Чтение онлайн

И снова ничего. Эмблер был разочарован. Все указывало на невиновность Дешена. А это означало, что в ведущейся игре он никак не может быть главной фигурой. Обычный человек, уже немолодой, но еще пытающийся противостоять возрасту француз с сомнительными, может быть, нравственными устоями, но, несомненно, честный и неподкупный в своем публичном качестве.

И тем не менее кто-то – возможно, не одиночка, а группа людей – распорядился убрать его со сцены. Без причины такие приказы не отдают. И если он, Эмблер, не выполнит задание, другие колебаться не станут.

Он на мгновение закрыл глаза и в этот миг понял, что нужно делать.

– Vous etes fou! Absolument fou. [7] – Такой была первая реакция Дешена на предложенный вариант выхода из ситуации.

– Возможно, – невозмутимо ответил Эмблер. Ему нужно было во что бы то ни стало завоевать доверие француза. – Но подумайте сами. Те, кто послал меня сюда, серьезные люди. У них есть все необходимые ресурсы. Если я не убью вас, они дадут такое же поручение другому. Но если нам удастся убедить их в том, что вы мертвы, а вы сумеете на время исчезнуть, я постараюсь выяснить, кто именно отдал приказ. Кто вас заказал. Кто подставил. Это единственный способ остаться в живых.

Дешен недоверчиво посмотрел на него.

– Безумие! – Он задумчиво пожевал губу. – И как именно вы собираетесь все устроить?

– Я свяжусь с вами через несколько часов, когда продумаю детали. Вам есть где укрыться на неделю или около того? Место, где вас не найдут?

– У нас с женой домик за городом и…

– Да, возле Кагора, – нетерпеливо перебил его Эмблер. – Им это известно. Туда вам нельзя.

– Родители Жоэль купили усадьбу неподалеку от Дро. Зимой они там не бывают… – Он покачал головой. – Нет, нет, я не могу подвергать ее такому риску. Я не стану втягивать Жоэль…

– Послушайте меня, – заговорил после долгой паузы Эмблер. – На все дела мне понадобится неделя или две. Возьмите напрокат машину – только ни в коем случае не пользуйтесь собственной – и отправляйтесь на юг. Например, в Прованс. На пару недель. Если план сработает, искать вас не станут. Номер телефона сообщите по электронной почте. Вот адрес. – Эмблер написал несколько слов на клочке бумаги. – Я позвоню, когда ситуация разрешится.

– А если не позвоните?

«Тогда меня на этом свете уже не будет», – подумал Эмблер.

– Я позвоню, – сказал он и сдержанно улыбнулся. – Даю слово.

Ничего с собой поделать Клейтон Кастон не мог: взгляд его сам собой то и дело соскальзывал к кофейному пятну на серо-желтом, цвета овсяной каши ковре в кабинете Калеба Норриса. Возможно, наилучшим решением проблемы было подождать, пока такие же пятна не покроют его целиком, придав, по крайней мере, всему ковру новый единый оттенок. Неплохой способ спрятать что-то: изменить природу или характер окружения. Пожалуй, в этом что-то есть.

Дальнейшему развитию идеи помешал нарушивший ход мыслей голос хозяина кабинета.

– Так что случилось?

Кастон мигнул. В луче пробившегося через окно утреннего света плавали крохотные пятнышки пыли.

– Как вам уже известно, мы нашли людей, в то или иное время работавших с ним в одной команде. И я попытался определить, каким было последнее оперативное задание Таркина. Оказалось, командировка на Тайвань. Оставался вопрос, кто был контролером операции. Это важно, потому что именно контролер операции подписывает итоговый отчет. Я решил, что этот человек должен был знать Таркина еще до того, как он стал Таркином. Не исключено, что именно он и привлек Таркина к оперативной работе.

– И кто же оставил на бумажке свои губки?

– Подпись отсутствует. Имя лица, санкционировавшего операцию, зашифровано. Кодовое имя – Транзьенс.

– Так кто такой Транзьенс?

– Неизвестно.

– Работать было бы куда легче, если бы ЦРУ имело список агентов ОКО, – проворчал Норрис. – Но мы такого доверия, видно, не заслужили. Этот их драгоценный принцип дробления – каждый знает только то, что ему положено знать – слишком часто приводит к тому, что тебе на задницу цепляют ослиный хвост.

Аудитор повернулся и посмотрел Норрису в глаза.

– Я не смог подобраться к Транзьенсу. Так что это сделаешь ты. Я хочу, чтобы ты позвонил шефу Подразделения политической стабильности, Эллен Уитфилд, и задал ей прямой вопрос. Ты большой начальник, и тебе она отказать не сможет.

– Транзьенс, – повторил Калеб Норрис. – Что-то у меня нехорошее предчувствие… – Он остановился, заметив кислую гримасу Кастона. – Э… я только хотел сказать, что в этом деле много неизвестного. Как ты говоришь, есть большая разница между риском и неопределенностью, да?

– Конечно. Риск поддается исчислению. Неопределенность – нет. Одно дело знать, что мы имеем пятьдесят шансов на успех. И совсем другое, когда не знаем, каковы эти шансы и есть ли они вообще.

– Значит, проблема в знании того, что ты не знаешь. Или незнании. – Норрис тяжело вздохнул и повернулся к Кастону: – Меня беспокоит, что в данной ситуации мы не знаем даже то, чего мы не знаем.

Вернувшись в кабинет, Кастон испытал острое ощущение – да, иначе не скажешь – неуверенности. Эдриан казался не к месту оживленным и веселым – впрочем, как обычно, – а его собственный, аккуратно убранный письменный стол выглядел каким-то заповедником покоя и порядка: карандаш и ручка лежали рядом, но не касаясь друг друга, тонкая бумажная папка была отделена от них ровно двумя дюймами пространства, монитор компьютера выровнен точно по краю стола.

Кастон тяжело опустился на стул и… Пальцы повисли над клавиатурой. Риск, неопределенность, неуверенность, неведение: идеи прорастали в мозгу, как сорняки на клумбе.

– Эдриан, – неожиданно для себя самого сказал он, – у меня есть керамическая ваза с черными и белыми шариками.

– Вот как? – Молодой человек опасливо осмотрелся.

– Предположим, что есть, – проворчал Кастон.

– Супер.

– Вам известно, что ровно половина шариков черные и другая половина белые. В вазе тысяча шариков. Пятьсот черных, пятьсот белых. Вы собираетесь вытащить наугад один шарик. Каковы шансы, что вам достанется черный?