Природа донского края

Научный редактор член-корреспондент АН СССР Ю. А. Жданов

АВТОРЫ:

В. А. ЗАКРУТКИН писатель

Ю. А. ЖДАНОВ чл.-кор. АН СССР

Л. И. ТАРАНЕНКО канд. биол. наук

Н. Г. РОДЗЯНКО докт. геол.-минерал. наук

Ю. Н. КУРАЖСКОВСКИЙ докт. геогр. наук

Ф. Я. ГАВРИЛЮК докт. сельскохозяйств. наук

П. А. САДИМЕНКО докт. биол. наук

Г. П. ДОЛЖЕНКО географ

Б. Б. ШУМАКОВ чл.-кор. ВАСХНИЛ

Г. М. ЗОЗУЛИН докт. биол. наук

Г. С. КОЛЕСНИКОВ писатель

А. Я. ОБЕРТЫНСКИЙ журналист

С. К. ТРОИЦКИЙ канд. биол. наук

Г. Д. КУЧИН инспектор Азоврыбвода

В. Ф. ЦАПКОВ инспектор Азоврыбвода

В. С. ПЕТРОВ канд. биол. наук

В. И. ФЕРТИКОВ охотовед, зам. нач. Главного управления охотничьего хозяйства при Совете Министров РСФСР.

Б. А. НЕЧАЕВ зоолог, директор Нижнекундрюченского опытно-показательного охотхозяйства

И. И. ПОТАПОВ докт. геол.-минерал. наук

Н. Т. КУРСКОВ зам. пред. Ростовского обл. совета общества охраны природы

Фото: Р. М. Иванова и В. В. Турбина (цветные), Б. А. Нечаева (звери и птицы), В. И. Кравченко и В. И. Чумакова.

Материалы под рубриками «Береги: их осталось мало!» «С любовью к природе!», «Это интересно!» подготовлены Н. И. Зак, Г. М. Зозулиным, В. С. Петровым, С. К. Троицким, З. М. Филимоновой, В. Ф. Цапковым, В. К. Черезовой.

Дон — река степная.

Донская нива. Лес на страже полей.

На верхнем Дону. Колковые леса в Вешенском районе.

Степь ковыльная.

И рыбой славен тихий Дон.

Богаты донские сады.

Заповедный Решетовский бор в Вешенском районе, взращенный людьми.

Донская сторона.

Дубы — старожилы донской земли.

В пойменном лесу. Март.

Сосна остановила пески верхнего Дона.

Дон проснулся — конец зиме.

Раньше здесь были пески, сейчас поселок Вешенского лесхоза.

Живописна славная река Миус.

Над степью.

Красивы донские дали, особенно в начале лета.

Зима. Фазан пришел к кормушке, устроенной человеком.

Донские березы.

В шолоховских местах.

Солнечная донская земля. На винограднике.

Птичье царство на Маныче. Маныческий участок Ростовского государственного охотничьего хозяйства

В тихий час предвечерья в лесу, над захолодевшей рекой, два невидимых певца протяжно поют старинную казачью песню, вопрошая Дон: «Ой, что же ты, тихий Дон, мутнехонек течешь?»

Кто знает, в какую давнюю пору сложена эта бередящая душу песня, и кто ее сложил, и кто ее поет в осенних сумерках? Но ты слушаешь песню, и звенит у тебя душа, и уже кажется тебе, что это поют, роняя листья, вербы и тополя, и вода речная, и степные травы, и облака над ериками и озерами, и все, что в этот час живет и красуется на стародавней, кровью и потом политой донской земле.

Парят над степью красные коршуны, лиловеют осенние дали. Стоишь ты на крутом яру, слушаешь песню и, словно наяву, видишь все, что давно минуло.

Диким полем и Великим лугом называли когда-то наши пращуры этот полдневный край Древней Руси. И кого только не было в нашем диком, еще не покоренном краю! Неведомое племя пастухов-киммерийцев, воинственные скифы, сарматы, пришельцы с далекой полуночи — готы, полчища гуннов, хазары, половцы, печенеги…

Почти ничего не осталось от хищных кочевников, грабивших некогда Русь. Лишь погребальные и сторожевые курганы в степи, каменные бабы, утварь и покрытое ржой оружие в музеях да поросшие травой валы городищ.