Чтение онлайн

— Но и это тебе известно.

Он не думал, что она ответит ему.

И на этот раз она этого не сделала.

Балидор не стал долго ждать. Вместо этого он закрыл глаза, вкладывая каждую унцию разума и концентрации в свой свет — в то, что его свет мог сделать с ней. Это единственное, что у него было. Это единственное, что он мог сделать, имея такой контроль над своим светом.

Он мог это сделать.

Когда он наконец позволил ей кончить, минут через сорок или около того, Касс издала протяжный крик, который вызвал горячий шлейф удовлетворения где-то глубоко в его животе.

Балидор не остановился, а растягивал всё ещё дольше… потом ещё раз… слушая, как она умоляет его, и используя свой свет, чтобы контролировать её. Он оставался открытым на протяжении всего этого времени, хоть и пытался не выдавать это лицом.

Он знал, что она, вероятно, всё равно это видела.

Он знал, что она видит его насквозь, через ошейник. Она могла видеть его, возможно, более ясно, чем он её, несмотря на все годы опыта, Адипанскую подготовку, все часы, дни и недели, складывавшиеся в десятилетия и даже столетия, которые он потратил на оттачивание своих навыков.

Он не позволял себе слишком много думать о том, что делает.

Он не позволял себе слишком много думать о том, почему он это делает.

Он не хотел, поэтому просто… не думал.

Глава 10

Не слишком деликатен

Балидор проснулся на холодном металлическом полу… панически дёрнувшись, когда его разум и свет сообщили ему, что он не там, где должен находиться.

Он был не один.

Почему-то его разум первым делом зарегистрировал именно это.

Его голый бок и нога прижимались к органическому металлу.

Ещё до этого осознания он почувствовал её. Тело меньше его собственного свернулось на его груди, согревая от центра туловища до конечностей. Скованные наручниками руки она сложила перед собой в мягкой позе, отчего в сравнении с ним казалась ещё более миниатюрной.

Балидор поймал себя на том, что расслабляется, но при этом хмурится, наблюдая за её безмятежным спящим лицом.

Как он позволил себе заснуть здесь?

Это не просто выходило за пределы просчитанного риска.

Это было откровенной глупостью.

Он перевёл взгляд туда, где, как он знал, в стене органических панелей находилась камера. Он вынужден был предполагать, что теперь уже не только Мэйгар насладился видом. Мысленные и физические часы Балидора сообщали ему, что он закрыл глаза как минимум на несколько часов.

Когда он скользнул в верхние части своего aleimi, его живой свет подтвердил то же самое.

Уже наступило утро.

Балидор мог лишь предположить точное время, но за пределами этого резервуара взошло солнце. Он буквально ощущал aleimi звезды над ним через каюты корабля.

Он вспомнил, что сегодня Рождество.

Выдохнув, он провёл рукой по волосам.

Ну, если они видели, теперь это уже не имело значения.

Честно говоря, возможно, это и так уже не важно. Высока вероятность, что Джон повторно обдумал их разговор ранее и решил, что всё равно обязан рассказать Элли и Ревику, чем занимался Балидор.

Вздрогнув, он начал отстраняться от Касс так, чтобы не разбудить её.

Балидор только-только убрал обнимавшую её руку, когда сигнал тревоги на двери начал пищать, сообщая ему, что кто-то вот-вот сюда войдёт.

Он застыл, уставившись на мигающий огонёк.

До него дошло, что у них есть максимум две минуты до тех пор, как тот, кто находился снаружи, пройдёт через все протоколы безопасности.

Балидор посмотрел на Касс.

На ней не было штанов. Её рубашка была полностью распахнута.

Им овладело собственничество, да такое сильное, что он сам опешил.

Иррациональность этого тоже не ускользнула от его понимания.

Он только что оттрахал её под камерами.

Неважно, отключены ли внешние каналы передачи записей, запечатлевающие устройства всё равно будут записывать; меры безопасности не позволяли полностью отключить их — тогда в ТИЦ отправится сигнал тревоги, а здесь выпустится газ.

Если его братья и сестры разведчики или те, кто работал на станции охраны, всласть полюбовались на обнажённые груди Касс, то ему некого винить кроме самого себя.

Подавив мощную волну эмоций, Балидор стиснул зубы.

Схватив Касс за плечо, он решительно потряс её, перевернув на бок, пока сам нашаривал на полу свои брюки.

Органическая камера по-прежнему была погружена в темноту, но Балидор знал, что это изменится, как только тяжёлая дверь отворится. Живой металл определял «ночь» и «день» по состоянию обитателей камеры. Органика даже учитывала поздние походы в туалет посреди ночи и да, секс и мастурбацию, не включая освещение, пока обитатели камеры не производили определённое количество и тип движений или не отдавали ручную команду.

Конечно, большинство ручных команд здесь было отключено.

— Касс… проснись, — громко прошептал Балидор.

Она начала ворочаться.

Почувствовав, что она пробуждается, он отпустил её и поднялся на ноги ровно настолько, чтобы найти и натянуть свои брюки. Надев их, он тут же схватился за ремень и стал продевать полосу кожи через шлёвки.

Затем он подхватил с зелёного кафельного пола свою рубашку.

Просунув первую руку в рукав, он помедлил, чтобы протянуть Касс её штаны.