Чтение онлайн

Студенты спешили в столовую на ужин, я же возвращалась в общежитие. Сегодня мне повезло, и я попала на трапезу одной их первых, миновав чудовищную очередь и толчею.

– О, Лика, - сказал какой-то мальчик. Я мало с кем была знакома, зато меня, главную зазнайку Университета, чей портрет висит в коридоре на стенде "Ими гордятся!", знал даже первокурсник, не влившийся в студенческую жизнь.
– Там твоя сестра у ворот стоит. У нее пропуска нет, войти не может.

– Се?..
– и тут до меня дошло. Ее не раз называли именно так, и именно парни.
– Это она так представилась? Сестрой?

– Да. Старшая, видимо. Красотка такая, - подмигнул студент и пошел дальше, исполнив долг с чистой совестью.

Я поспешила к проходной у главного входа. Мама болтала с охранником, тот смеялся, как юнец, важно выпятив грудь колесом.

Она, как всегда, выглядела сногсшибательно. Узкая юбка по колено с небольшим разрезом сзади, кожаные туфельки на опасном каблуке, обтягивающая блузка с длинным рукавом, медовые волосы в небрежном пучке, что придает образу романический лад и сглаживает строгость наряда В руках небольшой клатч, которым она размахивает, что-то оживленно рассказывая мужчине. И не скажешь, что археолог.

– Мама?
– я подошла достаточно близко, чтобы понять, она делится впечатлениями об инциденте в поезде.

– Лика, солнышко, - мама запорхала на каблуках.

– Ты что здесь делаешь?
– мы обнялись и расцеловали друг друга в щеки.

– Строчки из письма: "У меня все хорошо. Волноваться не о чем". Ты за кого меня принимаешь?

Я строго посмотрела на нее, зеркально копируя выражение лица а-ля "Ну, и кто теперь прав?".

– А честно?

– Ты зануда, а не дочь, - сдалась.
– Ларр мне написал, чтобы я срочно прибыла в город, потому что у вас проблемы.

– Ты уже с ним говорила?

Мне бы тоже хотелось знать, почему Ларр вызвал маму, и что важно, что ему рассказал Эл? И какого черта они обсуждали без меня происходящее?!

– Нет, сразу к тебе. Оказывается мой пропуск закончил действие, не смогла пройти.

И что же ей теперь рассказывать? Все или часть? А если часть, то какую?

– Да, его в начале года нужно было обновить, а ты уехала на раскопки. Солнце и луна, тысячу лет тебя не видела!- мы еще раз обнялись.
– Пойду к декану, надо тебя пропустить?

– Нет, не надо. Пойдем в городе поужинаем? Я страшно голодна. А ты мне заодно все и расскажешь.

В город идти я не рвалась, чтоб не влипнуть в неприятности, но и пугать маму тоже не хотелось. Бездумно коснулась цепочки на шее. А ладно, если что, Эл придет на помощь, теперь-то я всегда об этом помню. И не бегать же все время, надо кому-то поймать за хвост преступника.

– Пойдем, - мама взяла меня под руку и зацокала каблуками. Ума не приложу, как она по мостовым ходит на шпильках и не ломает ноги.

Мы шли, и мужчины оборачивались нам вслед. Стоит ли говорить, что мне было адски неудобно, я пыталась вжать голову в плечи и стать незаметнее. Потому что, да, они смотрели на маму с восхищением, а потом их взгляд соскальзывал ниже, на меня. А потом обратно на маму, нас как будто сравнивали и отдавали предпочтение, конечно же, не мне.

– Выпрями спину, Лика. Где твоя гордая походка?

Гордая походка у меня была, когда шла по студгородку и строила планы по уничтожению Чиви, сейчас же я желала поскорее зайти в кабак и сесть.

Но кабак отменился, мы свернули в старый центр.

– Куда мы идем?
– напряженно спросила я.

– В "Хрусталь", разумеется. Я безвылазно сижу в пещерах, соскучилась по городу. Ты не против?

У меня были сомнения относительно пещер и безвылазности. В жизни не поверю. Я оглядела свой далеко не самый презентабельный наряд, он будет невыгодно выделяться в богемной обстановке дорогого заведения, особенно ботинки на толстой и зазубренной подошве.

Против? Да, я против, но кого это волнует.

– Я несколько не так одета для "Хрусталя", мам, - попытка-не пытка.
– Давай куда попроще?

– Нет, солнышко. Давай лучше зайдем в лавку готового платья и сменим тебе одежду?

У всех есть мамы? Они всегда, насколько я знаю, норовят переодеть своих чад. И моя не исключение. В моем шкафу с десяток платьев на один раз, купленных родительницей в очередном приступе сделать дочь более женственной.

Пререкаться бессмысленно. Давно заученный факт. Надо согласиться, отсидеть в неудобной одежде два часа, а потом сложить ее и убрать в дальний угол шкафа. Мне потребовалось пятнадцать лет, чтобы прийти к этому и не трепать нам обеим нервы безобразными сценами "хочу-не хочу".

Я для порядка поворчала, но результат предсказуем. Через час мы сидели в "Хрустале" и на мне было темно-бордовое приталенное платье с длинной юбкой до земли и полукруглым вырезом горловины, но надежно скрывающим спину до самой шеи. С волосами мама не успела поразвлекаться, поэтому просто распустила, причесала их и перекинула на одно плечо.

Спасибо, мама. Твои попытки сделать меня красивой портят настроение и сводят зубы.

Завтра с утра еще надлежало наведаться в ту самую лавку готового платья и забрать оставленные там вещи, тащить с собой их было бы неудобно и глупо.

– Так что произошло у вас? Какие возникли сложности?
– приступила мама, как только сделала заказ из четырех блюд и кувшина воды с лимоном.

– Почему бы тебе не пообщаться с Ларром? Ведь ты именно за этим его отправила в Ритр?
– очередной заход перевести стрелки.

– Он подойдет к нам через полчаса, мы договорились, - отмахнулась она, мельком оглядывая зал.

Мы здесь бывали и ранее, поэтому мне было не особо интересно рассматривать помещение, больше похожее на помпезный театр, в центре потолка которого раскинулась хрустальная люстра высотой в два этажа стандартного дома. Слишком роскошно.