Чтение онлайн

Некоторое время еще скитался по горам одиноким волком, промышляя от случая к случаю торговлей людьми и выжидая, чем все это дело обернется. Когда же Россия снова всерьез взялась за этот мятежный регион, а местные «авторитеты» мудро решили, что значительно прибыльней греть руки на восстановлении мирной жизни, не стал больше медлить и Рамазан Атгериев. В тот же час боевик сложил оружие, будучи твердо уверен, что попадет под амнистию.

Так и произошло, но «мирные будни» родины разочаровали Атгериева. Все теплые места были давно распределены. Побыв какое-то время на второстепенных ролях, он без малейшего сожаления распрощался с родными местами и, подобрав несколько единомышленников, отправился «на ловлю счастья и чинов» в Среднюю Азию.

Это его «доблестные абреки» только что увлеченно громили опустевшее горное село. Дабы и здесь, в горных районах Памира, не потерять свою квалификацию, приобретенную во время различных междоусобиц, которых хватало на территории бывшего Советского Союза. Сейчас, после сытного обеда, они живописной группой расположились на небольшой поляне, обмениваясь новостями.

Собственно говоря, новость была одна – предстоящее задание на таком далеком от них Ближнем Востоке. Мнения, естественно, разделились: для одних это была обычная боевая операция в необычном месте, для других – шанс заработать. А для третьих, которым дальше Абхазии и Дагестана бывать не приходилось, – возможность посмотреть мир.

– Самое важное, – решительно вступил в разговор Атгериев, заметив разброд и шатания в рядах подчиненных, – не посрамить родину! Особенно в глазах братьев-мусульман. И чтоб с местным населением – никаких вольностей!

Бородач обвел свое воинство тяжелым взглядом и, задержав его на сухопаром боевике, с угрозой продолжил:

– Про анашу и прочую дрянь чтоб я даже и не слышал. Поймаю – пеняйте на себя. Вы меня знаете. Повыбиваю не только зубы...

Резкий и настойчивый зуммер мобильника прервал его «инструктаж». Едва взглянув на номер, бородач поднял вверх указательный палец. Секунду спустя он с придыханием произнес:

– Муфтий Бакиров!.. – и торопливо отошел в сторону.

Все уважительно смолкли...

После непродолжительного разговора командиру стало явно не до своих подопечных. Было заметно, что он удовлетворен содержанием беседы. На его совсем еще недавно грозном лице блуждала с трудом скрываемая довольная улыбка.

– На сегодня – все. Можете отдыхать! – махнув рукой, бросил он своему притихшему воинству и торопливой походкой направился в сторону штаба.

Рахметовцы разбрелись по лагерю, и на поляне остались только двое очень похожих друг на друга людей. Их можно было отличить разве что по росту.

– Интересно, с кем все-таки Атгериев разговаривал?

– Ты что, брат, совсем от стрельбы оглох? Он же сказал...

– Сказал, – насмешливо фыркнул долговязый, – а ты помнишь хоть один случай, когда наш Рамазан, который чуть ли не в замах у самого Басаева ходил, отчитывался бы перед нами?

– ...

– Вот то-то и оно!.. Да и арабский язык я знаю неплохо. А слух у меня, можно сказать, музыкальный...

Глава 3

В крупнейшем израильском порту второй день стоял почти полный штиль. Гора Кармель, на которую вели зеленые террасы знаменитых Бахайских садов, утопала в легкой синеватой дымке. Но даже в такую погоду с ее вершины можно было подробно разглядеть практически всю привольно раскинувшуюся на склонах библейской горы Хайфу. Это третий по величине город Израиля со своими многочисленными памятниками архитектуры, портовыми сооружениями в нижней его части и современными деловыми кварталами района Адар ха-Кармель.

Здесь на обычной улице располагалось совершенно ничем не примечательное снаружи сероватое здание, в одном из помещений которого жизнь не замирала даже глубокой ночью. Светились экраны компьютерных мониторов, с едва слышным шуршанием работали шифровальные машины, перемигивались индикаторами пульты спутниковой связи. Среди всего этого электронного великолепия время от времени мелькали люди в белых халатах. В их повседневные обязанности входило обеспечение синхронного и бесперебойного функционирования всей сложнейшей современной техники, работающей здесь на благо и процветание израильского государства.

Это был операторский зал одной из лучших контрразведок мира – «Шин-Бет», которая являлась важной составной частью сложной системы спецслужб Израиля и отвечала за внутреннюю безопасность. Основными задачами «Шин-Бет» были сбор информации об иностранных разведках, как вражеских, так и дружественных, и охрана израильских официальных лиц. Служба была в основном сориентирована на деятельность внутри страны, но не бывает правил без исключений. В ее сферу ответственности входила также охрана учреждений за рубежом, расследование всех форм подрывной деятельности, направляемой внешними силами, включая саботаж и терроризм за пределами Израиля.

В самом центре операторского зала располагалась совсем небольшая звуконепроницаемая стеклянная выгородка, которую сотрудники между собой называли «аквариумом». За стеклом у отдельного стола с компьютером сидела немолодая грузная женщина и листала какие-то документы. Иногда она задумчиво шевелила толстыми губами, то ли осмысливая прочитанное, то ли тихо разговаривая сама с собой.

В такие минуты она действительно очень напоминала какую-то диковинную глубоководную рыбину, посаженную за стекло на всеобщее обозрение. Поразительное сходство с обитательницей загадочных морских глубин придавали этому существу еще и большие, навыкате, глаза. В их непроницаемой черноте разглядеть зрачки было просто невозможно.

Крупные, рубленые черты ее грубого морщинистого лица вряд ли кто-нибудь отважился бы назвать привлекательными даже во времена ее давно прошедшей молодости. Очевидно, когда всевышний лепил этот образ, его высокое внимание отвлекло нечто значительно более важное, а это творение так и осталось на стадии неоконченного эскиза.

Может быть, в качестве частичной компенсации за ее мужеподобную внешность ей достался удивительный склад ума, начисто лишенный пресловутой женской логики. Иногда казалось, что скорость, с какой эта представительница так называемого слабого пола способна анализировать ситуации и просчитывать варианты развития событий, недоступна даже современным компьютерам.

Как часто бывает у некрасивых женщин, характер у Голды Шейтельбаум, несмотря на ее имя, был далеко не золото. Однако благодаря своим уникальным способностям она стала одним из руководителей контрразведки. Уже на протяжении многих лет эта женщина бессменно возглавляла отделение «Шин-Бет» в Хайфе, на работу которого налагала особую ответственность близость к ливанской границе.

Сотрудники откровенно боялись ее за проницательность и дьявольскую интуицию. Некоторые даже называли начальницу не иначе как «ведьмой», естественно, за глаза.