Принцесса огорошена
Шрифт:
Мягкий, низкий, чуть дребезжащий. Такой обычно у давно курящих женщин. В-третьих, ярко раскрашенное лицо Раисы с четырьмя подбородками выражало необыкновенное жизнелюбие и радушие.
– Ты привел нам новую Госпожу?!
Раиса схватила меня за руку, повертела.
– Дайте, я на вас погляжу, ваше величество! Ох! Хороша! Должно быть, злая! Вон как смотрит! Бойтесь все, скоро так пороть начнет, что мало не покажется! Ох! Хороша! Волосы черные, сама высоченная, лицо, как у Снежной Королевы, рука, чувствуется, тяжелая, губы хищные! Ой, Никита! Дай, я тебя поцелую, мой милый!
– Подождите, – я отстранилась. – Вы меня не за ту принимаете!
– Что такое? Никита? – Раиса надула губы и повернулась к своему сотруднику.
– Очень жаль, Раиса Максутовна, – он развел руками, – но это не Госпожа, увы! Хотя с вами согласен, из нее вышла бы отменная. Вы бы знали, какое костлявое колено…
– Я тебе сейчас покажу костлявое колено! – моментально разгневалась Раиса. – Когда Госпожу отыщешь?! У нас элитная парная или что? Приличной Госпожи нету!
– Извините, я бы очень хотела поговорить с вами наедине, – я взяла Раису за пухлый локоть. – Это касается Олега Корсакова.
Раиса тут же успокоилась, секунду смотрела на меня своими ярко накрашенными выпученными глазами, потом откашлялась и показала толстым пальчиком неприметную нишу в стене.
– Идемте в мой кабинет. Всем за работу! Нечего тут торчать! Ленка, Лариска, ступайте в пятый кабинет. Там Светка с Нинкой одни не справляются. Черт бы побрал этот день связиста, радиста, или кого там, блин! – Раиса обернулась ко мне". – У нас тут сегодня какие-то генералы праздник отмечают.
"Прямо не бордель, а зал торжественных приемов", – подумала я и едва удержалась от вопроса, не справляют ли в "Райских парных" свадьбы и юбилеи.
Кабинет хозяйки неизвестный дизайнер оформил как огромный будуар. Изящный письменный столик на резных ножках стоял перед гигантской круглой кроватью с балдахином. Низенькие диванчики по периметру, толстые восточные ковры на полу, бархатные драпировки по стенам. Все вместе создавало впечатление уютного гнездышка. Удачно расставленные торшеры давали достаточно света, не нарушая общего полумрака и атмосферы интимности.
– Ах, все же как жаль, что вы не Госпожа! – печально вздохнула Раиса. – В последнее время все помешались на этих хлыстах и плетках.
Я начинала разуметь, каковы обязанности "Госпожи".
Кажется, это такая фурия, затянутая с ног до головы в черную лакированную кожу, грозно размахивающая хлыстом и заставляющая мужчин лизать свою обувь. Б-р-р! И это, по словам Раисы, сейчас самое востребованное?!
– Везде ищу именно ваш типаж, – Раиса бросила на меня заискивающий взгляд. – Может, все же подумаете? Это же не обычная работа жрицы любви, – поэтически выразилась банд ерша, – это же совсем другое! Ну что вам стоит – пару часов помахать хлыстом, отшлепать несколько мужчин и получить за это очень симпатичную сумму? Можете быть в маске. В садо-мазо это приветствуется.
– Мужчины теперь платят за то, чтобы их отшлепали?!
Боже, как изменился мир за то время, пока я без отдыха самозабвенно трудилась на "скорой помощи"!
– Еще как! – обрадовалась Раиса. – Слушайте, давайте попробуем? У вас талант Госпожи! Я это вижу сразу! У меня такой опыт, что любое кадровое агентство позавидует. Давайте, может, коньячку? А? За знакомство?
– Послушайте, вынуждена вас огорчить, но шлепать мужчин за деньги – это не та работа, о которой мне мечталось всю жизнь… – я вежливо отказалась, но Раиса тут же меня прервала.
– Неужели вы ни разу в жизни не испытывали желания отлупить мужчину? Унизить его, надавать пощечин, заставить лизать вам ноги и ползать вокруг на карачках? Только не говорите, что никогда об этом не мечтали! Все женщины хотя бы раз в жизни испытывали жгучее желание отколошматить какого-нибудь ублюдка и заставить его на коленях молить о пощаде!
– Ну… – я замялась.
Вообще-то подобные желания посещали меня каждый раз, когда очередной муж уплывал из моих объятий в чужие. Да…
– Соглашайтесь! – пела над моим ухом Раиса. – Я чувствую, Госпожа – это ваше призвание!
– Нет, вы знаете, призвание у меня уже есть, и даже два, – я осторожно высвободилась из огромной цепкой лапуськи и вытащила удостоверение. – Александра Ворошилова, частный детектив.
Раиса захлопнулась моментально, как раковина-жемчужница при изменении температуры воды. Ее лицо утратило всякое дружелюбие и превратилось в холодную венецианскую маску.
– О клиентах сведений не даем.
– Мне не нужны сведения, – я облегченно вздохнула. Наконец-то она перестанет предлагать "работу"! – Я хочу сказать, что один знакомый вам человек, Олег Корсаков, возможно, в большой опасности. Чтобы ему помочь, мне нужно узнать побольше об Ольге Колесниковой.
– Олечке? – удивилась Раиса. – Ну ладно… Раз уж вас Никита привел и вы Олежеку друг, расскажу. Ой! Как Олег ее любил! С ее стороны прям-таки свинство взять и исчезнуть! – Раиса озабоченно вздохнула и стала похожа на большую, хлопотливую наседку-индюшку. – Вы ведь про Олечку тоже, наверное, знаете?
– Совсем немного.
Я устроилась в кресле и расслабилась. В кабинете у Раисы курились индийские благовония, пахло зеленым чаем и бергамотом. При этом запахи были не тяжелые. Витали в воздухе, оставляя приятный след. В помещении работал мощный кондиционер. Вероятно, Раиса, как и все тучные люди, не переносила духоты.
– О! Это такая любовь! Прямо как в романах…
Раиса показала на небольшой резной шкафчик. Полки были сплошь заставлены томами в ярких бело-розовых обложках. Кто бы мог подумать, что хозяйка борделя зачитывается историями о настоящей любви?
– Вы действительно хотите помочь Олегу? – лицо Раисы помрачнело и приняло забавное трагикомическое выражение.
Вообще она выглядела как живая иллюстрация к словосочетанию "женщина-праздник". Невидимые фейерверки ее кипучей внутренней энергии освещали все пространство вокруг.