Шрифт:
Падение кометы
Двести десять лет до предательства на Истваане-3
***
Это время легенд. Огромные воинства Императора покоряют Галактику в ходе Великого Крестового Похода. Мириады чуждых рас будут сокрушены лучшими воинами зарождающегося Империума и стёрты из книги истории. Мраморные цитадели предвещают славные победы человечества. В стали, меди и золоте они прославляют легендарные свершения могучих и смертоносных героев.
Первейшие и главнейшие из них — примархи, сверхлюди, под чьим командованием легионы космодесантников несут пламя Имперских Истин в холодную тьму космоса. Они свирепы и возвышены, они — шедевр генетических экспериментов Императора.
Так сказано в летописях, но ни одна из них не отвечает на вопрос — когда, под небом какого мира воцарился Второй примарх.
***
Второй примарх должен был умереть в тот момент, когда спасательная капсула пробила воздух над Рамирским ущельем и с мощью кузнечного молота ударилась в гору. Эхо громового раската заметалось между стен каньона. Звуковая волна привела в движение холодные глыбы, и снежная лавина потекла вниз, издавая тектонический гул.
Безымянный повернулся к тому, что сумело пережить крушение. Обломки выглядели как разбитая пополам сфера. Её переполняла искрящая электроника невообразимой сложности. Двигатели зияли пастями дюз, перекрученными от жара первого и последнего включения. Посередине техногенного месива располагался цилиндр с мутным гелем.
Примарх отломал вокс-антенну и заточил её об термозащитный кожух. Вскоре он стал хозяином дикарского копья. Вооружившись, мальчик пошёл на свет. Босые ноги тихо шлёпали по камню. Зев шахты, пробитой рукотворным метеоритом, раскрывался на отвесном склоне. Мутный поток бежал среди хаотического перелома скал. На таком расстоянии он казался тонкой струйкой, но сверхчеловеческое зрение без труда соизмеряло масштабы зрелища. Не ручей, а циклопическая река несла кипящие воды по гранитному руслу. Она с лёгкостью волочила отроги размером с жилой блок города-улья.
Два огненных шара висели в индиговом небе. Первое солнце горело нестерпимой белизной. Второе, распухшее от бесконечно долгой жизни, лениво мерцало тускло-винным светом. Величественный хребет выглядел так, словно кора планеты стала на дыбы. Пики царапали стратосферу, и вокруг них бушевали воронки электромагнитных штормов.
Сухая вьюга надувала облака пугающей формы. Они сплетались в глифы, значение которых ускользало от рационального понимания. Каждый выдох повисал облачком пара. Здешней погоде хватило бы нескольких секунд, чтобы заковать простого человека в гибельные объятия мороза. Впрочем, пришелец едва ли относился к племени людей, хотя и был их далёким потомком.
«Это дряхлый мир», — заключил Безымянный.
Раздался влажный перестук, мало похожий на голос неживой природы. Существа, подобные Второму, не умели чувствовать страх. Ощущение скрытой угрозы моментально преобразовалось в любопытство, а то перетекло в охотничий азарт.
Когда ветер дует в одну сторону десятки тысяч лет, поднятые им песчинки работают как миниатюрные снаряды. Они высекают из камня странные фигуры, отдалённо напоминающие сфинксов. Кожистая тварь влезла на спину химеры. Она цеплялась когтями на крыльях-перепонках и бодро переставляла задними лапами. Длинный клюв с мелкими зубами смердел от гнили.
Динодон приближался, по-птичьи склонив голову. Примарх стоял лицом к лицу со зверем и грозил ему острой палкой, словно первобытный гоминид. Он спокойно изучал противника, ведь в бою побеждает тот, кто совершил на один промах меньше.
— Давай! — крикнул мальчик.
Аждархид ринулся вперёд. Примарх ушёл на перекат. Голова птерозавра изогнулась на змеиной шее, пройдя на волоске от плеча. Ребёнок подхватил камень и швырнул его с такой силой, что услышал хруст ломающейся кости. Ослеплённый зверь махнул передней лапой. Выпад рассёк воздух.
Заимев преимущество, Безымянный ринулся в атаку. Прыгнув, как не способен прыгать смертный, он взмыл к отвесному порогу и схватил небольшой карниз. Под ногами бесновался живой дракон. Чудовище расправило крылья и показало грудную клетку. Этого мгновения хватило, чтобы метнуть копьё.
Наконечник пробил тонкие рёбра. Аждархид издал пронзительный визг. Делая тяжёлые взмахи, он разорвал дистанцию и попытался набрать высоту. Его сердце остановилось на пике агонального полёта, и громадная туша рухнула в пропасть. Мальчик проводил зверя недовольным взглядом и тяжело вздохнул.
Он мог бы смастерить ещё одно копьё, но оно выйдет бездушным. Настоящее оружие, отмеченное кровью и торжеством победы, скрылось где-то в долине.
«Нужно вернуть его», — решил юный примарх и начал осторожный спуск.
***
— И где этот коновал?! — заорал полковник Джереми Картер, оглядывая строй солдат.
Начищенные эполеты блестели на утренних солнцах. Полнокровное лицо старого вояки заметно контрастировало с униформой серого цвета. Пушистые усы белели в тени широкополой шляпы. Грузное телосложение и небольшой рост делали Картера похожим на мячик, наполненный желчью и нетерпением. Он разгуливал по вощёной палубе «Хьюи», эскадренного броненосца первого ранга. Долгое плавание через Штормовой Океан изрядно попортило его взрывной характер, но шестое чувство подсказывало: испытания только начинаются.
Гермодверь медленно отворилась. Наружу выглянул широкоплечий мужчина, казавшийся немного младше своих тридцати терранских лет. Тонированные очки-авиаторы защищали глаза от ярких солнц и пристальных взглядов. Армейская стрижка выдавала в нём человека, более озабоченного удобством, чем внешним видом. На плече висела кожаная сумка с нашивкой в виде змеи, оплетающей кадуцей. У сгиба локтя располагалась повязка с красным крестом.
Хирургеон поднял руку, намереваясь козырнуть. Потом он вспомнил, что забыл кепи в шкафу, и ударил кулаком по груди в знак древнего воинского салюта.
— Явился по вашему приказанью, сэр! — браво доложил он.
— Является демон из Варпа, а солдат приходит, — кисло проворчал военный.
— Тогда пришёл.
— Приходит повестка из армии, а солдат…, — Картер осёкся, побагровел ещё сильнее, и рубанул воздух ребром ладони. — Заткнись, Флеминг!
Медик оскалился. Здешнее пекло не имело ничего общего с мягким зноем Пасаденских прерий. Он него плавился каучук, раскалялось железо и медленно выкипали мозги.
— Может, пропустим по стаканчику сиропа из коки?