужчинами. Но за умника Аманда, конечно, сейчас проверит.

– Как смешно, – ответил парень. – Вы ведь какими бы смелыми не казались, уверенными и сильными, вы всё равно девочки. Все!

– Мне, конечно, приятно, что ты ко мне на «вы», но сиди уж помалкивай, пока я твоё хрупкое эго не превратила в еще более низкий достаток.

– Укалывай, сколько хочешь, – смеялся парень. – Вы всё равно девчонки. Даже самую крутую можно растрогать и убедиться, что вся её уверенность всего лишь защита и просьба.

– Просьба о чем? – вмешалась Лиза.

Аманда чуть скривила лицо и недовольно посмотрела на свою подругу, но говорить ничего не стала.

Умник чуть подумал и ответил, – О заботе, защите. Девушки хотят чувствовать себя защищёнными. Это есть для них любовь.

Аманда рассмеялась:

– Да ты и понимать в этом ничего не способен. Вы же мужики – дубы самые настоящие.

– А вот именно понимание, – продолжил умник, не сбиваясь – есть любовь для нас – мужиков.

– Говори за себя, – фыркнула Аманда. – Тебе сейчас как никому нужна защита. – Она дернулась на него, и только парень чуть двинулся, как все одногруппницы, которые наблюдали за спором, засмеялись. Автобус наполнился осуждающим хохотом для умника, и положительным для Аманды.

Она ухмыльнулась ему напоследок и уселась обратно, захватив при этом Лизу. Парень сомкнул губы и опустил взгляд, лишь напоследок посмотрев на хмурую спину водителя.

«Что их там понимать?..» – угрюмо думала Аманда.

«…любишь их и всё» – размышляла Лиза.

«…Мозги вправляешь время от времени, и всё» – додумала уверенная в себе подруга.

Тишина. В салоне лишь тихо проносился отголосок…

– То есть нам защита нужна? – не выдержала Лиза и перечеркнула целый абзац «роскошного» описания…

Подружка цокнула и недовольно вздохнула, – Нам мужики нормальные нужны, а не защитники. Ну, вот какие из них защитники, скажи? Они сами себя защитить не могут. Они не способны быть теми, кто нам необходим. Да нам никто и не…

– Может мы им этого не позволяем?

– А ты позволь! Давай, позволь! Хочешь его с Богом сравнять и всё разрешить? Ну, так он к тебе и относиться будет соответствующе – с высоты. И бросит! Ясно?!

– Ну, как-то это…

– А вот если, – не умолкала подруга, – животным его сделаешь, пёсиком. То он об ножку тереться будет и хвостиком вилять, будь уверена.

– Мне не нужен пёсик, – вымолвила Лиза.

– Хочешь, чтобы слушался?

– Ну…

– Ну, вот слушай меня.

Лиза умолкла. Аманда в свою очередь скрестила руки на груди и о чем-то думала. Не нравились ей такие споры с Лизой. Она, ведь постоянно думает ветрено и неясно. Пока не объяснишь Лизе, что и как, так она будет в облаках летать и о мужиках этих думать.