Чтение онлайн

О своих мыслях и предположениях Шаповалов, конечно же, начальству не спешил докладывать. Сочтут еще выжившим из ума стариком… Скажут, например: вместо того чтобы устанавливать контакты потерпевших, ты занимаешься тем, что складываешь головоломки из графиков дежурств. Нет, не станет он докладывать. Сначала все разнюхает, а потом уже доложит, когда результат будет. Тут Олег Иванович тоже свое возрастное преимущество чувствовал. Раньше-то бы помчался сломя голову на ковер и с жаром начал доказывать, что прав, что нащупал ниточку. А сейчас он сначала сам все разжует тщательно, а уж потом…

А что? Может, потому и поручили вести дело ему? Может, расчет был не на переадресацию в его сторону возможных неприятностей, а как раз на то, что он справится, раскроет безнадежное дело?

Не торопясь, Шаповалов заварил себе черного чаю, тщательно растворил-размешал в нем пару кусочков сахара, подхватил из вазочки два сухаря с маком и пристроился на подоконнике, продолжая рассуждать.

Итак, итак, итак…

Если Кириллов после смерти Сячинова практически сразу кинулся искать тех парней, то что-то их всех действительно должно было связывать. Что?

А что может проходить через райотдел? Задержание, конечно же. Значит, должно было быть какое-то задержание. Но его, черт побери, не было! В том смысле, что официально не было. Никакого протокола за ту ночь никто не составлял. В камере никто не содержался, Шаповалов в бумагах порылся.

А ведь кто-то был задержан наверняка. Кто?

Версий у Шаповалова появилось две.

Либо экипаж притащил кого-то, и, по договоренности с сотрудниками райотдела, человека продержали под замком до утра без оформления. Либо… либо там был криминал. Труп в смысле. И случился труп потом уже, после задержания. Отсюда и отсутствие протокола, отсюда и заметание следов. Тогда, получается, нападение на гаишников – месть со стороны потерпевших? Хм-м…

Шаповалов много чего на своем веку повидал. И преступлений, связанных с местью, раскрыл немало. Но сейчас интуиция подсказывала ему, что не в этом угнетающем жизнь чувстве тут дело. Что-то там было другое, куда-то ребята влипли. Очень крупно попали, раз их так методично убирают. Ведь не факт, что из уволившихся в запас и уехавших из города кто-то еще жив.

От второго сухаря Олег Иванович успел съесть всего лишь половину, когда в дверь его кабинета постучали.

– Олег Иванович, тут такое дело… – Молодой лейтенант, весьма перспективный в плане сыска, заглянул к нему с виноватой улыбкой. – Извините, что беспокою. Может, оно и пустяк, но вы сами просили собирать информацию по крохам…

– Ну!

Шаповалов слез с подоконника, быстро дошел до стола, убрал сухарь в верхний ящик и с раздражением смахнул крошки с брюк. Он не любил, когда его тревожили во время чаепития. Потому что именно за чаем ему соображалось особенно хорошо.

– В чем дело? – очень строго поинтересовался он у молодого и перспективного. – Говори, чего мямлишь?

– В один из районных отделов пришла старушка…

– О господи!

Шаповалов завел глаза под лоб. Чего-то подобного он и ожидал после публикаций в местной газете и обращения мэра по местному каналу телевидения. Он был категорически против всей шумихи.

– Вы представляете, что начнется?! – восклицал он с некоторой долей возмущения. – Ведь пойдут все подряд. Станут нести ахинею, мы будем путаться в их болтовне, идти по неверному следу, снова возвращаться, и так до бесконечности…

Ему согласно кивали в ответ, но решение не отменили. Помощь общественности сочли очень своевременной и актуальной. Будто бы выхода никакого не было. Мог якобы кто-то ночью проезжать по той дороге, где совершилось страшное преступление. Мог что-то или кого-то видеть, но не придать значения. А после публикаций вспомнит и придет в милицию с готовым донесением.

Чушь!

Шаповалов тогда едва не расхохотался в лицо начальству. Сдержало то, что до пенсии два месяца осталось. Не поймут его веселости и не простят. Да еще природный такт его удержал. Сам же Олег Иванович считал: если кто-то что-то видел и не пришел до сих пор, то он не придет никогда. А после шумихи, устроенной в прессе, свидетель вовсе затихнет, постарается все увиденное позабыть. Решит: к чему приключения искать себе на одно место? Лучше промолчать, и все.

Единственные, по мнению Шаповалова, кто теперь гуськом потянется в райотделы, так это люди не вполне вменяемые, которые станут все вешать на себя и признаваться во всех на свете преступлениях. Да еще пенсионеры. С последними вообще беда. Они же всех подряд подозревать готовы!

Поменял человек за год две машины, значит, ворует в особо крупных размерах. Не потому, что работает не покладая рук или в кредитах увяз, как муха в патоке, а именно ворует!

Ходят к кому-то девушки вечерами – стало быть, там притон, а девушки все сплошь проститутки. Разве могут современные девицы быть приличными? Что вы!

Глянул кто-то на пенсионера недобро – стопроцентно убийца. Нормальные люди так не смотрят. А что у человека в тот момент мысли могли быть где-то за тридевять земель и что не видел он ничего и никого перед собой, в расчет не бралось.

Старички обычно посерьезнее бывают, у них хоть иногда здравый смысл присутствует, а вот со старушками…

– И что твоя старушка? – едко поинтересовался Шаповалов у молодого и перспективного, которого ревновал немного и к возрасту его молодому, и к тому, что ему еще служить и служить, а сам-то Олег Иванович вот уже к списанию готовится.

– Она утверждает, что пару раз видела у себя во дворе под окнами машину с похожими номерами, – с явно поплывшим на убыль энтузиазмом проговорил молодой сотрудник. – Машину сотрудников ГИБДД.

– Так с теми же или похожими? – хмыкнул Шаповалов.

Ну да, именно так все и будет. Чего-то подобного он и ожидал. Похожие номера… Машина подъезжала будто бы… Да мало ли, зачем она туда подъезжала, елки-палки! Может, кто-то из пострадавших там жил, а может, жил кто-то из знакомых или знакомых знакомых… Или машина совсем не та, раз номера у нее похожи будто бы…

– Я понял, – опустив голову, промямлил парень. – Так что, Олег Иванович, не проверять?

Не проверять было нельзя, раз самолично давал указание собирать информацию по крохам. Человек откликнулся на публикацию, пришел в райотдел с официальным заявлением. Как тут не проверять? И кто знает, во что может вылиться информация старушки…