Чтение онлайн

– На него мало надежды, – сказал Генри. – Мне только что донесли, что герцог Глостер захватил в заложники его любимого сына и заявил, что отрубит ему голову, если отец не придет на помощь войску Ричарда.

– Значит, мы не можем рассчитывать на лорда Стенли, – вздохнул сэр Чини. – Но я надеюсь на то, что Нортумберленд с резервом не будет спешить на помощь своему господину.

– Мы не можем рассчитывать на перевертышей и предателей, – резко оборвал его Генри.

– Ричард безжалостен, – произнес сэр Брендон, знаменосец Ричмонда. – Лучше надеяться на свои силы.

– В таком случае на каждого нашего солдата приходится двое королевских, – задумчиво сказал Генри. – То есть герцога Глостера.

– И наши устали после долгого похода, – добавил сэр Чини. – Лошади не кормлены, солдаты не выспались.

– Но нас ведет правое дело, – возразил Ричмонд. – И каждый наш солдат знает, что должен освободить Англию от тирана и убийцы детей.

У шатра заржал конь, далеко у костра кто-то затянул заунывную песню.

– Кстати, – сказал Джон Чини, – в Лондоне ходят слухи, что принцев не удалось убить. Их выкрали верные люди и прячут в лесу.

– Это хорошая весть, – отозвался Ричмонд. И задумался. Помолчав, он добавил: – И плохая одновременно.

Мудрый сэр Брендон произнес:

– На месте Ричарда Глостера я бы обрадовался такому повороту дела.

Ричмонд кивнул.

– Я не понял, – удивленно сказал сэр Чини.

– Что может быть хуже для общего дела, чем соперничество союзников? – ответил сэр Брендон. – Наш лагерь, еще не победив, сражается за разных королей. Мы приплыли из Франции с сэром Генри и хотим видеть его королем – сильного, молодого смелого воина, который будет железной и справедливой рукой управлять нашим государством.

– Не забудь, – вмешался Генри, – что наша армия собрана, вооружена и привезена сюда на деньги королевы Елизаветы. А ее дочь – моя невеста. И я люблю Лиззи.

– К нам идут союзники, отряды горожан, рыцари, йомены. Но эти люди считают, что король Англии – Эдуард Пятый. То есть принц Эдди, который был королем, но не успел короноваться, – рассуждал вслух сэр Брендон. – Граф Ричмонд для них – мститель за смерть маленького короля. И они тоже идут мстить за принцев, за покойного короля Эдуарда, за убитых и замученных людей. И Генри для всех этих людей, без помощи которых нам никогда не одолеть Ричарда Глостера, не король, а исполнитель воли короля и народа Англии. Если окажется, что мальчики чудом остались живы, то за кого сражаться нашим союзникам? Не окажемся ли мы сразу врагами друг другу?

– И подумайте о королеве Елизавете, – сказал Генри Ричмонд. – Она сделала все, чтобы я вернулся в Англию и победил. И не из-за меня, а ради Лиззи, которую она хочет видеть королевой. И в первую очередь ради того, чтобы отомстить Ричарду. Она пожертвовала всем – от драгоценностей до чести, – чтобы приблизить час мести. И вдруг окажется, что я – враг ее мальчиков. Ведь один из них должен стать королем...

Ричмонд замолчал.

И все молчали.

Наконец сэр Брендон произнес:

– Мальчиков быть не должно.

Генри потянулся. Он страшно устал за последние дни, ноги не держали, а завтра – в бой. И может быть, послезавтра для него уже не наступит.

– Будем считать, – сказал он, – что это только слух. Не думаю, что герцог Глостер выпустит кого-нибудь из своих острых когтей. И мои маленькие соперники погибли. Мир им...

Он проводил своих соратников до выхода из шатра. А сам подумал: «Надо бы проверить караулы...»

Но ноги его подкосились, завтрашний полководец упал на медвежью шкуру, лежавшую рядом с входом в шатер, и заснул как убитый.

...Как только солнце выбралось на край холма, что скрывал армию Генри Ричмонда от взоров короля Ричарда, лагерь Ричмонда начал просыпаться. Люди вставали еле-еле, через силу. Тем более что и завтракать было нечем – одни серые сухари и холодная вода.

За ночь ничего не изменилось. Никто не подошел на помощь Ричмонду, никто не ушел от короля.

Зато солдаты Ричарда плотно позавтракали, их кони тоже были сыты. К тому же король приказал каждому солдату выдать по чарке крепкой браги.

Он выехал перед строем пехоты на огромном белом коне, поднял меч и пронзительно закричал:

– Мы их раздавим, мы их изрубим, мы их затопчем!

Шеренги солдат взревели, готовые идти хоть в ад за своим королем.

Совсем не так себя чувствовал лорд Стенли, который слышал рев войска, рвущегося в бой. Ведь в шатре на холме лежал связанный его сын Стрендж.

Первыми Ричард послал в бой шеренги лучников.

С холма он увидел, как спешно выстраиваются лучники Ричмонда. Они запаздывали развернуться в цепь.

Их было меньше.

Тучи стрел полетели к рядам войска Ричмонда.

Лучники Ричмонда ответили залпом.

Пока что расстояние оставалось таким, что лучники поражали лишь друг друга.

И, видя, как отходят, отстреливаясь, лучники Ричмонда, король поднял руку в железной перчатке, приказывая пехоте идти вперед.

Этот сигнал должен был увидеть и лорд Стенли, три тысячи солдат которого стояли по ту сторону низины, готовые сбоку ударить по отрядам Ричмонда.

Пехота Ричарда двинулась следом за лучниками, которые трусцой сбегали с холма, стреляя на ходу. Сразу за ними, дыша в затылок, шли латники герцога Норфолка и, догоняя их, спешили основные силы – гвардейцы короля Ричарда.

Удар был таким яростным и быстрым, что пехотинцы Ричмонда и Оксфорда стали отступать. Центр их войска прогибался внутрь, как яма, в которую вливались молодцы Ричарда.

От звона оружия, криков раненых, ржания коней, свиста стрел воздух колебался и даже помутнел.

Король Ричард, который следовал в тылу за своими отрядами, придержал коня на склоне холма. На нем были латы дамасской стали, а к шлему прикреплена золотая королевская корона. Он не боялся, что его узнают. Он хотел, чтобы его узнавали, чтобы свои становились смелее и сильнее, а враги трепетали.