Чтение онлайн

Позади своих атакующих колонн землянин держал достаточно мощный кулак резерва, состоящий из отрядов владетелей и, главное, из полка кирасир, которых ещё нельзя было в полной мере считать латной рыцарской кавалерией - не хватало бронирования коней, да и сами породы орванских лошадей мало подходили на роли боевого транспорта тяжело одоспешенных воинов - однако, благодаря отработанным навыкам конного боя на копьях и наличию упоров в виде стремян, этот новый вид войска точно не уступал митридатовым катафрактариям.

За центр фронта у маршала Приарского отвечали Лойм и Майен, так что, за своевременность и эффективность применения собранных там сил Игорь не сомневался. Другой вопрос, что его друзьям сейчас противостоит гораздо более многочисленный враг.

– Горнист, атаку!
– приказал землянин, увидев, что оба его кавалерийских полка развернулись из походных колонн в боевые порядки.

Разумеется, Егоров не отправился к вражескому лагерю, там и без него справятся, только и вперёд не лез. Доглядчиков-стукачей, приставленных к нему любимой женой и венценосной подругой, он почти всех вычислил, но подобно римскому императору Траяну, утопившему всех кляузников в море, поступить не решился. Поэтому, ограничился выполнением строгого приказа сюзеренши и просьбы Тании своей драгоценной жизнью не рисковать.

Словно в ответ на сигнал от командующего, с севера прозвучал аналогичный. Римм Зорн догадался повторить манёвр маршала и завернул часть вверенных ему полков на помощь графам Ремсскому и Моснорскому.

– Мы вовремя, господин!

– Успевает всегда тот, Лепесток, кто никуда не торопится, - с очередной возвышенности за спиной своих кавалерийских полков Игорь окинул внимательным взглядом открывшееся перед ним сражение возле центральной переправы, - Только успеть мало. Надо ещё и раздавить врага, а у него людей заметно больше. Видишь? И, кажется, к нам подробности мчатся, - показал он на спешивших к нему двух молодых дворян из штаба графа Ремсского.

– Господин, мы от генерала Лойма, - доложил первый в звании лейтенанта.

– Я понял, что от него, - Игорь передумал соскакивать на землю, с седла было лучше видно происходящее на поле боя, и растущие впереди кусты дикой смородины нисколько не мешали, - Рассказывай. Не спеши. Подробности мне тоже интересны.

Офицер принялся докладывать о происходящем в центре, пока граф Приарский наблюдал, как его кавалерия, пользуясь внезапностью и численным превосходством - а к четвёртой, если считать от севера, переправе ригасские командиры прислали отряды, общей численностью также, как и к пятой, не превышающей тысячу мечей - в конном строю начали рубить врага и теснить его к Нуже, вдоль берега которой держался плотный строй батальона лэна Артинера.

Действительно, основные свои силы - не менее шести тысяч, по оценке Лойма - враг бросил к центральному броду, тому, что находился рядом с сожжённым мостом.

Полутысяча гирфельцев, успевшая к тому времени с помощью онагров разбить выставленный заслон и занять небольшой плацдарм на восточной стороне Нужи, удара столь мощных сил не выдержала и отступила обратно на свой берег.

Причём, большинству батальона пришлось переправляться уже по плечи в воде, так как державшие лодки и настилы горожане и крестьяне в страхе разбежались, разрушив тем самым переправу.

Последовать за противником ригасцам помешала артиллерия, расчёты которой проявили буквально чудеса скорострельности, внеся смятение в ряды атакующих.

Во многом свою роль сыграло и то, что первым же залпом на излёте два ядра попали в штабной отряд, кого-то там важного прибив.

Замешательство ригассцев дало время батальону и егерям занять оборону вдоль кромки воды, а генералу Майену подвести резервы.

– Граф сразу же отправил нас к тебе, маршал, - завершил доклад лейтенант, - Когда мы отъезжали, наступления ригов ещё не начиналось - наши метатели всё никак не давали им организовать колонны - но сейчас уже наверняка рубилово идёт. Их много больше, они не отступят, будут переть бродом. И злы очень.

– Мы не добрее, - хмыкнул Игорь, - Сержант, - он положил руку на локоть гарцевавшего рядом Лепестка, - скачи к полковникам, пусть дадут противнику коридор для бегства, всё одно дальше лагеря не убежит, а сами немедленно двигаются дальше.

Задержка всё равно произошла. Довести приказ до Битнига и Тумнера оказалось мало, обоим полковникам пришлось приложить немало усилий, чтобы придержать поймавших боевой кураж воинов и оттянуть их назад, чтобы между полками образовалось пространство, достаточное для выхода остатков вражеских дружин.

Да ригасцы ведь ещё и не сразу поспешили воспользоваться предоставившейся им возможностью для бегства. До них как до верблюдов долго доходило.

Прошло не менее получаса, прежде чем конница Егорова, оставив добивать разрозненные группы противника батальону Артинера, двинулась на помощь Лойму к третьей переправе.

– Возвращайтесь к графу Лойму, расскажите, что здесь видели, - приказал Игорь гонцам.

Давать дополнительные указания своему старому приятелю через лейтенанта и волонтёра попаданец не посчитал нужным. Те доскачут до Лойма одновременно с началом атаки гирфельской кавалерии на тылы построения ригасцев или даже позже, так что, графы Ремский и Моснорский сами всё увидят, а уж как им надлежит действовать, сообразят не хоже, чем им может подсказать в данной ситуации командующий.

Километр, отделяющий четвёртую и третью переправу конница маршала Приарского преодолела за считанные минуты.

Лойм в оценке численности врага оказался прав, Игорь и сам смог в этом убедиться, когда прибыл к месту.

В этот раз полки Битнига и Тумнера лихо врубаться конным строем в колонны количественно вдвое превосходящих ригасцев не стали.

Кавалеристы быстро спешивались и, пока выделенные из их состава коноводы сбивали лошадей в табуны и уводили четвероногий транспорт в сторону, организовывались в отряды до полусотни человек.

– Чего они тянут?
– не сдержался от комментария один из янычар, земеститель сержанта Лепестка, только что вернувшегося после выполнения поручения, - Наши там уже еле держатся!

Конечно, Игорь мог проигнорировать вопрос одного из своих воспитанников или и вовсе одёрнуть парня, высказавшего неспрошенные у него мысли о происходящем, но попаданец знал, что натренировать тело гораздо проще, чем мозги, а распереживавшемуся янычару, если и исполнилось семнадцать, то совсем недавно.

Поэтому Егоров ответил почти по отечески: