Чтение онлайн

— Прежде чем вы прикажете убить меня, я хочу сказать вам кое-что, и если я окажусь не прав, вы сделаете со мной, все, что захотите. То есть, вы в любом случае сделаете со мной все, что захотите… — Я умолк и снова проклял себя за дурость, потом продолжил.

— Не задолго до того, как у вас началась эта странная болезнь, к вам приходил какой-то гость. Полагаю, что он принес вам небольшой подарок, что-нибудь медное, бронзовое или фарфоровое. Он вложил эту вещицу прямо вам в руку. И вскоре вслед за этим ему захотелось непременно зажечь свечу или взять уголек из камина. Вы могли заметить, а могли и не заметить, фигуру, которую он нарисовал в воздухе пламенем. Скорее всего, его движение походило на обычную жестикуляцию при разговоре, просто он как бы забыл, что у него в руке горящая свеча. Сказать, кто был этот гость? Сказать, какое слово он произнес, когда в его руке оказался огонь?

Принц сидел неподвижно.

— У меня было много гостей, они приносили множество подарков. Если в твоей болтовне есть смысл, скажи, пока у тебя еще есть язык.

Я облегченно перевел дух. Если бы моя догадка оказалась неверна, я уже шел бы к месту казни.

— Если мне удастся найти этот подарок, эту вещицу, согласится ли мой господин выслушать меня?

— Я не заключаю сделок с рабами.

— Это не сделка. Я молю, чтобы меня выслушали и надеюсь, что мои действия придадут вес моим словам.

— Ищи.

Я поклонился, затем встал и поднял свечу. Минута подготовки — я расслабился и по-другому сфокусировал взгляд, что позволяло лучше видеть и слышать — и я начал свой путь по большой комнате. Я освещал каждую поверхность из стекла или металла, вглядывался в каждую бутылку и статуэтку, рассматривал расписные блюда с остатками завтрака, колокольчики, кольца, коробки с фишками для игры в ульяты, украшения, внимательно изучил перевязь меча и меховой плащ принца, брошенные на пол, хлыст и перчатки, оставленные на столе. Мои обычные чувства были отключены, поэтому я не услышал бы его, обратись он сейчас ко мне.

То, что я делал, не было волшебством. Сила моя давно умерла, старательно и последовательно уничтоженная в первые дни нашего завоевания. Но меня с пяти лет обучали видеть и слышать, пробовать на вкус и обонять иначе, различая малейшие колебания в мировых волнах, вызванные заклятием. Постоянно жить с подобной чувствительностью нельзя, иначе все чувства кончатся, испарятся, засохнут, как испаряется и засыхает краска в открытой банке. Поэтому меня научили возвращаться обратно, к обычным ощущениям, используя экстраординарные чувства только при необходимости.

Что это там такое? Я шагнул к маленькому письменному столику у окна, и в моей голове зазвучала негромкая музыка. Ближе. Я высоко поднял свечу и в ее свете, полированная поверхность стола заблестела. Где же? Музыка зазвучала громче, настойчивее, в ней появились режущие слух диссонансы, каждая следующая нота причиняла страдание душе и телу. Скорее, не то она захватит тебя. Музыка демонов съедает разум.

Я открыл ящик и увидел это. Тяжелую медную печать с рукоятью из слоновой кости, которая давала оттиск со львом и соколом, такой же, как кольцо Александра, только больше. Такую печать ставят на документы. Знак будущего величия Александра, когда он будет голосом своего отца, а не просто его сыном. Волны заклятия расходились от изящной вещицы, холодя мою кожу и вызывая боль в позвоночнике. Я взял печать и повернулся к Александру, который стоял за моей спиной, внимательно глядя на предмет в моих руках.

— Вот, господин. То, что дал келидец.

— Что это за магия, эззариец? — Негромко спросил принц. Я не видел его лица в темноте. — Разве ты не прошел Обряды, как мне сказали? Или это что-то более простое?

Глупо было бы надеяться, что он поверит моим объяснениям.

— Я прошел через Обряды Балтара, господин. У меня нет ни силы, ни возможности использовать ее. Но есть навыки, практические навыки, такие же, как верховая езда или танцы… Их Обряды не могут отобрать. Их я и использовал, чтобы найти предмет.

— И как этот подарок связан с моей болезнью? Осторожно выбирай слова, раб. Я не такой дурак, каким кажусь тебе.

Осторожно! Я едва не засмеялся. Шестнадцать лет предосторожностей пошли насмарку в тот момент, когда я переступил порог этой комнаты. Безумец. Жизнь ничему так и не научила меня.

— Я видел и раньше подобные болезни. Я узнал симптомы, проявившиеся в последние три дня. Такие заклятия осуществляются через небольшой предмет и приводятся в действие силой огня. Обычно там, где человек спит, как и в этом случае. Если подержать заговоренный предмет в огне около часа, заклятие будет разрушено.

— И почему ты говоришь мне это? Не вздумай ответить, что из любви ко мне. Думаешь, получишь двойную порцию на ужин? Или шелковую подушку на свою кровать? Или девку в свою постель? Думаешь, если я недоспал несколько часов, я поверю в любой бред, сочиненный трусливым и лживым рабом?

Он толкнул меня, прежде чем я нашелся, что ответить. Падая на пол к его ногам, я ударился плечом об угол стола. Печать выпала у меня из рук и покатилась по ковру.

— Я не верю в магию, раб, — его башмак ударил меня в бок. Я перевернулся, стараясь прикрыть самые уязвимые части тела. — Думаешь, ты очень умный? Да, я знаю. Ты наблюдаешь за мной, ты оцениваешь меня, и вот результат. Я говорил тебе, что ты слишком много думаешь, но ты не внял, — у него были очень тяжелые башмаки, а удары были быстрыми и сильными. — Думал рассказать сказочку дерзийскому дураку? Наплести, что это келидец, которому он и без того не доверяет. Он заснет и поверит, что раб вылечил его. И скажет спасибо. Что, так ты думал?

Он продолжал осыпать меня словами и ударами. Слов я уже не понимал из-за головокружения и боли. Я не винил его. Как он мог поверить, что раб действительно хочет помочь ему? Прежде чем провалиться во мрак, я ощутил радость. По крайней мере, сегодня ночью меня не будут преследовать глаза демона.

Нельзя мне было шевелить головой. Но моему закрытому глазу мешало что-то острое и твердое, и я подумал, что если сменить позу, станет удобнее. Острое и твердое (им оказалось кольцо, соединявшее браслет на запястье с цепью) мне больше не мешало, но от движения я окончательно проснулся. И ощутил, что все мои кости и мышцы, все без исключения, отчаянно болят. Мне показалось, что даже волосы у меня покрыты синяками.

Не было необходимости открывать глаза, чтобы понять, где я нахожусь. В подвале было так темно, что открой я глаза, все равно ничего не увидел бы, к тому же открывать их было больно. Было бы чудесно снова провалиться в сон или небытие, или где я там оказался, после того, как принц напомнил мне, что бывает с глупцами, берущимися отделять добро от зла. Раб не должен даже думать о подобных предметах.

Я уже достаточно проснулся, чтобы припомнить все, и тут я понял, насколько меня мучит жажда и как мне холодно. Голода я не чувствовал, во всяком случае, я не мог понять, отчего болит мой живот, от голода или башмаков его высочества. Я крепко задумался, стоит ли вообще двигаться, чтобы найти оставленную Дурганом воду. Жажда победила. Жажда очень сильная вещь.