Про Одну Девочку
Шрифт:
В туалет она рванула со скоростью ракеты. Чернослив устроил в животе такой «пыщ-пыщ», что она едва успела добежать до заветной кабинки.
Ей было очень неловко и стыдно перед Любимой. В ответ на озабоченные расспросы Девочка что-то невнятно промямлила насчёт отравления. И тут же пожалела об этом, потому что Любимая была всё-таки врачом. Отвертеться не получилось, напротив, поток расспросов усилился: что Девочка ела, когда, смотрела ли на срок годности... О черносливе она почему-то постеснялась рассказать, уж очень глупо всё получилось.
Когда дело касалось здоровья, от заботливости Любимой невозможно было спастись нигде, даже на необитаемом острове, Девочка уже давно с этим смирилась. Для операции «Спасти рядового Девочку» они скупили в аптеке все стратегические запасы полисорба и смекты, а когда Любимая вышла к машине, Девочка тайком прикупила ещё и эспумизан.
Дома в неё влили вышеназванные средства, хорошо хоть клизмы удалось избежать. Любимая заботилась с силой торнадо, и Девочка обречённо сжалась в кресле в комочек, а точнее, в маленький, уже начавший сдуваться шарик. И всё-таки, несмотря на все страдания, моральные и физические, где-то в глубине души ей было приятно.
А Любимая тем временем извлекла из мусорного ведра пустой пакетик из-под чернослива.
– А вот, кажется, и виновник «торжества», – усмехнулась она. – Ты что, съела всё одним махом?
Девочка, еле живая от смущения, могла только безмолвно кивнуть. Её лицо представляло сейчас собой грустный смайлик зеленоватого цвета.
– Это всё вы виноваты, – сказал живот нервам. – Все болезни – от вас!
Утробный бунт утих, и как-то так само получилось, что Любимая осталась. Не сразу, конечно. Но спустя какое-то время в стаканчике в ванной опять стояли две зубные щётки.
А тот пакетик из-под чернослива Девочка сохранила на память.
5. Диета
Одна Девочка решила сесть на диету – на яблоках, отрубях и кефире. Найдя сорт очень сладких и сочных зелёных яблок, она прямо-таки пристрастилась к нему.
– Ням-ням, – увлечённо жевал рот. – Чавк, чавк! Хрум, хрум.
Ну, а отруби... Если смешать с кефиром, то вроде бы и не противно. Ещё Девочка решила исключить из своего рациона сахар и всё, что его содержало, а поскольку она была сладкоежкой, ей пришлось довольно туго. Рука так и тянулась бросить в кружку с кефирно-отрубной смесью ложечку-другую «белой смерти», но сила воли говорила:
– Нет! Сахар – это мёртвые калории, ничего полезного.
Но Девочка не могла совсем уж без сладкого. Сахар она отчасти заменила мёдом, но и то старалась не слишком налегать, потому что – калории!
В интернете она поглощала разнообразные статьи о правильном питании, о жирах, белках и углеводах, витаминах и аминокислотах. Но чем больше она читала о еде, тем сильнее текли слюнки, заливая клавиатуру. Особенно по вечерам.
Любимая как врач не одобряла её экспериментов.
– Вечно дамы с диетами так намудрят, что потом по больницам приходится бегать. Это то же самое, что самому назначать себе лекарства. Самолечение в чистом виде. И зачем тебе худеть? Нормально ты выглядишь.
– Я не для похудения, а для очищения организма, – отвечала Девочка.
А на работе все как сговорились устраивать чаепития. То одна дама тортик притащит, то другая – пирожки. И всё такое вкусное! И так пахнет! Нюх у Девочки обострился до крайности: она за версту чуяла, кто, где и что ест.
– Гр-р-р, – рычал желудок, как голодный цепной пёс.
– Хочу-хочу-хочу! – впадал в истерику мозг. – Дай мне это, а то я из окна... то есть, из черепа выброшусь!
Его ломало, как наркомана. Он страдал по сладенькому.
Но Девочка не шла у него на поводу. На обед у неё было большое зелёное яблоко и стаканчик белого несладкого йогурта с отрубями, а также зелёный чай без сахара. Отруби хрустели на зубах, по вкусу напоминая сухари. Сухарики... Со вкусом бекона, сыра, шашлыка. Пересоленные, напичканные химическими добавками, но такие вкусные!
– Дай, дай, дай! – кричал организм. – Дай дозу химикатов! Я подсел!
– Нет, – отвечала сила воли. – Очищайся.
Обычно Девочка своевременно пополняла запасы своих любимых яблок, но однажды закрутилась – забыла. Придя вечером с работы, она сунулась в холодильник, а в отделении для фруктов и овощей – только грейпфруты Любимой и один примятый плод киви. С цитрусовыми у Девочки отношения как-то не сложились: стоило ей съесть парочку апельсинов, как что-нибудь тут же начинало чесаться и покрываться сыпью. Любимая ещё не пришла домой, и Девочка набрала её номер.
– Солнц, ты ещё на работе?
– Уже собираюсь домой.
– Отлично, не могла бы ты заскочить в магазин и купить яблок? Ну, тех, которые я обычно беру. Я что-то забыла про них в этот раз.
– Нет проблем, заскочу.
– Спасибо, зай, целую тебя.
В ожидании Девочка заварила себе зелёного чайку, быстро приняла душ. Повернулся ключ в замке, и Любимая вошла. «Привет» и быстрый, но крепкий чмок в губы – и Девочка приняла у неё тяжёлый пакет с продуктами. Среди всего прочего были и яблоки – душистые, красивые и крупные, но... красные.
– Зай, я ж зелёные просила, – огорчилась Девочка.
– Их не было, – спокойно ответила Любимая. – Чем эти плохи?
– Я зелёные люблю, – надула губки Девочка. – Я не буду эти.
– Как хочешь, – пожала Любимая плечами.
И принялась готовить: сегодня была её очередь. Пока она возилась на кухне, Девочка сидела за компьютером и читала статью о пользе пророщенной пшеницы. Она мечтала только о волшебной ложке, способной черпать еду прямо с картинок на мониторе... И сама не заметила, как переключилась на рецепты русской кулебяки, итальянской пасты, печени по-берлински, кексов с малиной, картофельной запеканки с фаршем и ростбифа с овощами. «Мне всего – и побольше!» – гулко и раскатисто урчал живот. Его вибрации наполняли пространство, отражались от стен и превращались в призраков с разинутыми зубастыми ртами, просящими еды.
А на кухне творилось вопиющее безобразие: на плите стоял уже готовый плов с курицей, что-то пеклось в духовке, а Любимая быстро и ловко лепила картофельные вареники, красиво защипывая краешки тонкого теста. За работой её пальцев можно было наблюдать бесконечно, истекая слюной.
– Ты... ты это нарочно делаешь, да? – поймав по-рыбьи распахнувшимся ртом воздух, пробормотала Девочка. – Знаешь, что я на диете, и всё равно... – Горло не дало ей договорить, громко булькнув: «Гол-л-лм, моя прелесть!»