Чтение онлайн

— Семьи? А свой, личный?

— Коллеги, коллеги! — сняв с ноги туфлю требовательно застучала каблуком по столу Нодерляйн, — немедленно прекратите, вы преподаватели Академии, не забывайте это.

— Госпожа ректор, — стараясь не смотреть на остальных, предложил я, — а может коллегам самим немного теории подтянуть, чтобы не пасовать перед вопросами студентов?

Тут уже взорвало заслуженную с кандибобером.

— Да у меня пятьдесят лет преподавания, десятки выпусков, сотни бывших студентов по всей Империи и не только. Даже в столице! Начальник коммунально-магического хозяйства одного из районов. Благодарственные письма от муниципалитетов. Безупречная репутация. Моя программа и стиль обучения отточены годами и неизменны на протяжении десятилетий. И вы предлагаете мне что-то там подтянуть?! Да я вас самого так натянуть могу, мало не покажется!

Профессор разошлась не на шутку и гасить конфликт опять пришлось ректору.

— Актия, милая, ну успокойтесь, Вольдемар не имел вас в виду. Он вообще выразился не подумав.

— Пусть не морочит моим студентам головы, — пробурчала Родаблум.

— И моим! — присоединился к ней фон Тифолд.

— Знаете что, — не выдержал я, — это их право, чем себя занимать после занятий. Всё лучше, чем в «Весёлом студиоузе» печень просаживать.

— Какое право?! — возмутилась Родаблум, — право у них только одно, слушаться своего куратора и делать как велено.

— А знаете что, — внезапно успокоился я, — действительно, зачем вас тревожить посторонними вопросами, мои дорогие коллеги. Давайте произведём обмен, студентов из ваших групп, кто занимается на факультативе, перевести в «А» группу, и наоборот, тех кто у меня дополнительно не занимается, отдать вам? Оптимальный вариант, как по мне. И волки сыты и овцы целы.

Я предусмотрительно не стал уточнять, кто тут волк, а кто овцы.

— А разве так можно? — озадаченно переспросила Латиния.

После чего все дружно повернулись к президиуму, где наш разговор слушала не менее задумчивая ректор.

— Ну и задачку ты подкинул, Вольдемар, — со вздохом, выплывая из раздумий, произнесла Сильвия, — ладно, пока новогодние каникулы, порешаем этот вопрос.

Вышел я из Академии в не слишком весёлом настроении. Тупость и нежелание заниматься саморазвитием я считал пороком страшнее библейских десяти заповедей вместе взятых. Ограниченность, близорукость, слепой консерватизм, вот что двигало большинством преподавателей. И это не считая алчности и завистливости, так и лезущих из моих, так называемых, коллег, наружу.

Мысленно перемывая им всем косточки, я задумался и не заметил, как подле меня, заскрипев рессорами, остановилась карета, а в реальность вернул только мелодичный голос графини Честер, раздавшийся из приоткрытой двери.

— Графиня, — заскочив внутрь, я учтиво склонил голову и приложился к ручке в атласной перчатке с вырезом в виде сердечка на тыльной стороне ладони, — неужели снова решили меня подвезти до дома?

Бархатистой кожи я не касался, это больше жест вежливости чем сексуальная прелюдия, поэтому губы мои чмокнули лишь воздух в полусантиметре от руки, но и этого было вполне себе достаточно.

— Ах, Вольдемар, вы такой галантный, — женщина лукаво улыбнулась, — правда, временами очень рассеянный, мы уже пару минут как с вами поравнялись, но заметили вы меня только сейчас.

— Что поделать, — развёл я руками, — всё об Академии да о студентах думаю.

— Так сейчас каникулы?

— Каникулы пройдут и студенты вернутся, — ответил я, — поэтому думать приходится уже сейчас.

— Знаете что, Вольдемар, — графиня выпрямилась на сиденье, отчего грудь в платье с глубоким декольте, стала ещё более круглой и выпирающей, — а что если нам с вами отдохнуть от этой всей суеты? Где-нибудь подальше от города.

— Думаете, это получится? — со скепсисом покосился я на женщину, — отдохнуть?

— Если в правильном месте и в правильное время, то почему бы и нет?

Стоя на носу корабля, что энергично резал водную поверхность, создавая два буруна по бортам и, то и дело вздымая мелкое облако брызг, при столкновении с очередной волной, я ловил солёные капельки лицом с невольно вылезшей глуповатой улыбкой. Насколько прежний хозяин моего тела ненавидел морские путешествия, настолько они захватили меня.

Правда, мы всего пару часов как отплыли от одного из портовых пирсов Анкарна и вся эта морская романтика просто не успела приесться, возможно, но пока я испытывал лишь какой-то детский незамутнённый восторг, не смотря на не самую хорошую погоду.

Небо было пасмурным, встречный поток ветра зябко холодил кожу и только плотно застёгнутый плащ спасал, не давая подмёзнуть.

Собираясь в путешествие я не стал брать с собой мантии. Решив, что раз у меня теперь есть деньги, глупо везде и всюду ходить в одном и том же, поэтом мой однообразный гардероб разнообразили несколько комплектов повседневной одежды по последней местной моде. И, должен сказать, немножко шикануть я себе позволил. В данный момент под плащём на мне были облегающие ноги чёрные кожанные штаны, высокие сапоги, с квадратным носом и массивным каблуком, белая блуза и тёмный с серебристой вышивкой однобортный сюртук до колен. В нём я сам себе напоминал капитана Блада из книг Рафаэля Сабатини, которыми зачитывался в отрочестве, отчего ещё больше воодушевлялся, невольно представляя, что подо мной палуба фрегата «Арабелла».

— Вольдемар, вы так надолго меня покинули, что я начала беспокоиться, — раздался голос графини за спиной, — не случилось ли с вами чего.

— О нет, Злотана, — развернулся я, опираясь о поручень задницей, — всё хорошо, просто, неожиданно для себя открыл прелесть подобных морских путешествий.

Графиня Честер придерживала рукой элегантную дамскую шляпку, венчающую высокую причёску, плечи её покрывала плотная, защищающая от непогоды накидка, а зауженное книзу платье, чем-то напоминавшее амазонку для верховой езды, трепетало на ветру, то и дело облегая длинные стройные ноги.

Тут корабль врезался в очередную волну и облако брызг накрыло и меня и взвизгнувшую от неожиданности графиню, что тут же прижалась к моей груди. Правда, быстро отстранилась, мило покраснев.

— Простите, Вольдемар, это было так внезапно.

— Не извиняйтесь, я тоже испугался, — улыбнулся я в ответ.

Графиня звонко рассмеялась:

— Вы такой шутник. Я ведь знаю, что произошло в Академии, когда её на полдня закрыл защитный купол. Тар мне всё рассказал. И про орду нежити и тайную пещеру под замком. Не представляю, какой храбрости должен быть человек, чтобы туда в одиночку спуститься и их всех уничтожить.