Чтение онлайн

В лабиринтах прокружили еще «пару часов». За это время, как и ожидалось, забарахлила СЖО и это сильно ограничило сроки работы. Так же сломался поврежденный движитель, еще у двух мощность упала до двадцати процентов от штатной и возможности починить не было. Поврежденное колесо отключили от привода и оно перестало быть «ведущим», в двух проблемных принудительно снизили верхний предел выдаваемого усилия. Как будто этого было мало у нас стали ускоренно выходить из строя дроны, якобы из-за возросших негативных влияний среды планеты. Дополнительно периодически случались спонтанные природные электромагнитные вспышки, приводящие к сбоям в оборудовании на вездеходе – камеры, сонары, радары и прочее. К моменту, когда все же нашли этот проклятый зонд, мы были полуглухие, полуслепые паралитики. Так эта сволочь еще застряла в дыре, а кран у нас в задней части корпуса! Быстро смекнув, что стрелу вперед направить не получится, как и развернуться из-за узости прохода, приняли единственное решение – вернуться чуть назад, развернуться, приготовить кран и задним ходом подойти к зонду. На это ушло еще «два часа», поломки одного из барахливших движителей – его заклинило и пришлось отстрелить. Не мне, благо такая возможность имелась штатно.

Как выковыривали и грузили этот задолбавший нас зонд рассказ на пару часов. Но справились и ничего при этом не сломалось, что очень подозрительно. За путь к точке эвакуации потеряли еще одно барахлившее колесо, окончательно ослепли и маршрут прокладывали по разведке оставшимися дронами, по часам и карте. На место прибыли на честном слове. Но тут нас ждало самое главное попадалово за время «игры» - отсутствие эвакуационного транспорта и время его ожидания из-за изменений в атмосфере неизвестно. Мы так увлеклись всем действием, что начали всерьез просчитывать дальнейшие действия имеющимися средствами для выживания чтобы дождаться транспорта. В этот напряженно-драмматический момент нам объявили о завершении второй части экзамена. С каким-то неожиданным сожалением оторвались от столь увлекательного процесса.

За время короткого перерыва перекусили, обстоятельно обсудили предыдущее задание. В общем, нам обоим очень понравилось данное действо и захотели при возможности повторить. В этот раз поспать не получилось, хотя такое желание было. К нам подошел кто-то из сотрудников лаборатории, на оборудовании которой происходило моделирование, и завязался непринужденный разговор. Его интересовали наши нестандартные действия и как смогли узнать о неуказанных, но разрешенных, дополнительных возможностях. Сперва удивились постановке вопроса – если это логично и допустимо, то почему этим нельзя воспользоваться? Теперь уже слегка озадачился собеседник. Заметив такое, чуть разъяснили ему свои действия и логику поступков – на основании чего приходили к соответствующим выводам и последующей практической реализации принятых решений с применением необходимых вещей и оборудования. Так погрузились в обсуждение, что чуть не пропустили начало последней части экзамена.

В вытянутом варианте достались темы по медицине и делопроизводству ССН. По профильной теме отвечал в основном я, а по документам, разделам, пунктам-подпунктам конкретных нормативов и прочих правил-уставов отдувалась Лииз. Причем так удачно, что пару раз представителя от ССН, а им был тот крысеныш, присутствовавший при вытягивании билетов, вежливо и как бы случайно макнула в незнание очень важных, хоть и редких, внутренних регламентов. Это она конечно зря – оказалось, что мужичок курирует в администрации сектора направление образования и все учебные заведения. Попавшего в лужу коллегу решил спасти другой экзаменатор. Когда говорю про коллегу, то имею в виду не экзаменационную комиссию, а собрата по вере. О чем говорил соответствующий значок на одежде. Данный персонаж отвечал за медицину и в основном именно он задавал мне узкопрофильные и специфические вопросы. Теперь решил доколупаться до сестры, поинтересовавшись у нее – знает ли она в чем основные преимущества разумных естественного происхождения и традиционного воспитания в успешном эволюционном развитии человечества и фундаментальных научных открытиях? Вот мудак, решил указать на искусственное происхождение Лииз и как бы из-за чего она не имеет права тут указывать на недостатки «настоящим людям». От такого вопроса сморщился не только директор школы, но и остальные экзаменаторы. Ну еще крысеныш был доволен.

Однако мелкую таким не смутить и широко улыбнувшись уточнила – имеется в виду биологическая составляющая или социально-психологическая. По-прежнему доброжелательно улыбаясь, мудак уточнил – все. Резко убрав улыбку, став серьезной, хмыкнув, сестра задумалась на десяток секунд, при этом пристально и даже с исследовательским интересом прозектора смотрела на вопрошающего. От чего последний почувствовал дискомфорт, но не успел что-либо сказать или сделать как заговорила Лиизи. Сухо, безэмоционально, подробно с примерами, в большей части на идеях и персонажах Церкви Истинного Пути, в течении двадцати минут доказывала несостоятельность такого утверждения. Особенно когда начала приводить примеры распространения генетических заболеваний среди их последователей, приведших к увеличению случаев нарушения развития, биологического и умственного, о усилении социальной и психологической деградации в их среде, возрастании нагрузки на все службы федерации из-за необходимости заботиться о таких «достойных» гражданах и их реабилитации в попытках встроить в общество. Ее пару раз экзаменатор, который уже был не рад затронутой темой, попытался перебить или доказать неправоту. На каждую попытку Лииз сыпала фактами из статистических данных, ссылками на различные исследования уважаемых институтов, заключениями профильных комиссий, пунктами из нормативных документов.

Издевательство смог остановить только директор школы, попросив сестру остановиться, похвалив за глубокие и обстоятельные знания по затронутым темам. Для формальности поинтересовался у коллег - удовлетворены ли они ответами и можно ли считать экзамен успешно завершенным? Все дружно согласились, что да, все великолепно и экзаменуемые подтвердили высокий уровень знаний и умений ими пользоваться. Мне показалось, что они просто опасались еще что-либо спрашивать. Не из-за того, что сестра или я можем так же попытаться их «немножко выставить в неприглядном свете», скорее им жалко своего времени. Услышанного и увиденного итак достаточно для составления мнения и выводов. Даже медик был вполне профессионален, пока не полез в дебри, в которых был явно слаб подкован. Уверен, что в других условиях он смог бы увидеть нестыковки в доводах сестры, но времени у него просто не оказалось. Это же явно заметили и остальные. Просто основная цель испытания достигнута – ученик и его помощник доказали, что в стрессовых ситуациях могут вести себя сообразно развивающимся событиям, адекватно реагировать на изменения обстановки и использовать ошибки оппонентов в свою пользу. Это не я придумал, так сказал председатель экзаменационной комиссии Шмитт Шотт. На последнюю часть как-то дружно скривились любители значков одной церкви. Ясно, глава кадровой службы ССН сектора не любит таких деятелей.

Домой отпустили в восьмом часу вечера. Сразу же после завершения экзамена нас к себе позвал куратор. Его заинтересовал момент про наше личное оружие. Пришлось задержаться и дать пояснения. Да, на мне числится пистолет, набор ножей типа кукри, карабин и малый персональный комплект оператора. Последние два для сестры. Стрелковка его не заинтересовала в отличие от «игрушек» мелкой. Уточнил – настоящие и умеет ли она им пользоваться? Получив утвердительный ответ на оба вопроса призадумался. После чего посоветовал нам завтра взять с собой, если официально зарегистрированы. Это сыграет в плюс уже сложившемуся о нас представлению у окружающих. Заверили, что сами планировали так поступить, и поинтересовались – какое такое представление у всех о нас. Какое надо, такое и есть, не стоит переживать. Ведите себя как обычно и все будет прекрасно. После чего отпустил и предупредил, чтобы не опаздывали. Попрощавшись, отправились к себе домой. Если попремся опять в институт будет сильно подозрительно.

