Чтение онлайн

За постом охраны коридор вёл к достаточно широкой лестнице, уходящей по дуге вниз. Кое-где из стен торчали маленькие светящиеся шары, слабо разгоняющие темноту. Спускались по лестнице мы долго, по моим ощущениям, уж наверняка навернули целый большой круг, когда впереди наконец показался широкий проход в сторону. Здесь лестница немного сужалась, но продолжала уходить дальше. Проход представлял собой небольшую комнату, в дальней стене которой находилась решётчатая дверь. Из мебели имелась каменная скамья и что-то похожее на убогую тумбочку. Вполне возможно, тут должна была находиться стража, но сейчас комната пустовала. Из-за прутьев доносились крики и стоны боли.

Мы с Ярной переглянулись и осторожно подошли к решётке. За дверью находился большой зал, заполненный всевозможными приспособлениями для пыток. Помимо различных агрегатов, то тут, то там стояли столы с жуткого вида инструментами. Как раз сейчас двое мужчин в грязных фартуках растягивали стонущего паренька на дыбе. Неподалёку от них стоял другой мучитель в лёгкой кожаной броне и, посмеиваясь, брал со стола спицы, которые по одной метал в висящую на стене обнажённую женщину. Судя по торчавшим из стены крючьям, висела несчастная вовсе не на скованных над головой руках, как я подумал поначалу. Женщина была залита кровью, сочащейся из множества воткнутых в её тело железок, её голова безжизненно повисла, но она была в сознании, потому что новая вонзившаяся ей в живот спица исторгла из её рта слабый крик.

Я проверил дверь — она была открыта. Подумав было обсудить план дальнейших действий, я повернулся к Ярне, но в тот же момент она зарычала, распахнула дверь и пошла вперёд, на ходу концентрируя магию и набирая воздух.

— Что ты творишь? — закричал я и попытался удержать драконицу за плечо. — Там же пленные!

Но бесполезно — изо рта Ярны вырвалось её драконье дыхание и широким конусом захлестнуло всех троих душегубов. Когда струя дыхания схлынула, несколько искорёженных агрегатов загорелось, а фигурки людей, заляпанных липкой кислотной смесью, заметались по залу, вопя и размахивая руками. Кислота растворила им волосы, выжгла глаза и изъела кожу страшными язвами. Одежда частично растворилась, частично прилипла к телу, и чёрная жижа продолжала въедаться в их тела. Один из мучителей, похоже, потерял сознание от боли и свалился, второй продолжал орать. Пыточных же дел мастера всё-таки немного защитила его броня и судя по полоске жизни над его головой, он скоро должен был оклематься.

— Прости, мастер, я… — мой окрик вроде бы привёл Ярну в чувство, жаль только поздно. — … это вышло инстинктивно…

Послав Гильту мысленный приказ разобраться с верещащим душегубом, я бросился к человеку на дыбе. Уже вблизи я понял, что, возможно, это был вовсе и не юноша, как мне сперва показалось, а вполне себе взрослый мужчина, только очень щуплый. Но теперь и не разберёшь — его тоже накрыло дыханием и обнажённое тело изъело кислотой. Вроде бы примерно 30 очков урона, прикинул я по убавившимся цифрам над полосками врагов и приложил руку к шее пленника — может, живой? Но, к сожалению, паренёк уже был ослаблен пытками и ему хватило: пульс не прощупывался, пленник скончался.

Гильт подскочил к машущему руками истязателю, примерился и деловито ударил его по коленке. Раздался хруст, вопль, и душегуб свалился на пол. Дварф размахнулся — новый хруст и очередной истошный крик. Бросив взгляд в ту сторону, я отметил, что Гильт методично бьёт негодяя по суставам, медленно опустошая его полоску жизни, хотя мог бы сразу прикончить одним точным ударом в голову. Ярна подошла, всем своим видом выказывая сожаление и будто бы ожидая приказа. Я выудил гримуар и зачитал заклинание Путь заблудших. Магии требовался материальный компонент, и обычно хватало кусочка стекла или бусинки, но мне живо вспомнилось, что в описании указывалось «слеза замученного, клочок его одежды или любой другой элемент, пропитанный грустью и страданием». Я положил руку на паренька, и заклинание сработало: часть дымящихся струпий под моей ладонью исчезла, и я почувствовал, будто держу в руке бьющийся клубок пытающихся вырваться на волю червей. Я вытянул ладонь к старшему истязателю, и невидимый сгусток улетел в его направлении.

