Чтение онлайн

— Да не нужно никакого мужества, Игорь, — ответил он, — Надо лишь иметь умение и желание договориться с местными разбойниками. Те ведь тоже нуждаются в массе вещей и продуктов. А какие-то вещи из добычи, наоборот, не нужны в лесу совсем. И через кого добывать нужное или кому сбывать награбленное? Что-то серьёзное — дорогое или крупное — через трактирщиков, вроде того Дауна, а мелочёвку — вот на таких вот вольных хуторках. Крепостному-то быдлу не сдашь, там владетель быстро всё узнает через своих управляющих.

— Зачем же тогда бандиты устроили здесь резню?

— А где ты здесь увидел резню? Я почти уверен, что разорение хутора и убийство той старухи, — бывший десятник махнул рукой за спину, — это работа стражников нашей герцогини. Видимо, прокололись хуторяне где-то. Вылезла на свет их связь с разбойниками, вот и…. Поэтому, и труп здесь только старушечий. Куда её тащить было? Померла бы по дороге. Вот и зарубили. Если тут дети проживали, их в рабство продали, а взрослых — в Пелоне казнили. Ну, я так считаю.

— Да, уж, — в раздумии кивнул попаданец, — Сурово тут у вас. Дети-то при чём? Сын за отца не в ответе. Но я понял, надо головой крутить постоянно, иначе не успеешь понять, откуда прилетит.

— Верно, — согласился Лойм, — Я как раз, пока не увидел, что ты не спишь, думал — может, в храм пойти позже, и не в Ливоре? Игорь, честно, ты можешь на меня опереться, я не передумаю и не предам. Без всяких клятв у престолов Порядка или Хаоса. Просто… насчёт того барона, Крима Роя. Даже я, в Оле наслышан про него. Сильно отличился он в прошлой войне, сам король наш его отметил. Понимаешь? У таких, как он, много друзей и связей. В том числе, и среди жрецов. Тании сейчас соваться под взгляды ушлых жрецов — не самое умное решение. Нет, я не утверждаю, что служители…

— Я понял, Лойм, — быстро уловил мысль своего нового компаньона Егоров, — Ты прав на все сто. С утра Тании скажем. Вообще, считаю, что можно не откладывать, а и вовсе обойтись без этих вот… клятв. Взрослые люди же. И так понятна наша взаимная выгода от совместных действий, а если кому-то станет в тягость, так зачем силой держать? Расстанемся друзьями. Так ведь?

— У меня нет желания терять таких соратников.

Было видно, что слова Игоря про возможность разбежаться в разные стороны бывшему десятнику категорически не понравились, но попаданец предпочитал иметь ясность во взаимоотношениях.

— У меня тоже, Лойм. Надеюсь, что подобного не произойдёт.

Когда утром Тания — а её дежурство было третьим — всех разбудила, остатки вчерашнего ужина были уже разогреты. Сильно не затягивая процесс, они быстро перекусили и спустя четверть часа выехали на Прибрежный тракт.

Дальнейшая поездка до самого Пелона прошла без особых происшествий, если не считать встречи с тройкой молодых бедных дворян, которые возле ручья, где был устрен оборудованный водопой для путешествующих, попытались язвить насчёт стремян, посчитав их подпорками для неумелых всадников. Однако, будучи сильно младше Лойма Кессера, года на три-четыре моложе Игоря, и прозорливо разглядев в обоих опытных воинов, троица свои насмешки смяла, и обе компании расстались вполне доброжелательно.

— Лойм, езжай в город один, — сказала Тания, когда их отряд в середине дня появился на виду Пелона, — Игорь, я правильно тебя поняла?

— Так точно, — подтвердил попаданец, — Какой нам смысл светиться? Сними особнячок, как и обговаривали, — напутствовал он десятника, — Вне пределов городских стен. Не будем рисковать при проверке у ворот. А по деньгам, это уж вы между собой решайте, я в ваших южных ценах ещё до конца не разобрался.

Для того, чтобы снять жильё, оказывается, не надо бегать и искать объявления, достаточно обратиться в местную районную управу и за каких-то пять талов, узнать адреса сдаваемых домов и имена их владельцев.

Тем не менее, своего старшего соратника — старшего, разумеется по возрасту — они прождали почти до вечера.

— Пришлось побегать, — сказал Лойм себе в оправдание, хотя, понятно, что он не бегал, а ездил на лошади, — Смотрел варианты. Выбрал самый лучший и, при этом, самый недорогой.

— Так не бывает, — хором усомнились Игорь, Тания и Кольт.

— Бывает, — усмехнулся наёмник, — Вдова Шпаз уже переселилась в городскую квартиру, а особняк ей не нужен, похоже совсем. Но продавать не хочет. Короче, договорился на восьмушку за сорок риталов. Там, правда, из прислуги только одна рабыня, но, думаю, на такой небольшой особнячок этого достаточно. Только вдова — честная и приятная женщина, весьма почтенного возраста — предупредила, что служанка ленива, хитра и воровата, к тому же, увечна какой-то болячкой, но не заразной, однако, при надлежащем пригляде, работать умеет. Айса, кажется, зовут.

— У меня лениться не выйдет, а болячку и излечить можно, — небрежно отмахнулась Тания, — Как по мне, так вполне нормальная цена. А сам особняк, ты говоришь, неплохой.

Пока соратники обсуждали подробности сделки, Игорь рассматривал большой город его нового мира и думал о том, что наконец-то у него здесь появилось, хоть и съёмное, но своё жильё.

— Первым делом мы займёмся вызволением из рабства твоей сестры, Кольт, — положил он руку на плечо своего первого здешнего друга.

Конец первой книги.

Если понравилось, пожалуйста, поставьте лайк. Спасибо!

Только в таком крупном по местным меркам городе, как Пелон, Игорь полностью ощутил себя настоящим жителем средневековья.

Какофония звуков и запахов обрушившаяся на него, едва только он со своими друзьями переехал через мосток, нависающий над текущей в море речкой, являющейся заодно и большой сточной канавой, заставили Егорова поморщиться.

– Ты чего, Игорь? – нахмурилась заметившая его гримасу Тания и чуть придержала своего коня, – Лицо сделай попроще. Не знаю, как у вас на севере, а у нас тут всегда так.

Попаданец ехал рядом с иск-магиней вслед за Лоймом и Кольтом и старался не показывать своего любопытства. Сделать это было довольно трудно – всё же человеку из двадцать первого века Земли здесь очень многое казалось в диковинку.

Хотя, он отмечал, что во многом книги и фильмы о ранних временах развития цивилизации не врали, но, одно дело о чём-то прочитать или посмотреть по телевизору, и совсем другое – самому оказаться в такой примитивной эпохе.