Чтение онлайн

— Спасибо… Аттикус, — наконец, выдавил он. – Видел всё через связь стаи… знаешь, эта рыжая… она предупреждала про серебряные ловушки.

— Да, знаю. Это была Флидас. – Я нахмурился, и, наклонившись, стал рассматривать его цепи. Они были заперты на замок, а я не слесарь. Если попытаться снять их с помощью магии, это займёт слишком много времени. У кого-то же должен быть ключ. – А почему ты спрашиваешь?

— Это она… похитила нас!

— Что??? Я думал, это была Эмили.

— Нет, — он покачал головой. – Она вела машину. Флидас нас уговорила не рыпаться.

Я посмотрел на Оберона.

— Почему ты раньше про это не сказал? – Я спросил вслух, так что все могли слышать мой вопрос.

Да я собирался, но ты мне не слишком-то позволял говорить. Тихо, Оберон, спокойно, Оберон, не сейчас, Оберон…

— Ну ладно, — сказал я. – Хал, мне нужен ключ. Ты не знаешь, у кого бы он мог быть?

Хал мотнул подбородком в сторону останков Радомилы.

— У мёртвой ведьмы.

— Блин. Грязное дельце. – Я подошёл к другой стороне хижины, где была клетка и так и весь перекосился, глядя на работу Лакши. На Радомиле была хорошая кожаная куртка, и когда я подтащил тело к краю клетки, где я мог дотянуться до её карманов, в правом я нашёл несколько ключей. Это был ключ к той клетке, где она сидела, и сначала я открыл её, чтобы войти внутрь и принести ожерелье для Лакши. Это было просто кровавое месиво, — я сразу вспомнил про «облепленный засохшим тестом крови» [цитата из «Гамлета» Шекспира (перевод М. Вронченко). – Перев.] – но поскольку всё это случилось по её вине, я счёл, что ей жаловаться было бы не на что.

Потом я подошёл к Халу, который тяжело дышал, ожидая освобождения.

— Ты что, превратишься в волка, как только я это открою?

Он кивнул, слишком напряжённый, чтобы говорить.

— Ну хорошо. Передай от меня Стае вот что: если увидят Флидас, пусть она делает, что хочет. Она обещала вернуться и помочь вашим раненым. Мне надо, чтобы вы пошли за Эмили и принесли мне её голову.

Это заставило его прислушаться к моим словам.

— Её… голову?

— Да, она мне нужна. С остальным делай, что хочешь. Но не беги за ней сразу, пока мы не убедимся, что ловушки разряжены. Это может нам сказать или Флидас, или Лакша, когда она сюда доберётся.

— В этом нет необходимости, друид, — сказала Морриган. Она слетела вниз и приняла человеческий облик рядом со мной. Морриган снова была обнажена – должно быть, она чувствовала некое возбуждение после того, как увидела, как обезглавили её старого врага.

— Ловушки умерли вместе с ведьмой, — сказала богиня, показывая на останки Радомилы. – Эти чары не были постоянными.

— Спасибо тебе, Морриган, — сказал я и обернулся к Халу, начав его освобождать. – Ну вот. Хорошей тебе охоты. Я подожду здесь и позабочусь о ваших раненых, как смогу.

Там, где цепи соприкасались с плотью Хала, они чуть дымились и вместе с ними отрывались кусочки кожи. Он шипел и, заворчав, обернулся, как только с него спали серебряные цепи, прорвавшись прямо через свой изящный костюм за три тысячи долларов (я не сомневался, что платить за это должен буду я). Его окружила Стая и приветствовала его возвращение; затем он занял своё место рядом с Гуннаром, и они побежали к тому месту, где Эмили ушла с лужайки, чтобы начать охоту.

— А ты нашла того демона-кровососа, Морриган? – спросил я, развязывая Оберона. Он одарил меня несколькими слюнявыми поцелуями, и я обнял его.

— Нашла и уничтожила, — ответила она. – Заметил ли ты, что моё предсказание сбылось?

— Да, это я заметил, — ответил я, улыбаясь. – Хотя оно относилось к Энгусу Огу – как я и склонен был надеяться. Могу я тебя кое о чём попросить?

— Конечно.

— Ты рассказала Энгусу Огу о нашем соглашении? Что ты меня никогда не возьмёшь?

Она скользнула ко мне, и ошеломила моё либидо своей особой магией – мой амулет мог заставить её замолчать, но не мог отрицать. Она провела ногтем по моей обнажённой груди, и я забыл, как дышать.

— О, но я тебя возьму, друид, — ответила она, — и много раз, когда силы к тебе вернутся. – Она запустила язык в моё оставшееся ухо.

Ой, ё-моё, опять начинается, — Оберон мысленно закатил глаза.

— Да я не об этом, — выдавил я, отстраняясь. Я начал усиленно думать о бейсболе. Вот, например, питчер Рэнди Джонсон. Хороший бейсболист, но не сексуальный. Сексу – нет! Сосредоточься! – Ты ему сказала, что ты никогда за мной не придёшь?

Она рассмеялась грудным смехом, и снова прижалась к моему левому боку; её дыхание щекотало мою шею, и я покраснел.

— Я хочу сказать, сказала ли ты ему, что никогда не заберёшь у меня жизнь?

— Дааааа, — прошептала она мне прямо в ухо, и мне пришлось закрыть глаза. Два аута, никого на базе, вторая половина первого иннинга. Ничего сексуального…

— Почему же?

Она вонзила ногти в мои синяки и я выдохнул, вспомнив те минуты, когда они были когтями.

— Я хотела, чтобы он призвал Смерть, — сказала она, — так чтобы когда ты убьёшь его, мне уже не пришлось бы видеть его снова. Я знала, что он это сделает, когда сказала ему о нашем соглашении – и он сделал именно это. Таким образом, я отмщена навечно за все эти тысячелетия мелких оскорблений. Теперь он в аду, которого, конечно, никогда не планировал для себя, и упокоиться в Тир на Ног уже не сможет. Разве я не страшный враг?

— Напугала до мозга костей.

Морриган вздохнула и потёрлась бедром об мою ногу. Ну, что скажете? Ей нравится, когда ей говорят, что она страшна. Извращенка.

— Почему ему был до такой степени нужен Фрагарах? – поинтересовался я. – Мне как-то не удалось у него спросить.

— Среди фэйри есть партия, и достаточно большая, которая считает, что ты не должен носить его, поскольку ты не фэйри и не принадлежишь к Племенам богини Дану. Они думают, что Бригита отказалась от слишком многих старых обычаев и то, что тебе позволили сохранить Фрагарах, они считают ещё одним доводом в пользу своей позиции.

— В общем, я типа футбольного мяча в их политических играх в Тир на Ног.

— Я не знаю, что такое футбол, — выдохнула она мне в ухо. – Но я знаю, что ты возбудился. – Её левая рука гладила меня по брюшному прессу и начала опускаться ниже, мне в джинсы. – Этого ты от меня не скроешь.

Она резко повернула голову на северо-запад – и веселье закончилось.

— Приближается Флидас. Потом поговорим. У тебя есть кое-какая сила, которую ты должен вернуть мне. Потрать эту ночь на регенерацию собственных сил, а утром я вернусь.