Чтение онлайн

Роджер уже которое по счету утро проводил в прогулках верхом с Лорой. Он был единственным подходящим кавалером в замке для юной леди, но это его нисколько не радовало. Чем он заслужил такое наказание? Он был вынужден общаться с этой юной особой, но видит бог, каких усилий это ему стоило. Раньше эта девушка была ему безразлична, но сейчас она ограничивала его свободу и он начинал ее ненавидеть.

Сам того не желая он сравнивал ее с Джессикой во всем. Ее движения, ее умение держаться в седле. Вот и сейчас она была красива, даже божественно красива, но она не Джессика, она гордо держит подбородок, но только Джессика могла держаться одинаково и с гордостью и с любовью.

Как он скучал по этому милому созданию. Джессика всегда наполняла его сердце любовью, всегда делала его бунтарское сердце более спокойным.

Уже который раз он вспоминал тот случай в домике, когда она держала в своих крохотных ручках кинжал, грозя им Джослину. Он еще раз усмехнулся. Как же это было нелепо. Она бы не посмела ничего ему сделать. Джессика Гроуфорд не способна никому причинить вред. Ни одно живое существо не может пострадать от ее руки.

– О Господи, как же я хочу вновь ее видеть..

– Вы что-то сказали?

– Нет, это было всего-лишь размышление вслух, всего-лишь.

"Почему я так боюсь сказать Лоре о том что у нее нет никаких шансов? Почему я не хочу чтобы она знала о Джессике?" он не знал ответов на эти вопросы.

* * *

– Сэр Вильям, вы слышали последнюю новость?

– Ты это о чем? Что за новость?

– В деревне говорят что видели на главной дороге трупы всадников.

– Что еще за трупы?
– Вильям поднялся в лохани, - давно тут не было разговоров о покойниках. С тех пор как погибла моя дочь все было в порядке. Что же на этот раз случилось?

Задумчивый тон хозяина вовсе не располагал слугу к молчанию.

– Говорят что коронация нашего величайшего короля Ричарда III привела Ланкастерцев в отчаяние, - он коварно улыбнулся, - ведь у них нет престолонаследника. Ха ха ха! Они глупцы на что-то надеются.

– Молчать!
– огромный кулак Вильяма расплескал почти все содержимое лохани по полу, а глаза горели каким-то странным огнем, - если бы ты знал, Генри, как ты не прав. У них есть престолонаследник, но об этом никто, ни одна живая душа не должна знать, иначе всем нам не здобровать. Ты меня понял?
– в глазах хозяина горел огонь ненависти. Ненависти и страха.

– Да, да сэр, - слуга был напуган этой вспышкой гнева. Почему хозяин так боится этого наследника?
– но сэр, нежели этот наследник так уж и не бессмертен? Кажется принцы тоже были помехой.

– Да что ты городишь?

– Я говорю лишь то, что знаю, милорд. А уж дальше ваше дело показывать что вы не понимаете о чем я или же сделать меня более приближенным к вам, нежели простой слуга.

– Генри, покинь мои покои, мне нужно все как следует обдумать.

– Слушаюсь милорд.

Как только дверь за слугой закрылась, в стену полетел графин.

– Да как он посмел мне все это говорить? Слишком он много знает. Что же с ним делать? Ну почему со мной нет моего старого друга? Как он мне сейчас нужен. Так, - он вылез из лохани, не заботясь о своем внешнем виде, - я должен с ним увидеться. И чем скорее - тем лучше.

– Генри!
– он позвал слугу, уже одевшись.

– Да милорд, я уже тут. Надеюсь вы обдумали мое предложение?

– Я все обдумал, - Генри оказался настолько глуп что не сумел заметить странного взгляда хозяина, - я тебя отправляю с весьма важным для меня поручением. Ты должен доставить это письмо моему другу - герцогу Дюку. Он этого письма зависит, останешься ли ты и дальше простым слугой.

– Я выполню ваше поручение, милорд. Вы не ошиблись, доверив это дело мне.

– Я верю в тебя. Завтра же утром я хочу, чтобы ты отправился к нему в замок и привез их с сыном ко мне. Все, что я от них хочу написано в письме, так что тебе не придется ничего им говорить. Они будут в курсе всех дел.

– Глупец, - после ухода слуги Вильям подошел к графину с ромом и, налив себе полную кружку, залпом опорожнил ее, - никто не смеет диктовать сэру Вильяму Гроуфорду условия. За это они платятся жизнью.

Резкий громкий удар об стол кружкой прорезал ночную тишину. Это было приговором несчастному, посмевшему бросить вызов своему господину.

* * *

– Майкл, снаряжай лошадей, я с утра отправляюсь в дальний путь.

– Вечно ты хвастаешь, Генри. Старик Майкл уже даже забыл когда в последний раз ты говорил правду. Хозяин тебе никогда дальних поездок не доверял. Да и правильно делал, я тебе скажу. Не следует тебе что-то важное доверять. Нельзя на тебя положиться.

– Но, но, но! Ты что такое городишь?
– Генри подошел к старику, чистившему одну из лошадей, - ты знаешь что я всегда был предан этой семье. Хозяину.

– Ха!
– конюх повернулся в сторону молодого слуги, явно хваставшего перед ним, - а ты вспомни как хотел затащить в кровать юную госпожу, разговор явно принимал неожиданный оборот. Майкл даже отложил чистку лошади, - ведь если бы она не была такой правильной, ты бы этим воспользовался.

– Майкл, дружище, где ты наслушался этих слухов?

– С каких это пор я твоим другом стал? А в общем тут никакой разницы нет, мне все равно что ты там про друга говоришь. Ты прекрасно знаешь что тебе не обмануть старину Майкла, поэтому иди ка ты спать. Не знаю зачем тебе надо приготовить лошадь, но она будет готова.

– Но все же ты увидишь что я не лгу тебе. Завтра же утром я отправляюсь в дальний путь. Хозяин доверил мне это задание и как бы ты там не говорил что я не заслуживаю этого - я уже заслужил и он это видит. А ты оставайся в своей старой конюшне. Так и кончишь свои дни конюхом, мерзкий старик! А твоя госпожа, о чести которой ты тут так волновался - сама бы запрыгнула в мою постель, но увы, - он усмехнулся, эта усмешка отнюдь не говорила о его любви к погибшей девушке, - теперь она ни к кому в постель не залезет. Она сейчас где-то в лесу мертвая лежит.