Чтение онлайн

двадцать лет так нежно ласкала наши берега, больше не полноводна, хотя сейчас самое

время для этого. Наш главный жрец, Рунихура, что бог Сетх, которому мы всем сердцем

поклоняемся все эти годы, требует новую жертву.

Сын короля Херу сделал шаг вперед.

– Мы пожертвуем собой, если это необходимо, Отец, - сказал он.

Король поднял руку, чтобы призвать сына к молчанию и грустно улыбнулся ему,

перед тем как повернуться к толпе.

– То, что Сетх просит как жертву в этому году, не лучший бык, мешки зерна, хороши

ткани или даже лучшие фрукты, - Херу замолчал, ожидая тишины от народа. – Нет, Рунихура сказал, что Сетху этого уже хватило, и за то, что мы получили, нужно нечто

более ценное. Бог Сетх требует в жертву трех юношей королевской крови, которые будут

служить ему в загробной жизни, - Херу тяжело вздохнул. – Если этого не случится, то

волна разрушений накроет Египет.

Глава первая: Дом муз

– Пятнадцать пятьдесят, - потребовал водитель с явно выраженным акцентом.

– Вы берете кредиткой? – вежливо спросила я.

– Нет. Не карту. Устройство сломано.

Быстро улыбнувшись заросшим бровями глазам, смотревшим на меня в зеркало

заднего вида, я вытащила кошелек. Сколько бы раз я ни ездила в такси по Нью-Йорку, я

никак не могла привыкнуть к отношению водителей, это постоянно раздражало. Но все же

этот водитель был лучше, чем водитель нашей семьи, что докладывал родителям каждый

мой шаг. Независимость я любила больше других вещей.

Я дала водителю двадцатку и открыла дверь. Почти тут же он умчался прочь,

оставив меня продолжать путь пешком, кашляя от клубов дыма, что остались от водителя.

– Идиот, - пробормотала я, поправив обрезанные брюки и склонившись, чтобы

поправить ремешок на кожаных итальянских сандалиях.

– Вам помочь, мисс? – спросил юноша неподалеку.

Поднявшись, я бегло осмотрела его. Его обычные джинсы, футболка с надписью «Я

люблю Нью-Йорк» и неряшливый вид говорили о том, что он – не городской. Никто из

уважающих себя жителей этого города не нацепила бы на себя такую футболку. Он не

выглядел плохим, но когда я подумала о том, что придется пробыть в Нью-Йорке в паре с

тем, кого родители не одобрят, я решила, что продолжение диалога будет пустой тратой

времени. Не мой типаж.

Я еще не определилась, как выглядит мой типаж, но я думала, что пойму это, когда

увижу.

– Нет, спасибо, - улыбнулась я. – Все в порядке.

Быстрым шагом я добралась до ступеней Музея Искусств Метрополитен. Девочки из

моей школы посчитают меня глупой, раз я прошла мимо милого

мальчика/потенциального бойфренда или веселого развлечения.

Было проще не давать обещаний, которые я не собиралась сдерживать, особенно, юноше, что не отвечал требованиям идеального бойфренда. Список требований еще не

был закончен, но он пополнялся с того момента, как я стала достаточно взрослой, чтобы

интересоваться мальчиками. К тому же, я очень ответственно относилась к своему

выбору.

Даже хотя я была очень придирчивой, носила только дизайнерскую одежду, а в

месяц получала на расходы больше, чем молодые люди моего возраста зарабатывали за

год, я не была снобом. У моих родителей были большие ожидания на мой счет, и их

вложения должны были потом окупиться. Мне всегда говорили, что внешний вид, пусть и

не на сто процентов аккуратный, был показателем личности. И хотя я пыталась заставить

себя не думать о том, что внешность отражает человека, я убеждалась в этом в моей

школе.

Мой отец, успешный международный финансовый юрист, всегда говорил: «Банкиры

доверяют сначала костюму, а потом уже человеку», такой была его версия «по одежке

протягивай ножки». Он и моя мать, что проводила большую часть времени в своем офисе

в небоскребе одной из крупнейших медиакомпаний в городе, раздавали приказы

помощникам, что постоянно твердили мне, что внешность – это все.

В основном, меня не трогали, пока я делала то, что от меня ожидали, а сюда входило

много функций, показывающих меня послушной дочерью и хорошей ученицей в частной

школе для девочек. Среди требований было и не встречаться с плохими парнями, что я

превратила в отсутствие свиданий вообще. Зато мне предоставилась полная свобода в

исследовании Нью-Йорка. И этой свободой я наслаждалась, особенно, сегодня, когда о

себе напомнила весна.

Мет был моим любимым укрытием. Родители были спокойны, что я занята, - и в

этом был большой плюс – а я могла смотреть на людей. Я еще не была уверена в том, чего

хочу в будущем, но это должно было решиться на этой неделе. Я уже была зачислена в

кучу одобренных родителями университетов. Мать и Отец, ненавидящие, когда их

называли мама и папа, хотели, чтобы я стала кем-то, кем они могли бы гордиться, например, пойти в медицину, политику, бизнес, но все это меня не интересовало.

Мне нравилось изучать людей. Людей прошлого, о которых я читала в Мете, людей, что проходили по Нью-Йорку. Я даже хранила блокнот, в котором были описаны самые

интересные люди, каких я встречала.

Я не понимала, как превратить это странное хобби в карьеру. Родители никогда не