Чтение онлайн

Слово пигопага – закон. Земля действительно вздрогнула. Более тридцати орудий «лесного» бронепоезда одновременно исторгли из своих жерл языки пламени. Комендоры у Кита были не ахти какие, но мизерное расстояние и приличные габариты мишени воодушевили их. Сталь ударила о сталь, и более мощный собрат стреляющего бронепоезда покачнулся от множества попаданий. Часть снарядов пробила обшивку и взорвалась внутри, часть срикошетировала, унесясь вдаль, слепой смертью угрожая совершенно случайным целям. Несколько земляных фонтанов вскипело вблизи насыпи.

– Кто там мажет! – взревел Лили. – Точнее бить!..

Время залпов прошло, и теперь это был уже беглый огонь, к которому с некоторым запозданием присоединились пушки, сосредоточенные у леса. Эти клали гаубичные гостинцы в такой опасной близости от своего же бронепоезда, что и Лили, и Артуру поневоле пришлось пригнуться к брустверу из мешков.

– Ну вот и доигрались, – Артур яростно постучал себя по лбу. – Хоть у тебя и две головы, а мозгов в них, похоже, негусто.

– Что?! – дважды повторенное лицо пигопага перекосило от бешенства.

Артур торопливо ткнул пальцем.

– То самое! Туда гляди, полководец доморощенный! Я же говорил, мы его разбудим. Вот и разбудили!

Головы Лили повернулись, слова, готовые сорваться с языка, замерли на устах.

Длинные стволы «адского бронепоезда» действительно пришли в движение, стремительно разворачиваясь в направлении изрыгающего снаряды противника. Дремотный сон кончился. Электронный комендор, в отличие от живых, работал с отточенной слаженностью, не теряя лишних секунд. И уже через мгновение разразилась дуэль, которой Артур пугал Лили. Два огромных бронированных состава стояли друг против друга, посылая пудовые снаряды практически в упор, преследуя одну-единственную цель – заставить противную сторону замолчать и угомониться любой ценой. Проснулся не бронепоезд, проснулась сама смерть. И в страну Харона уже сейчас готовились десятки и сотни льготных пропусков…

Даже сидя в вертолете, Дымов чувствовал, как гулом на гул отвечает им близкая земля, как бьет и треплет кроны деревьев теплый пропеллерный ураган. Вадим щурился и время от времени вытирал платком выступающие слезы. Даль и высота – не для глаз горожанина. Самое же странное заключалось в том, что приступов он больше не боялся. В них – этих приступах – таилось дыхание смерти, но этим дыханием веяло сейчас отовсюду. Каждое новое мгновение можно было почитать удачей, – болезни, недомогания и прочие человеческие хворобы отступали на задний план.

«Это будут холмы, – уверял Артур. – ЭТО ДОЛЖНЫ БЫТЬ ХОЛМЫ! Здесь болотистая местность, кругом низины, вода, поэтому шахты наверняка сосредоточены на редких возвышенностях…» Помня слова товарища, Вадим до боли в глазах всматривался в простирающийся внизу ландшафт, и, следуя его примеру, точно так же озирал проносящиеся внизу заросли командир стальной стрекозы. Это и был тот самый профессионал, о котором упоминал Вадим Пульхену, – пилот, разработавший систему подвески бомб и последующего их сброса. Фактически до начала операции им так и не удалось как следует познакомиться, но уже с первых приветственных слов Вадим почувствовал в пилоте человека бывалого и неглупого. Черт его знает – почему. Возможно, в подобных ситуациях влияют не столько смысл сказанного, сколько интонация и выражение глаз. Именно глазам Вадим верил более всего, искренне полагая, что выражения лица, как такового, нет и не может быть, а есть действительно только выражение глаз. Губы, брови и прочее – всего-навсего придаток к глазам. В глазах – вся красота и в них – весь характер. «Снегов, – представился пилот при встрече, – бывший офицер союзного флота.» И Вадиму подумалось, что для этого человека подобной рекомендации вполне достаточно. Так оно и оказалось впоследствии.

К бомбометанию пилоты Кита готовились несколько дней, и все-таки начало получилось не слишком складным. Чертовы холмы, о которых говорил Артур, оказалось не так-то просто обнаружить. Именно поэтому Пульхен настаивал, чтобы прежде облет территории был совершен пилотом-разведчиком. Это представлялось вполне разумным, за исключением одной-единственной детали. Артур уверил всех, что Бункер располагает собственными средствами ПВО – с системами радарного обнаружения и замаскированными ракетными комплексами. Таким образом любой полет превращался в довольно рискованное предприятие. Разведчик мог запросто переполошить подземные силы и тем самым сорвать последующий вылет группы бомбардировщиков. В противном же случае за ними сохранялось некоторое преимущество внезапности, и этого преимущества большинством голосов решили не упускать.

– Вон еще что-то вроде холма, – подсказал Снегов.

– Вижу, – Дымов согласно кивнул. Прямо по курсу действительно поднималось покатое взгорье с каменными, в беспорядке выпирающими там и тут зубьями. Вздутые земные десны крепко сжимали клыкоподобные скалы. Притуманенные голубоватым мхом ветви кустов приветствовали появление небесных стрекоз. И снова Вадим припомнил наставления Артура. «Как это будет выглядеть сверху, понятия не имею, но одним из отличительных признаков должны быть – голые, лишенные древесной растительности вершины». Артур объяснил, что подземные сооружения возводились в спешке и на свехдлинные тоннели у строителей попросту не нашлось времени. Значит, шахты не могут быть слишком разбросаны и должны располагаться в относительной близости от железнодорожного кольца…

Изучающе оглядев возвышенность, Вадим покачал головой.

– Само по себе место подходящее, но справа и слева вода. Вон там даже что-то вроде речки. И кроме того их должно быть несколько, понимаешь? Не менее пяти шахт.

– Надо было сказать об этом сразу, – пилот прищурился. Некоторые подробности от него в самом деле утаили, но он и не думал обижаться.

– Какая примерно у них высота?

Вадим пожал плечами.

– Черт его знает. Но это должно быть выпукло. И относительно сухо.

– Понятно, – пилот усмехнулся. – И куда бьем? Прямо по вершинам?

Вадиму не оставалось ничего другого, кроме как снова пожать плечами.

– Выходы могут быть и наверху и на склоне. Известно только то, что люки – лепесткового типа, а над ними тонкий – не толще десяти-двадцати сантиметров слой дерна. Так что, если точно попасть…

Пилот кивнул.

– Да, лишь бы попасть. Но сколько времени прошло, – там давно могли прорасти целые рощи.

– Исключено. Каждый год военные проводили профилактические работы. Люки распахивались, место вокруг подчищалось, молодая поросль вырубалась. А после люки снова закрывались, их присыпали дерном, крошили туда семена цветов и трав.

– Что ж, тогда у нас единственная проблема – найти эти чертовы клумбы.

Вадим понуро кивнул. Взглянув на него, пилот снова прищурился, что-то явно прикинул про себя.

– Высота! Мы должны изменить высоту.

– Это опасно. Нас тут же засекут.

– Сейчас это уже неважно. Один черт – все вот-вот начнется. Пока заметят, пока то да се… – пилот решительно потянул на себя штурвал. – Ни хрена они с нами не сделают! Не успеют…

И уже через минуту Вадиму пришлось убедиться в правильности принятого решения. Стоило им подняться на сотню-две метров, и местность внизу разительно переменилась, приобретя очертание карты, отчетливо прорисовав рельеф, дымкой и блеском пометив болотистые места.