Эффект не заставил себя ждать: душегуб замахал руками перед своими выжженными кислотой глазами, будто бы видел что-то, и заорал: «Нет! Уходи! Ты же сдох!» Его тело тут же рассекла широкая полоса, точно от удара невидимого хлыста, и кровь хлынула на дымящиеся останки доспехов. Он попытался бежать, ударился об стену и напоролся на один из торчащих крюков; ещё один росчерк рассёк ему спину. Душегуб захныкал, обхватил голову руками и сжался в комочек, прося о пощаде, но видимые только ему ужасы продолжали его терзать.

Гильт добил своего истязателя, я же шагнул вперёд, вынул меч и заколол второго, лежащего без сознания, после чего, особо ни на что не надеясь, подошёл к висящей на стене женщине. К счастью, её не задело дыханием: так, прилетела пара капель, и она была жива. Я стал выдёргивать из её тела спицы, тут же залечивая раны позитивной энергией, а когда вытащил последнюю, сделал Ярне знак, чтобы она сняла несчастную со стены. Драконица легко это сделала, к тому же разорвав оковы на её руках.

— Поверни, — попросил я и залечил пленной раны на спине.

Остаток энергии я просто влил ей в тело, надеясь, что женщина придёт в себя. Так и произошло: в её глаза вернулось осмысленное выражение, и она взглянула на меня с благодарностью и таким фанатичным благоговением, что я даже невольно отпрянул.

— Спасибо, Неназываемый! — прошептала она, я кивнул в ответ и дал Ярне знак отпустить её.

Женщина удержалась на ногах, её взгляд заметался по залу и наткнулся на хнычущего у стены палача. Прежде чем мы успели отреагировать, она бросилась к нему, на ходу схватив с одного из столов какую-то острую загогулину, и с разбега вонзила её ему в лицо. Запрыгнув на свалившегося навзничь от удара мучителя, она продолжила вонзать ему в лицо свою железяку, хотя я видел, что уже после второго удара полоска жизни над его головой посерела и исчезла.

— Что будем с ней делать? — спросил Гильт, бесстрастно наблюдая за экзекуцией.

— Пусть пока останется здесь, не с собой же её тащить… Думаю, как придёт в себя, она найдёт чем прикрыться и вооружиться, а на обратном пути заберём её с остальными.

— Как скажешь. А так-то воюет она неплохо, — усмехнулся дварф. — Неизвестно, сколько впереди стражников, может, и пригодилась бы…

— Мастер прав, — не поняла шутку Ярна. — Она только напрасно погибнет. Я вполне справлюсь с любым количеством воинов сама.

Гильт демонстративно выдохнул, и мы направились к выходу из пыточной.

Продолжив спускаться по лестнице, мы навернули ещё один почти полный круг в полумраке, когда наконец завидели впереди свет и услышали голоса. Я приготовил гримуар, Гильт перехватил поудобнее свой молот, Ярна же не выказала ни толики беспокойства.

Последний поворот вывел нас в достаточно просторную комнату, из которой в даль уходил коридор, и по всей длине его, насколько хватало глаз, виднелись решётки камер. В комнате вплотную к стене стоял длинный узкий стол, за которым сидели два стража. Напротив них, спиной к нам, стояли ещё двое. На столе скопилось множество бутылок, очевидно со спиртным, и как раз его-то и распивали охранники. Прямо сейчас один из них разливал напиток по кружкам из пузатой склянки. Стражники оживлённо болтали, но прервались, услышав наши шаги.