Чтение онлайн

– Не смеши народ. Ни я, ни Гвоздь не взрывали твоего джипа на школьной парковке среди бела дня, да и не смогли бы этого сделать. Потому что это бред. Безумие. Мы, знаешь ли, не морские пехотинцы. – Я сглотнула. Вдохновение так и распирало меня. – Вчера в каньоне настоящий фейерверк был. Все сметал на своем пути. Может, в твой джип угодила шальная пуля. И скорее всего, ее привлекла эта дурацкая пирамида для винтовок, которую ты сам же и пристроил, как будто специально, чтобы молнии ловить.

Последняя фраза, кажется, удалась. Попала в точку. Сработала. Публика оживленно закивала. Даже во взгляде Итана промелькнула искра сомнения.

– Говорил я тебе, у них пороху не хватило бы, – пробормотал Крис, обращаясь к брату. Тот пожал плечами.

– Да и кто-нибудь обязательно заметил бы, – согласился Тоби и икнул. – И вообще, у Гвоздя для такого кишка тонка.

Я легонько наступила Гвоздю на ногу, чтобы не вздумал возражать. Итан по-прежнему молча смотрел на нас.

Я открыто встретилась с ним глазами, надеясь, что ему не удастся прочесть в них правды.

Наконец Итан ухмыльнулся без всякой, впрочем, теплоты.

– Если когда-нибудь я узнаю, что вы имеете к этому хоть какое-то… – тут, не желая просто так отпускать нас, он решил сменить тему: – Ну, а раз так, чего ж вы не радуетесь? Болтаетесь тут, мрачные, как эмо. Жалеете, что Молот нас всех не угрохал?

– Я от души надеялся, что угрохают тебя, – с каменным лицом ответил Гвоздь. – Такое объяснение тебя устраивает?

Итан снова напрягся, но тут его взгляд стрельнул влево – туда, откуда во внутренний двор ковылял директор Майерс.

– Еще продолжим, – пообещал он, рывком поднял с травы у флагштока свой рюкзак и поспешил по направлению к корпусу «В». Толпа тут же рассосалась.

Майерс выглядел так, словно он всю ночь не спал. Если он и был счастлив от того, что роду человеческому не довелось погибнуть в языках адского пламени, по его виду этого нельзя было сказать.

– Марш в классы! – приказал он, сильнее, чем обычно, опираясь на трость.

Тут как раз прозвенел звонок, и мы заторопились. Майерс тоже повернулся и захромал к дверям школы.

– Но сначала зайдите ко мне, я попрошу выписать вам пропуска.

В приемной миссис Фергюсон раскладывала пропуска на специальной стойке. Ее черные с проседью волосы были уложены в тугой пучок. Майерс жестом указал нам на пластиковые стулья.

– Делия, пожалуйста, выпишите этим двоим пропуска. На сей раз без штрафных санкций.

– Да, мистер Майерс, сэр. Будете кофе?

Директор натянуто улыбнулся, протискиваясь мимо нее.

– Да, принесите весь кофейник, пожалуйста. Через десять минут.

– Сварю свежий.

Майерс прошел в свой кабинет, а она повернулась к нам.

– Мин и Гвоздь, Гвоздь и Мин, как всегда вместе, два сапога пара. Что вы натворили на сей раз?

– Мы победили рак, – заявил Гвоздь. – И нам полагается премия. Названная в вашу честь.

Миссис Фергюсон довольно усмехнулась.

– Кто бы сомневался.

И тут же ее голос посуровел.

– Вам, надеюсь, ничего не известно о теракте, произошедшем вчера здесь, на нашей парковке, мистер Руссо?

Брови Гвоздя поползли вверх:

– В это время я был в опере, миледи.

Я прикрыла глаза, а миссис Фергюсон фыркнула.

– Наглости вам не занимать – язык хорошо подвешен, – сказала она. – Вам придется подождать тут, пока я сварю кофе. Старик в последнее время сам не свой, только что на людей не кидается.

И цокнув языком, она удалилась в комнату отдыха.

– Думаешь, купилась? – прошептал Гвоздь.

Я закатила глаза, встала со стула и принялась ходить по приемной. В такой близости от директорского кабинета мне невольно вспомнились ночные видения. Вот Майерс в компании шерифа Уотсона и двух незнакомцев в костюмах сосредоточенно изучает какие-то документы в помещении начальной школы. Майерс строго приказывает миссис Томпсон отпустить нас с Ноа в «тайные владения» доктора.

Что он сказал в тот день моей матери? Могу ли я ему доверять теперь?

Связан ли он как-то с тем, что происходит со мною каждый второй день рождения?..

Кабинет Майерса располагался в двух шагах от стойки администратора. Подчиняясь какому-то непреодолимому импульсу, я толкнула двустворчатую дверь. И услышала, как миссис Фергюсон напевает, занимаясь фильтрами для кофе в комнате отдыха.

Гвоздь смотрел на меня с любопытством. На его лице застыло вопросительное выражение.

Я скользнула за угол и заглянула в директорский кабинет.

Дыхание перехватило. Майерс опирался, полулежа, на стол, плечи дрожали. Было ясно, что он плачет.

Я отступила назад, ничего на свете не желая сильнее, чем выйти из этой неловкой ситуации.

Но под ногой скрипнула половица.

Майерс поднял голову. И уставился на меня заплаканными глазами.

На несколько секунд мы застыли, глядя друг на друга. Вдруг зазвонил стационарный телефон, и директор потянулся к трубке так, словно с нетерпением ждал этого звонка.

– Майерс! Да, черт побери, я на месте. Соединяйте!

Когда директор снова взглянул на меня, мне показалось, что он успел забыть о моем присутствии. Проворчав что-то, он протянул руку и захлопнул дверь.

Я вернулась в приемную. Гвоздь снова посмотрел на меня вопросительно, но я отмахнулась, и едва успела плюхнуться на стул, как вернулась миссис Фергюсон. Она принялась выписывать нам пропуска, а я лихорадочно обдумывала случившееся.

Майерс не задержал меня. Отпустит ли он меня, видевшую его в таком состоянии, без объяснений?