Чтение онлайн

– Это отнюдь не теоретические рассуждения, – раздраженно сказал Сяо Тань. – Доклады, на которые я уже ссылался, вызывают самое серьезное беспокойство. Уж не забыли ли вы о том, что случилось с Ван Чан Люном на Тайване? Многие находили в нем сходство с тобой, а чем все кончилось? Здесь тебе могут противостоять такие же враги, те, кто мира боится больше, чем войны. Опасность велика и реальна. Все указывает на то, что некоего рода заговор уже существует.

– Некоего рода? – эхом отозвался Ань. – Ты предупреждаешь меня о международном заговоре, но понятия не имеешь, кто за ним стоит и каковы цели заговорщиков. Говорить о заговоре, не зная его природы, то же самое, что бросать слова на ветер.

– Ты хочешь знать наверняка? Тебе нужна полная уверенность? – спросил Сяо. – Но полная уверенность приходит только тогда, когда уже слишком поздно. Заговор, детали которого известны, уже не опасен. Но слухов, намеков, шепотов сейчас слишком много, чтобы их можно было игнорировать.

– Совпадения! Выдумки!

– Мне лично ясно, что в дело вовлечены члены нашего правительства. – Сяо с трудом давался спокойный тон. – Есть указания и на то, что определенные элементы в администрации США тоже не стоят в стороне.

– Это все слишком туманно, – запротестовал Ань. – Ценю твою заботу, но не понимаю, что я могу сделать, не подорвав доверие к тому примеру, который хочу подать.

– Пожалуйста, – начал Ван, – подумай и…

– Вы можете еще поговорить, – сказал Председатель, поднимаясь из-за стола. – А меня прошу извинить. У меня есть жена, которая уже начинает подумывать, что Китайская Народная Республика отняла у нее мужа. По крайней мере недавно она на это намекнула. И такая информация, в отличие от вашей, побуждает к действию.

Прозвучавший вслед за этим смех не развеял атмосферу тревоги и беспокойства.

Возможно, молодой Председатель просто не хотел знать об угрожающей ему опасности: реальная угроза пугала его меньше, чем последствия политической паранойи. Но остальные не могли позволить себе такого оптимизма. То, чего не знал Лю Ань, могло убить его.

В глаза как будто попал песок, мышцы ныли. Эмблер сидел на скамейке в уголке большой бетонной платформы, окруженной с трех сторон серыми, с одинаково безликими фасадами федеральными зданиями. Как и повсюду в нижнем Манхэттене, гигантские строения теснились друг к другу, словно борющиеся за воздух и свет деревья в густом лесу. В любом городе мира одного из этих небоскребов вполне хватило бы, чтобы стать местной достопримечательностью. Здесь же, в нижнем Манхэттене, ни один не производил какого-либо впечатления – места для индивидуальности здесь просто не оставалось. Эмблер положил ногу на ногу – сидеть было неудобно. Где-то неподалеку застучал отбойный молоток ремонтной бригады «Кон-Эд», и в голове моментально запульсировала боль. Он посмотрел на часы – на скамейке уже лежала прочитанная от корки до корки «Нью-Йорк пост». Уличный торговец с четырехколесной тележкой на другой стороне площади продавал засахаренные орешки. Эмблер уже подумывал о том, не купить ли пакетик, просто так, чтобы занять себя, но тут из подъехавшего черного «Таункара» вышел средних лет мужчина в куртке с вышитой надписью «Янкиз».

«Объект» прибыл.

Это был полноватый, с брюшком тип, заметно потеющий, несмотря на холод. Нервно оглядевшись, он поднялся по ступенькам, которые вели на площадь с тротуара. Человек вел себя так, как будто сознавал свою полную уязвимость и уже предчувствовал нечто зловещее. Его никто не сопровождал.

Эмблер медленно поднялся. И что дальше? Он еще накануне решил, что будет действовать по сценарию Аркадия в надежде на… На что? На что-нибудь. Озарение. Просветление. Инстинкт. Логику. Вполне вероятно, размышлял он, что весь спектакль – не более чем пробный прогон.

Навстречу Эмблеру быстро шла невысокая женщина на высоких каблуках и в зеленом виниловом плаще. У нее были роскошные вьющиеся блондинистые волосы, полные губы и серо-зеленые глаза. Глаза навели Эмблера на мысль о кошке, возможно, потому что, как и кошка, она совсем не моргала. В руках женщина держала совершенно неуместный коричневый бумажный пакет с ленчем. Подойдя ближе, она бросила взгляд на вращающиеся двери федерального здания с северной стороны плазы и, на мгновение потеряв ориентацию, столкнулась с Эмблером.

– О, простите, – негромко прошептала она и засеменила дальше, оставив в руках Эмблера коричневый пакет, в котором, как он уже понял, не было никакого ленча.

Мужчина в куртке «Янкиз» тем временем поднялся на плазу и повернул к одному из федеральных зданий. Оставалось примерно двадцать секунд.

Эмблер расстегнул пуговицы светло-коричневого плаща – такие попадались глазу куда ни посмотри – и достал из пакета оружие. Это был вороненый «рюгер» сорок четвертого калибра. «Пушка» куда более мощная, чем требовалось для данного дела, и слишком громкая.

Оглянувшись, он увидел, что блондинка уже заняла стратегическую позицию на скамейке у входа в здание, откуда ей была видна вся плаза.

И что дальше?

Сердце уже стучало. На пробный прогон не похоже.

Безумие.

С его стороны было безумием согласиться на это задание. Но и с их стороны было безумием предложить ему такое.

Объект резко остановился, огляделся и снова зашагал к зданию. Их разделяло теперь не более тридцати футов.

И в этот миг свет интуиции, как вынырнувшее из-за облака солнце, представил всю картину в ее истинном виде. Эмблер с полной ясностью понял то, что до сих пор казалось не вполне понятным. Конечно, они бы никогда к нему не обратились.

Аркадий, несомненно, говорил искренне, но искренность не гарантия правды. Взятая целиком, история выглядела совершенно невероятной: никакая организация никогда не позволила бы себе дать столь рискованное поручение тому, в ком у нее нет полной уверенности. Он легко мог сообщить властям о готовящемся покушении, и объект взяли бы под охрану. Следовательно…

Следовательно, ситуация создана искусственно – его проверяют. А значит, патронов в барабане нет.

Объект находился футах в двадцати от него. Мужчина уверенно направлялся к зданию на восточной стороне плазы. Эмблер быстро повернулся к нему, выхватил из кармана плаща «рюгер» и, прицелившись в спину, нажал на спусковой крючок.

Негромкий сухой щелчок совершенно потерялся в шуме машин и стуке отбойного молотка. Изобразив удивление, Эмблер нажимал и нажимал на курок, пока барабан не повернулся полностью.

Блондинка на скамейке не спускала с него глаз, и Эмблер не сомневался, что вместе с ним она уже досчитала до шести.

Внезапное движение в поле периферийного зрения заставило его повернуть голову. Охранник на другой стороне плазы! Мужчина вытащил пистолет из-под короткого синего полупальто и уже занял исходное положение для стрельбы.