Чтение онлайн

— С этим мы позабавимся, — продолжал маньяк, — куда лучше, чем с твоим зельем.

Я начала произносить связывающее заклинание. Как только с моего языка слетели первые слова, замешательство в глазах Дачева сменилось яростью. Я поняла, что ошиблась, и попыталась договорить заклятие. Кулак злодея впечатался в щеку. Хрустнула кость, в горло мне влетел выбитый зуб. Я закашлялась и выплюнула зуб наружу. Я начала заклинание заново, но Дачев сдавил мне глотку.

— Ведьма? — проревел он, уставившись мне в лицо. — Я так и знал! А предупредить слабо, да? Испугалась?

Я снова попыталась отпихнуть его, но он прижал меня так умело, что мои удары скользили по спине, не причиняя ему ни малейшего вреда.

— Ты думаешь, я не знаю, как удержать тебя, ведьма? — ухмыльнулся он. — На суде многие думали, что я подсыпал своим жертвам снотворное или избивал их до потери сознания. Ничего подобного. Что за радость резать бесчувственное тело?

Я прищурилась, надеясь призвать хотя бы немного ослепляющей силы.

— И не надо на меня так смотреть, — со смешком произнес Дачев, — тебя это вовсе не шокирует, по глазам вижу. Между прочим, вы с моей никсой очень похожи.

Он поднял нож.

— Но щадить я тебя не намерен. Она меня тоже предала. И хотя я ее простил, я не перестал придумывать, как ее наказать. Любовь и ненависть. То же желание, та же страсть.

Я сложила пальцы в жесте отбрасывающего заклинания и прохрипела единственное слово заклятия. Безрезультатно.

— Что, ведьма, умеешь только заклинания творить? Ну, может, еще драться и пинаться. Дерешься ты неплохо, надо признать. Со мной так никто не дрался, а жаль.

Я снова прищурилась, решив еще раз попробовать ослепить его, но передумала. Лучше заняться тем, что сработает, только надо хорошенько подумать чем. Для сложных заклинаний требуется сила. Если же с Дачевым мощное заклинание не справится, то сил у меня останется только на скрывающую магию. Выбросив посторонние мысли из головы, я сконцентрировалась на заклинаниях высшего уровня.

Дачев продолжал:

— Так и быть, подраться я тебе дам. Но сначала объясню, за что ты будешь драться. Начнем с наглядного примера, драться он тебе не помешает. Выберем часть тела. Руки и ноги пока не трогаем, а вот как насчет пальцев? Пожалуй нет, будет нечестно. А, знаю — уши. Или нос. Великолепно. Я отрежу тебе ухо или разрежу нос. — Он с ухмылкой наклонился ко мне. — Выбирай.

Я задергалась, выигрывая время на подготовку заклинания, но Дачев легко пригвоздил меня к полу.

— Хватит. Давай выбирай, а то я сам решу. А решение у меня простое — не будет у тебя ни ушей, ни носа.

Я что- то промычала. Он нахмурился.

— Что?

Я притворилась, что пытаюсь что-то сказать, изобразив сдавленный хрип. Он ослабил хватку. Полуоткрыв рот, я прошептала несколько слов заклинания, но закончить его мне не хватало времени.

— Ухо, — прохрипела я. — Забирай ухо.

Я произнесла еще строку, и его рука снова сдавила мне горло. Маньяк поднес нож к моему уху. Я закрыла глаза. Лезвие надрезало тонкую кожу между ухом и лицом, зацепило мочку. Дачев устроился поудобнее, чтобы легче было резать сквозь неподатливый хрящ. Захват на горле ослаб, и я прошептала последнюю строчку заклинания.

Дачев пронзительно заверещал. Я вывернулась из-под него, вскочила на ноги, а он остался валяться на полу, скорчившись и воя, как будто его изнутри жгло огнем. В сущности, так оно и было. Я создала огненный шар, просто сгусток огня, который обычно пользовалась Пейдж. Только я сотворила огненный шар в животе у Дачева. Невыносимая боль, короткая агония и скорая смерть. Впрочем, «скорая смерть» к духам не относится.

Душегуб катался по полу, держась за живот. Я наклонилась и вырвала нож у него из руки.

— Слышишь, это вот-вот пройдет. В смысле, огонь погаснет. Ожог заживет чуть попозже. — Я улыбнулась. — А пока он не заживет, тебе лучше полежать. Это мы сейчас устроим.

Присев на корточки, я ухватила Дачева за лодыжку, собираясь перерезать ему поджилки. Нельзя оставлять ему шансов отомстить, пока я здесь спасателей поджидаю. Он вопил и визжал, скорчившись от боли в животе, но сбежать никуда не мог. Я разрезала его штанину.

— Что оно с ним делает? — раздался голос.

В дверях стоял человек с дубиной и, наморщив лоб, разглядывал Дачева. Посмотрев на меня, он улыбнулся, продемонстрировав мечту ортодонта — полный рот кривых зубов.

— Я думал, оно ушло… — Он вошел в комнату, похлопывая дубинкой по ноге.

— Может, оно осталось, чтобы поиграть? — Следом вошел человек с ножом, на этот раз вооруженный двумя самодельными ножами. — А больше оно не хочет играть?

Я вскочила на ноги, сжимая оружие.

— Видите, как я тут играю? — ответила я, указывая на Дачева, корчащегося на полу. — Со мной играть неинтересно. А теперь убирайтесь…

Человек с дубинкой бросился на меня. Я произнесла связывающее заклятие, но силы были на пределе, и заклинание остановило его лишь на миг. Следом за ним приближались человек с ножами, оборотень и какой-то рыжий тип. В дверь скользнула еще одна тень.

Резко развернувшись, я разбежалась и рыбкой нырнула в окно, разбив стекло головой. Эффектный трюк… хотя мне было не до эффектов. Удирать я не люблю, просто опыт общения с этими типами подсказывал, что в драке мне долго не продержаться, особенно без заклинаний. Лучше спрятаться в лесу и подумать, как отсюда выбраться.

Огибая дом, я оглянулась на звук погони за спиной. Человек с ножами выскочил из дома, занес руку… а я с разбегу врезалась в гигантскую надувную подушку.

Отшатнувшись, я увидела, что передо мной вырос толстяк с тремя подбородками и с таким огромным животом, словно этот тип был на последнем месяце беременности.

— Торопишься? — проревел он.

Под лопатку вонзилось лезвие. Вывернувшись, я пинком отшвырнула человека с ножами. Толстяк обхватил меня за плечи. Я вырвалась и отпрыгнула в сторону, но меня уже окружили. Появился человек-птица с обрывками лозы на запястьях и яростью в тусклых серых глазах.

— Вшестером на одну? — спросила я. — Нечестно. Тяните жребий и…

Человек- птица, оборотень и толстяк набросились на меня. Я увернулась, но остальные перерезали мне пути к отступлению. Я заметила просвет, и, произнеся скрывающее заклинание, бросилась в него, ударилась о землю и исчезла.