Чтение онлайн

Минут через двадцать Лисандр потянул за трос. Подплыл Харв и взял на себя управление санями. Лисандр проверил трос, который привязывал его к саням, и, позволяя разматываться катушке, начал подниматься на поверхность.

Ветер дул в сторону берега, в заливе белели гребни волн: ничего, что могло бы помешать посадочному кораблю, но достаточно, чтобы невозможно было в тусклом сером свете разглядеть береговую линию. Лисандр оглянулся. И на мгновение увидел блеск: это сержант Мисковски включил фонарь. Лисандр немного подождал, а когда свет блеснул вторично, был готов определиться на местности.

На Таните нет навигационной спутниковой системы. Губернатор Блейн хотел ее завести, но СВ отказал в финансировании. Система на Спарте еще не завершена, но достаточно хороша, чтобы можно было определить свое положение с точностью до нескольких метров. Это гораздо лучше, чем пытаться по видимым ориентирам определиться в бурном море. Но выбора нет.

Это ориентирование — еще одна проверка расположения саней. Но что гораздо важнее, вспышки с берега сообщали, что звуковая аппаратура не уловила никаких звуков несси вблизи берега и никто его не преследует. Пока…

Определившись по фонарю Мисковски, Лисандр не удержался и посмотрел на юг, в ту сторону, куда ушли вторые сани. Но ничего не увидел. Волна накрыла его с головой.

Хватит. Он нажал на клапан плавучести, выпуская воздух, и стал медленно погружаться к саням.

«Сосредоточься, — подумал он. — Думай только о работе. Сани с записями и мертвым поркером приманят несси или не приманят. Но если будешь думать об этом, все равно ничего не изменишь». Он не обращал внимания на тугой узел в желудке и пытался не представлять себе несси, рвущих друг друга на куски.

Оказавшись под поверхностью, он с помощью экрана шлема вызвал из инерционной системы схему местности с указанием своей позиции. Схема совпадала с визуальными ориентирами. Убедившись в этом, он подтянулся к саням и похлопал Харва по плечу. Миддлтон тут же отступил, давая возможность Лисандру взять на себя управление.

Лисандр держался прежнего курса. Непрошеными приходили новые видения несси. Он пытался прогнать их и, когда ничего не получилось, начал медленно перечислять про себя: Леонид, Мегист, Динес, Альфей, Маро, Эврит, Демарад младший, Деноат. Три сотни имен. Герои Фермопил.

Он уже добрался до середины второй сотни, когда пришло время сменить курс и повернуть к пристани Рошмона.

— Майор Бартон! — Эйс Бартон проснулся от стука ординарца в дверь. — Майор!

— Да, Каррузерс?

— Капитан Хоницу говорит, что вам срочно необходимо явиться в штаб. Кажется, Фалькенберг начал действовать.

— Дерьмо! Ладно. Сейчас буду. Приготовь кофе. Снаружи яркий свет. Часы у кровати показывали, что после

восхода прошел час. «Недостаточно сна», — подумал Бартон.

Когда он встал, в голове зашумело. Не следовало столько пить. Он отыскал витамины и порошок от головной боли, проглотил все это, налил второй стакан воды и запил. Мне даже не нравится пить. Но лучше пить, чем разговаривать с этими ранчеро.

Он быстро оделся. Когда закончил, чувствовал себя уже лучше.

Штабная комната раньше была кабинетом хозяина Рошмона. Именно такую комнату хотел бы иметь Бартон, если бы стал богатым ранчеро, хотя не все книги, которые там стояли, ему хотелось бы прочесть. Он подумал: «Сколько стоило привезти эти переплетенные в кожу тома оттуда, где их напечатали? С Земли?» Когда-нибудь он прикажет слуге открыть один из этих застекленных книжных шкафов и сам посмотрит, где напечатаны книги. Они выглядят так, словно их ни разу не открывали.

В основании большого стола для совещаний стоял Антон Гирерд. Казалось, он всегда здесь. Бартон подумал: «Когда же спит этот ранчеро? Он, несомненно, относится к делу добросовестно. Или просто тревожится». Чандос Вичаста, представитель Бронсона, спокойно сидел в дальнем углу. Он поднятием брови показал, что видит Бартона.

Капитан Хоницу оторвался от стола с картами.

— Они передвигаются, майор.

Бартон прошел к своему месту в центре стола. Чашка кофе уже ждала его, и он сделал большой глоток. Когда-нибудь Каррузерс неверно рассчитает время, и я обожгусь.

— Рассказывайте обо всем, Уолли.

— Два фронта. Один очевидный: их основные силы идут на юго-восток. Почти без потерь. Согласно вашему приказу, мы отвечаем огнем с большого расстояния и убираемся оттуда. Их потери — примерно с полдюжины солдат, но мы оставили четыре ранчо.

— А за неделю потеряем еще пятьдесят. Ну и что? — ответил Бартон. — Они могли их захватить в любое время, когда вздумалось бы. Хорошо, пусть заплатят хоть чем-нибудь за территорию, но больших потерь она не стоит. Кристиан Джонни это знает, и для него она тоже не стоит больших потерь. Так что же он прикрывает?

— Точно не знаю, — ответил Хоницу. — Доклады продолжают поступать. Картина серьезная, майор. Вся авиация конфискована. Коммерческие самолеты и вертолеты, даже частные машины ранчеро. Кажется, в их руках теперь вся авиация планеты. И некоторые из их передовых групп собирают работников с ранчо и привозят с собой техников.

— Где?

— Вот места, о которых мы знаем. — На экране карты появились синие огоньки. — А это вероятные места. — Еще огоньки, светло-синие.

— Продвигаются на юго-запад, — сказал Бартон.

— Да, сэр. Мы ничего не знаем, но общая картина заставляет предположить, что они нацелились на что-то в этом районе. Может, на сам Рошмон.

— Это имеет больше смысла, чем первая операция. Думаете, их цель мы, Уолли?

— Никаких данных.

— А что говорит наш человек в офисе губернатора?

— С ним не удается установить связь, сэр.

— Не удается установить связь. — Бартон сделал еще один большой глоток. — Давно?

— Сегодня с утра. Вчера вечером он ушел домой в обычное время.