Чтение онлайн

– Вот именно, - улыбнулась я.
– И мне даже кажется, что он - не совсем демон. А временами кажется, что и совсем даже не демон, потому что ТАК признаваться в любви и верности ни одному демону не под силу. В то время как он... он у меня очень сентиментальный. И чувственный, хотя тщательно пытается это скрыть. А еще он очень заботливый и верный. И не боится в этом мире почти ничего, за исключением того, что однажды может меня потерять. Разве простому демону это под силу? А? И разве хоть один демон ринется на взрослую рирзу, зная, что в схватке с ней точно не выживет?

Лин, будто внезапно испугавшись, поспешно спрятал нос у меня под мышкой и затих, ужасно смущенный, растерянный и, кажется, готовый самым невероятным образом покраснеть.

– А ты полез, - я ласково потрепала его за торчащие снаружи уши.
– Знал, что погибнешь, знал, что еще слишком слаб, знал, что никаких шансов для тебя нет, а все равно сунулся. И ты не мог мне солгать, когда говорил, почему это сделал. Так что нет, мой хороший, никакой ты уже не демон. А если и есть в тебе толика присущей демонам вредности, то кто же не без греха?

Шейри неуверенно шевельнул пышным хвостом, но обратно так и не вылез. Даже когда я наклонилась и тихо, так, чтобы больше никто не услышал, шепнула:

– К тому же, я тоже тебя люблю, Лин. И не оставлю только потому, что кому-то это не нравится.

Риа неожиданно вздохнула.

"Ты - странная Ишта. И демон твой тоже... неправильный. Но я разозлилась на тебя не только из-за него, а потому, что ты, хоть и сильная, никак не хочешь понять: сейчас у тебя нет шансов противостоять Темному могу. Нет потому, что он двести лет тянет силу из этой земли. И за это время его возможности так возросли, что теперь его нельзя остановить усилиями только одного Хозяина. Он стал СЛИШКОМ силен. И собрал слишком большую армию Тварей".

– Я понимаю, - вздохнула я, отвлекаясь от шейри.
– Поверь, я все это прекрасно понимаю. И понимаю твою боль, которую приходится испытывать всякий раз, глядя на свой разрушенный дом. Но и ты пойми: я не могу по-другому. Фарлион тревожит меня во снах. Я не могу жить спокойно, когда рядом с моей Равниной творится такой кошмар. Я каждый день вижу во сне рыскающих по округе Тварей. Меня каждую ночь раздирают на части чужие когти. Я слышу, как они воют, Риа! Каждую ночь слышу и никак не могу избавиться от этого рева! А когда приходит время открывать глаза, я все чаще не могу понять, сон это был или реальность, очередной кошмар или я уже действительно умираю на чужих когтях, потому что не сумела убежать.

"Ты погибнешь, - прошептала кошка, на глазах которой показались самые настоящие слезы.
– Наш мир так давно не чувствовал новых Ишт... он так долго ждал хоть кого-нибудь... посмотри: Степь занята Темным магом, Пустыня недалеко от нее ушла. Наша Долина подчинена ему почти полностью и скоро окончательно сдастся, Подземелья заняты Тварями целиком, хотя пока еще ОН не получил над ними полной власти, Леса живут своей жизнью - им нет дела до наших проблем. Горы отделились ото всех и решили больше не пускать к себе ни одного смертного, прокляли предателей-Ишт, забыли о них. Остальная земля разобщена. Единый некогда народ распался на части. Эары устранились и больше не вмешиваются. Их Хранители уснули. Осталась нетронутой только Равнина, Госпожа. ТВОЯ отныне Равнина. Но одних ее сил не хватит на то, чтобы одолеть Хозяина Степи. Одна ты не справишься".

Я усмехнулась.

– Ну, насчет эаров у тебя устаревшие сведения. Положим, их Лес больше не может не вмешиваться.

"Почему?"

Я сняла с левой руки перчатку и показала обомлевшей кошке два ярко горящих лепестка, которые украшали теперь мою ладонь серебристым и зеленоватым отпечатками. А потом усмехнулась снова.

– Знаешь, из того, что я услышала, мне стало понятным только одно: Печать мага должна быть разрушена. Причем, чем быстрее, тем лучше. А насчет того, что я одна... мальчики, покажитесь-ка на минутку Риа! Думаю, так будет проще, чем пытаться что-то объяснить.

На поляне сгустились плотные тени, собравшись за моей спиной в четыре мрачноватые мужские фигуры.

– Риа, познакомься: мои кровные братья. Тени: Ас, Бер, Ван, Гор... Мейра вы и так помните. А о Локе уже прекрасно знаете, потому что по давней привычке все время подслушиваете и подсматриваете. Но я не в обиде. С вами всяко веселее и спокойнее. Как считаете, в таком составе у нас есть шанс грохнуть эту проклятую Печать?

– Если добавить к нам твой Эриол, то да, - с усмешкой ответил, сверкнув красноватыми радужками, Ас.
– А если ты найдешь способ нас объединить, то тем более. У тебя много талантов, сестренка. И самый главный из них - каким-то чудом соединять то, что в принципе несоединимо.

Я хмыкнула.

– Это ты о себе?

– Нет, Гайдэ. Это я о том, что ты, даже если не поняла этого, все-таки собрала себе настоящую команду.

Я вопросительно подняла бровь, а затем подчеркнуто медленно огляделась: Мейр, среагировав первым, тут же опустился на одно колено, вскинув в приветственном жесте обнаженный меч; Лок отстал от него на какое-то жалкое мгновение, но повторил его движение с абсолютной точностью; следом за ними Лин, подскочив на месте, с хитрой улыбкой на всю зубастую морду, отвесил мне довольно изящный поклон. А уж потом и Тени, блистая разноцветными глазами, в каком-то торжественном молчании отсалютовали.

Я благодарно кивнула.

– Спасибо, ребята. Честное слово, ценю. Но в следующий раз учтите: первого же, кто поклонится до земли, в ней же немедленно и зарою - терпеть не могу, когда передо мной пресмыкаются. Усекли?

Оборотни тут же выпрямились и, кинув друг на друга скептические взгляды, так же торжественно кивнули.

– Как скажешь, Гайдэ, - озвучил их общее мнение Мейр, а потом указал на хварда и ехидно добавил: - Только, если что, этого зарывать буду я. У нас с ними до сих пор отвратительные отношения.

– Касательно тебя могу сказать то же самое, - фыркнул (хорошо, не зарычал!) Лок.
– Так что, Гайдэ, если потребуется помощь, то я первый в очереди.

Я тихо рассмеялась.

– Заметано. А если вы оба надоедите мне хуже горькой редьки, то я Лина попрошу с вами разобраться. Или братьев. Уж кто-то, а они вас обоих в бараний рог скрутят и не поморщатся.

– Поморщимся, - со смешком возразил Бер, хитро сощурив голубые глаза.
– Еще как поморщимся. Но ради тебя, сестренка - все, что угодно. И не только касательно этих двоих обормотов.