Чтение онлайн

Сегодня демоны казались измотанными больше обычного, но это Аттэ мало волновало. Она застегнула пуговицы на жилетке и с опаской посмотрела по сторонам, но ничего подозрительного не обнаружила.

— За мной! — приказала демонесса и двое демонов направились следом.

Солнце едва показалось над горизонтом. Город пыхтел трубами, наполнялся криками живых существ, весьма безрадостными. Свет блестел на покрывшихся инеем деревьях, отливал блеском среди крыш маленьких домиков, слепил, отражаясь от мостовой. Холод постепенно отступал, солнечные лучи всё больше дарили тепло.

Она следовала изогнутой дорожкой к таверне Марго, той забавной трактирщице. На то был приказ, и выполняя его, она чувствовала себя в относительной безопасности, хотя всё равно изредка озиралась по сторонам, но кроме жителей Брумы, занимающихся какой-то неведомой ей ерундой, которая её никак не интересовала, она не видела ничего.

У входа в трактир стояла Диэ: тоненькая, болезненной внешности тифлинг с таким непривычным бледным цветом кожи. Как обычно одетая в балахонистую куртку поверх двух свитеров, в несколько юбок и берет набекрень, из-под которого торчали алые жёсткие волосы. Как обычно не может зайти, обнимая себя за плечи и раскачиваясь из стороны в сторону.

— С дороги, ублюдочная тварь! — шикнула на неё Аттэ и Диэ отскочила в сторону, взирая на свою давнюю знакомую большими глазами.

Аттэ остановилась, поправила волосы, синими прядями спадавшие с плеч, и шагнула внутрь. Значит Диэ — трясущийся на ветру листик. Ещё один не представляющий угрозы индивид.

В ноздри демонессе ударила всё та же кислая вонь, однако стоит отдать должное: все побитые столы и стулья были складированы в одном углу, а с дальнего края наметена куча мусора. Чище не стало, но сам процесс Аттэ устраивал — пальцы забавной трактирщицы останутся при ней.

Внутри была вчерашняя тройка: Альфухт стоял гордо расставив плечи и завернувшись в крылья, словно в плащ, Эштихаль рядом с ним, в не менее пафосной позе облокотившись о стену и скрестив стройные ноги, Трэ немного поодаль, сверкает бельмом в глазу и корчится под тяжестью собственных бараньих рогов.

К ним добавился сидящий облачённый в рубище бес с посохом, увенченным изумрудом: кривое и пухлое лицо, маленькие глазки, маленькие ушки, острые торчащие клыки нижней челюсти, раздутые губы, пухлые ручёнки, выглядывающие из-под лохмотьев — Арр.

У стены расположились ещё двое: фигурная, с точки зрения Аттэ даже толстая, суккуб с горящими глазами, алыми кучерявыми волосами, рубиновым ожерельем, алыми сосками оголённой груди. Взгляд скользнул по её голому телу и Аттэ тут же обнаружила нож на ремне, пристёгнутом к ноге. Иштада, так её звали. Довольно конфликтная сучка, которой палец в рот не клади. Обычно в рот ей клали другую часть тела. Однако в довольно хороших отношениях с Аттэ.

Аттэ улыбнулась ей — Иштада показала средний палец в ответ. Впрочем ожидать чего-то другого не стоило.

Зато рядом стоящий Буштадар помахал ей. Плечистый демон без крыльев был в тёмной мантии, под которой прятался доспех из грубой кожи. На поясе висел меч. Да и взгляд сам был суров. По крайней мере Буштадар всегда хотел казаться таким, однако пресмыкался и перед Альфухтом, любившем взирать на склонённых перед его волей, и иногда перед самой Аттэ, когда той того хотелось. Он не вызывал особых эмоций, в отличие от того же Альфухта, который мнил себя пупом земли.

Троица доминаторов, неразлучная парочка любителей конфликтов, бес-трусишка, дрожащая от страха девочка и она. А кто она? Она — серый кардинал, что хочет быть лучшей ученицей Шатурнэ, а в будущем стать его правой рукой, а то и правой рукой Ишиана. Среди этой шайки она уже лучшая, если бы не постоянные соперничества с Альфухтом.

Она напомнила себе, что нужно не только наступать на пятки вышестоящим, но и всячески увеличивать разрыв с нижестоящими. И для этого у неё было почти всё необходимое. Почти.

Аттэ стояла в сторонке, наблюдая, как завёрнутый в крылья Альфухт обернулся и кинул взгляд на обнажённую красавицу Иштаду, которая поглаживала палец с перстнем. Суровый Буштадар словил этот взгляд и шагнул вперёд.

Он успел сделать лишь один шаг, как лестница скрипнула и со второго этажа, зевая, спустилась тонкая фигурка: тёмно-фиолетовая кожа, чёрные глаза, чёрные волосы и чёрные губы, чёрные ногти на руках и тёмная кожаная куртка на пуговицах, тёмные кожаные штаны. Она сама выглядела как тень. Не зря её прозвали Темноликой. От неё исходила угроза, какую она чувствовала лишь в Шатурнэ и в Като, и внутри Аттэ зарождалось негодование — остроухая эльфийская тварь не станет ей командовать!

Темноликая втянула носом воздух и поморщилась:

— Все на выход.

В груди ёкнуло, а ноги сами сорвались к двери. Это был приказ высшего демона.

Проглотив первый импульс, Аттэ боролась с нестерпимым желанием подчиниться, но выстояла, наблюдая за тем, как первым вылетела Диэ, за ней следом Арр, чуть ли не путаясь у тонкой истерички под ногами, следом сладкая парочка: Буршадар и Эштада.

Аттэ не смогла сдержать пекучее чувство агонии в мышцах, желавших побыстрее отсюда убраться, и она рванула к выходу за Буршадаром и Эштадой, хотя как бы она хотела выйти последней, как это сделала троица!

На улице было чем дышать. Темноликая вышла следом, а за ней появился здоровенный демон. Хотя нет, не демон. То был лишь тифлинг, но он был на самом деле огромен. На голову выше даже Альфухта, который был далеко не маленьким. Намного шире в плечах. За спиной у него был ужасающего вида меч. Вот кому Аттэ могла бы подчиняться, а ней той самонадеянной остроухой твари.

— Ты же нашёл вчера место? — нахмурилась толи от солнца, толи от чего-то другого Темноликая, обращаясь к тифлингу.

Тот не склонял голову, но ответил как-то неуверенно.

— Ну-у… Вроде бы нашёл, должно подойти, Темноликая дора. Но я ведь не маг, — развёл руками он.

Эльфийка махнула рукой, словно давая команду своему псу. Тифлинг же подчинился, и глазом не моргнув, шагая впереди. Темноликая последовала следом, а после обернулась:

— Чего стали? За мной!

Энейя

К её удивлению все последовали за ней.

Поляну Аш выбрал что надо. За городской чертой, но не глубоко в лесу. С одной стороны это поляна, с другой стороны недостаточно большая, чтобы ощущать сырость и холод леса. Только одно смущало Энейю — деревце, росшее прямо посередине. Живое деревце.