Принцесса Эрдо
Шрифт:
Стало уже совсем темно еще и потому, что они оказались на дне небольшого оврага, который очень удачно скрыл их. По краям этого даже не оврага скорее, я очень большой ямы, росли какие-то пушистые деревца, а дно было покрыто мягкой травой и мхом.
– В нашей ситуации - идеальное место для ночлега,-резюмировала Асмабика.-Можно даже костер развести, чтоб зверюги не совались.
Она посмотрела на принцессу, которая тоже поднялась и теперь выпутывала свой тяжелый от сырости плотнотканный подол из сплетения то ли веток то ли корней, и, усмехнувшись, поинтересовалась:
– Ты, может быть, еще и костры умеешь разводить, ваше высочество?
– Не умею,-честно призналась та и добавила: -А как пить хочется! Хоть бы ручей какой-нибудь поблизости.
– Неужели бы стала пить воду из ручья, принцесса? Там же полно всяких микроорганизмов! Да и вообще: если сейчас выпить воды, любой, с организмами или без них, нестерпимо захочется есть. Ты когда в последний раз питалась? А?
– Не помню. Но я так устала, что могу уснуть и голодной.
Костер развести не получилось. Надвигающаяся ночь принесла с собой влагу, оросившую все ближайшие кусты, ветки и корни, а так же холод и беспокойное чувство постоянной опасности. Дикарка не могла уснуть и потому вызвалась покараулить сон принцессы, у которой уже закрывались глаза.
– Спи,-сказала она,-если сможешь. Скоро будет очень холодно. Так что засыпай, пока совсем не похолодало.
– А ты?
– Кто-то один должен бодрствовать. Хищники по ночам, наверное, не спят…
– Асмабика…
– Да ладно уж! Поговорим завтра… Я, честное слово, не знаю и сама, что мне теперь с тобой делать,-махнула рукой дикарка.
Принцесса положила голову на влажную мшистую кочку и съежилась, пытаясь хоть как-то согреться и немного успокоиться. Но почему-то в нее вдруг вселилась эта неоправданная, ничем неоправданная уверенность в своей спутнице. То, что Асмабика не бросит ее сейчас на съеденье зверью, не оставит ее спящую среди ночи, она осознавала так же четко, как и то, что сон одолеет ее сразу же, как только она сомкнет веки.
Ночь со всем своим холодом и страхами окончательно опустилась на тот лес, где скрывались беглянки. Наступила тишина, та пугающая тишина в темноте, где каждый звук становится почти осязаемым из-за неожиданности и таинственности, когда невозможно определить его природу и то, насколько он опасен. Черноволосая девушка, гордая и дерзкая, преступница и захватчица, находилась сейчас среди этой дикой тишины, готовой поглотить и ее и ту, из-за которой она оказалась на этой планете. Асмабика сидела неподвижно, стараясь не прислушиваться, не вздрагивать и не плакать. А слезы именно сейчас, именно в этот момент вдруг подступили к ее глазам. Она боялась моргнуть, чтоб предательская влага не пустилась по щекам, боялась шмыгнуть носом и разбудить принцессу. И просто боялась. Этой планеты, этой тишины и этого леса. Эту минутную слабость, почти роскошь, она, наконец-то, могла позволить себе сейчас, когда ее никто не мог слышать и видеть… Она сидела, не двигаясь, обняв колени и дрожа от холода.
– Ничего,-произнесла она, наконец, почти беззвучно,-и не из таких переделок выбиралась живой…
Их утро началось еще до рассвета. Из черной ночь превратилась в серую, но восток еще даже не порозовел, когда Асмабика, задремавшая, в конце концов, прислонившись к торчавшей из мшистой лесной подстилки коряге, вдруг очнулась, вздрогнув от какого-то нового звука. В тот же момент открыла глаза и Лана. Она вскочила, но наткнулась на предостерегающий жест дикарки и застыла, не понимая еще окончательно, что происходит.
– Тут рядом кто-то ходит,-едва сумела прочитать она по губам воительницы.
– Кто?,-так же беззвучно спросила принцесса.
Асмабика не ответила ничего, откуда ей было знать. Одно только она поняла совершенно определенно: это были люди. Они разговаривали где-то там наверху, над их головами, у края оврага. Несколько, судя по тембру голоса, мужчин, что-то встревожено обсуждали. Теперь и Лана слышала их голоса, проснувшись уже окончательно. Но она не могла понять, о чем шла речь: язык был ей незнаком. Если бы это были воины барона Ульгерда, то они говорили бы, наверное, на том же наречии, что и весь окрестный люд. Но это был кто-то другой. Когда послышалось шуршание кустов и голоса стали удаляться, Лана сказа об этом Асмабике.
– Нам-то с тобой какая разница!?-почти огрызнулась та.-Ты же понимаешь, что для нас любой опасен, хоть человек, хоть зверь. Чужие мы тут.
– Тише!
Дикарка взглянула на Лану исподлобья и вздохнула, словно вспомнила о какой-то проблеме. Они все еще опасались громко говорить и даже шевелиться. Возможно, их все-таки могли заметить и теперь прислушивались. Только когда успокоились птицы в ближайших кустах, перестали взволнованно и недовольно свистеть, потревоженные недавним человеческим присутствием, Асмабика осторожно приподнялась, вползла на край оврага и осмотрелась. Убедившись, что ни единой живой души вокруг не было ни слышно, не видно, она кивнула принцессе.
– О чем ты сейчас думаешь?-спросила она, когда взобралась наверх.
– О еде.
О том же сразу же подумалось и Лане. Она даже решила, что возможно уже и не так страшно оказаться сейчас снова среди друзей Асмабики, в их хижине, где было по крайней мере вдоволь еды и питья. В конце концов, и эта чужая планета ее не так сильно пугала, как раньше, хотя как и прежде оставалась чужой и враждебной.
– Куда мы отправимся сейчас?-задала она снова вопрос.
Дикарка перестала всматриваться в предрассветную дымчатую чащу и взглянула на свою спутницу.
– Почему ты меня спрашиваешь? Кто решил, что я главная?
– Это нужно решить? Что если я просто попрошу тебя взять на себя эту обязанность?
Раз уж так случилось…
Асмабика что-то хотела ответить, но только снова вздохнула и, отвернувшись, стала осматривать окрестные кусты, потом мох прямо пред собой.
– Километров десять-пятнадцать,-пробубнила она через некоторое время молчания.
– О чем ты?
– Расстояние… Если то сооружение, что мы видели с тобой пролетая, и есть этот проклятый монастырь, то до нашего лагеря километров пятнадцать, максимум двадцать.
– Думаешь уже можно двигаться? Безопасно?
– Немного погодя… А ты… что же надумала со мной?
– А у меня есть выбор? Сама же говорила…
– Интересно, искали ли меня… нас… хоть кто-нибудь…
Девушки снова спустились на дно оврага, чтоб дождаться утра, а заодно убедиться в том, что поблизости нет тех людей или каких-нибудь других.
– Ты имеешь в виду салигардов?-спросила принцесса вспомнив о последней фразе своей спутницы.-Вряд ли им было до нас. Да и до сих пор…