В блоке нас уже ждала Ветем, которая приготовила ужин. Оказалось, что она умеет очень хорошо готовить и многое из того, что мы ели в гостях на Марсе, было сделано ею. Приведя себя поочереди в порядок в санблоке все вместе собрались в гостиной и сели кушать. Только попробовав новые и необычные, но очень вкусные, блюда осознал, на сколько был голоден. Под замечательную еду в красках поведали про экзамен. Жену интересовало все – как было организовано испытание, что происходило, какие вопросы задавались и поведение экзаменаторов. Больше всего интерес вызвало моделирование сценариев. Подробно расспрашивала не только из праздного любопытства, но еще для сравнения организации экзаменов у «нас» и у «них». Про свои экзамены поведала неохотно и размыто. Причина не в недоверии или нежелании, а в банальном запрете. Выяснилось, что им, в смысле выпускникам, официально запрещено сильно распространяться об процессе обучения. Основание – секретность методик и безопасность. Не марсиан или элдри, а обычных людей. И те и другие по своим возможностям сильно отличаются от обычных, хоть хорошо развитых и подготовленных, людей. Поэтому при попытке обучения людей по их программе происходит множество нештатных ситуаций и эксцессов. В том числе с тяжелыми травмами и гибелью учеников. Были уже неприятные преценденты, но и дураков, считающих себя способными добиться высот улучшенных или как раз с ними уж точно ничего не случится, хватает. Поэтому нахождение школы и все, что с этим связано, держат в секрете. Руководство учебного заведения и профильные службы задолбало регулярно отказывать активным идиотам, как частным, так из различных государств, или в суде разбираться с трупами и покалеченными, которых предупреждали о возможных последствиях. Однако, космос велик и недалеких и просто фриков в нем хватает.

После ужина еще немного посидели за разговорами на разные темы. Ветем последовательно рассказывала про род Бех, культуру и историю Марса. Полу- и неофициальную части. То, что никогда не будет опубликовано в открытой сети и печати. Специалисты, кому надо, и так все знают, но распространятся не будут из-за запретов и подписок. Тех, кто что-то знает частично или случайно, но пытается выложить в виде сенсаций или чтобы вытянуть грязь – находят и проводят с ними разъяснительную беседу о недопустимости таких действий. Не только марсиане. Часто таким занимаются профильные федеральные службы и напоминают забывшим, что Марс до сих пор по древнему эдикту, который никто не отменял, считается закрытой планетой с особым статусом и все, что с ним связано, тоже попадает под особые положения федерального законодательства.

Именно поэтому мы ничего не смогли узнать того, что не повторялось в официальных и рекламных статьях. Теперь же как часть Марса обязаны быть его достойными. Поэтому она, Ветем, будет нас обучать и знакомить с нашим новым домом. Ведь Марс для Марса. Чтобы это не значило.

Заметив нашу усталость, славная дочь своей планеты быстренько свернула лекторий и отправила нас спать. Ну как отправила – заставила переодеться и сама переоделась в весьма миленький и смелый спальный наряд в виде короткой очень тонкой, до некоторой прозрачности, ночнушки. Мне выдали из такого же материала то ли короткие штаны то ли длинные шорты. Майки или рубашки не полагалось. Сестре – более пристойная версия варианта жены: длиной до колен и непрозрачная. Надеюсь, не нужно уточнять, что ни на ком из нас, кроме «спальной одежды», ничего не было. Не считать же за одежду кулоны на шеях и сережки у девушек. Мысли, бродившие в этот момент в моей голове, к пристойным можно было отнести с ооочень большими допущениями. Уловив что-то из моих эмоций или поняв по лицу, Ветем покраснела на свой лад, засмущалась, резко выключила свет и в темноте практически приказала ложиться спать. Всем на одной кровати. Ага, от такого мне, видимо, должно было стать легче. Не стало.