Чтение онлайн

Дёрнул раз, два, не вышло. Затем поднатужился. И снова не вышло, только ручка согнулась дугой.

Оставив её, я ещё раз оглядел люк и неожиданно понял, что он не деревянный, а просто под дерево сделан. Затем зацепился за окружающий камень, и выяснил, что и стыки блоков не стыки, а искусственно сделанные борозды в монолитном материале. Это было похоже на декор «под старину», как иногда делали в моём родном мире.

Зачем это было кому-то нужно, я задумываться не стал, раз оно было, значит нужно. Оставался вопрос, как это дело открыть и сделать это так, чтобы не хапнуть чего-то не того. Внутри могла быть пустота, в том смысле, что вода не успела затечь и заполнить её, а значит, там тысячу лет сохранялась замкнутая атмосфера, со своими бактериями, вирусами и другими микроорганизмами. А если там были и живые, когда-то, обитатели, то они вполне, сгнив, могли послужить питательной средой всё это дело размножившей. Про, так называемое, проклятье Тутанхамона, я, как историк, знал неплохо. В том числе и, про вполне банальное его объяснение, что причиной гибели могли быть как раз сохранившиеся микроорганизмы либо грибок могильной плесени.

Как минимум, вдыхать сходу в себя внутренний воздух было глупо.

Но как же, всё-таки, её открыть?

Походив вокруг люка, я попробовал подцепить край ломом, но тот был слишком хорошо подогнан, в тонкую щёлку не влезло бы и лезвие ножа.

Я опробовал прожечь его струёй огня, но спалил лишь верхний декор, под которым обнаружилась отливающая голубым металлическая поверхность.

Судя по всему, тот кто сооружал башню, как раз от магов её и защищал. Ни одна из моих магических манипуляций никакого воздействия на люк и окружающий его камень не оказала.

Провозившись несколько часов, я убедился в тщетности своих усилий и, видя как наверху темнеет небо, со вздохом полез обратно наверх.

Дожидающемуся меня там Траллену сообщил, что завтра спущусь ещё раз и если не получится вскрыть башню сверху, будем углубляться сбоку, пока не найдём более подходящее место для входа.

Было несколько совестно, перед остальными, что мой спуск не увенчался успехом, я видел, как мои студенты разочарованно отходят от шахты.

Впрочем, сотник только пожал плечами, восприняв известие совершенно спокойно. Инициативу в исследовании найденного объекта я взял на себя и это его вполне устроило. Посопротивлявшись, для вида, в начале, сейчас он был скорее доволен этим фактом, не в последнюю очередь, вероятно, из-за нежелания рисковать своими людьми.

— Ладно, — я постарался забыть про неудачу и потёр слегка озябшие ладони, — пора, наверно и поужинать.

— Правильно, — услышал я звонкий голос Ясулы, — у нас как раз всё готово.

Тут же отовсюду, как из под земли, повыныривали морпехи, прицеливаясь в сторону кухни, на что Траллену пришлось рявкнуть, что приём пищи только через полчаса, заставив подчинённых разочарованно вздохнуть.

Меня общий распорядок касался не сильно, поэтому, пользуясь привилегированным статусом, я пошел дегустировать еду вперёд всех.

На ужин сегодня была горячая густая мясная похлёбка, вприкуску с сухарями, которые было удобно размачивать прямо в ней.

— Очень вкусно! — промычал я заботливо смотревшей на меня ракамакской шпионке.

Честно говоря, подозреваю, что вкусная стряпня, это побочный эффект навыков какого-нибудь тайного искусства изготовления ядов. Кому как не ей владеть им в совершенстве.

Присев рядом, она умиленно смотрела, как я вышкребал досуха миску, затем, участливо поинтересовалась:

— Не получилось?

— Ты про?.. — я качнул головой, в сторону шахты.

Женщина кивнула и мне пришлось нехотя признаться, что да, найденный люк открыть так и не смог.

— Понятно, — пробормотала Ясула, глядя, чуть прищурившись, на меня, — что ж, я тоже, пожалуй, немного подумаю.

Палатка номер шесть.

Бари, Авсан, Маршуш, Тар.

Время давно уже перевалило за полночь, но Бари не спал. Раз за разом он анализировал поведение Локариса, вспоминая его слова, мимику, действия.

В благородный порыв преподавателя, героически вызвавшегося первым пойти исследовать находку, он не поверил ни на йоту. Не тот профессор человек. Скорее это была всё та же маска, хитрость, когда он свои тёмные дела маскировал якобы добрыми поступками. Конечно, легко прослыть героем и убийцей нежити, когда ты сам эту нежить вызвал и она тебе ничего не сделает.

Бари видел в окно, как Локарис, орудуя мечом как какой-то дубиной, изрубил совершенно не сопротивляющегося лича. Не пытавшегося ни блокировать удар, ни ответить на него.

Юноша не мог понять только одного, как всё это, все эти странности, не видел в Академии никто кроме него. Ни ректор, ни магистр Калистратис, ни один из других профессоров. Ведь всё на поверхности, всё настолько элементарно, что не увидеть это мог только слепец.

Однако, приходилось признавать, что, в присутствии профессора, все остальные резко становились слепцами.

Вот и сейчас, парень усиленно размышлял, действительно ли, профессор не смог открыть люк, или это была очередная уловка. Легко сказать, что не смог открыть, а вдруг, это нужно, чтобы ночью, тайком, оттуда забрать что-то ценное? Что нельзя показывать остальным?

Чем больше Бари об этом думал, тем логичней это казалось. Как минимум, это стоило проверить.

Приподнявшись, он тихо вылез из спальника и, ёжась от холода, принялся расталкивать друзей.

— Вставайте, вставайте, — тихо шептал он, неохотно продиравшим глаза парням.

— Бари, ну что опять?! — недовольно пробурчал Тар, больше остальных любящий поспать.

Графский сын и так неимоверно страдал, без тёплой и мягкой кровати и большой ванной, а тут ещё и поспать нормально не давали.

— Тише, — шикнул на него тот, — есть у меня подозрение, что Локарис наврал, что не смог открыть. Думаю, он попытается попасть туда ночью.

— Опять эта твоя паранойя, — вздохнул Маршуш.

— Он тебя похвалил и ты продался ему, — презрительно скривился Ботлер.

— Нет, ты реально того, — разозлился парень, уязвленный подобным замечанием.

— Стоп, хватит, вот только между собой не хватало грызться, — Авсан развёл товарищей в стороны, — можно легко проверить. Если он собирался спуститься, то должен был уже уйти. Просто аккуратно заглянем в его палатку, если она пуста, значит Бари прав.