Проект "Оракул"

С древним механизмом шлюза Киму пришлось повозиться. Наконец вакуумные затворы щелкнули и с громким шипением всосали чужой воздух. Перед тем как сдвинуть люк, он непроизвольно задержал дыхание. Туча серой пыли, поднявшаяся при посадке, еще не осела.

–  И где же твой маяк?
– Через плечо брата Тор с любопытством разглядывал каменистую равнину, которая растянулась до далекой горной гряды на горизонте.
– Немного промахнулись, да?

Ким поморщился. На каждый вдох и выдох бок отзывался тупой болью. Не сильной, но раздражающей.

–  Если тебе что-то не нравится, можешь остаться в модуле.

–  Нельзя тебя отпускать одного. Ты переговоры провалишь… Посадка получилась жесткой. Если бы кто-то увидел ее со стороны,

мог бы подумать, что модуль просто упал. Две из трех посадочных стоек вышли из строя, но, по счастью, стойки успели принять на себя значительную часть удара о грунт.

–  Не думаю, что этот аппарат сможет теперь взлететь.
– Взгляд Тора остановился на потухшей антенне импульсной навигационной системы.

–  Я же извинился…

–  Жаль, но он не услышит твоих извинений!

–  Кто не услышит?
– не понял Ким.

–  Модуль, - охотно пояснил Тор.
– Ты случайно не запомнил его номер в судовом регистре? Надо бы обряд заказать. Иначе Спаситель не возьмет к себе его чистую душу.

Ким окинул оценивающим взглядом корпус и стойки. Шлюз теперь точно не закроется. А если и закроется, то далеко не с первой попытки. Они выложили за этот аппарат свои последние сбережения, но тратить на него время уже не имело смысла. Модуль годился только в переработку…

–  Я ведь о чем беспокоюсь, - не унимался Тор.
– Подняться до орбиты - не самая большая проблема. Хуже, что придется крутиться там несколько месяцев. Ты уверен, что какой-нибудь из кораблей Перевозчиков обязательно прихватит нас на обратном пути в Сектор?

–  Нам пора, - напомнил Ким. Ворчание брата он привычно пропускал мимо ушей. Знал, что если не ввязываться в дискуссию, Тор быстро остынет. Большую часть пути они шли молча…

Сегург не сбежал - дождался. Братья обнаружили его неподалеку от маяка, на большом валуне.

–  Что я говорил? Опоздали. Заснуло твое животное!

–  Проснется, - отмахнулся Ким.
– Только постарайся обходиться без оскорблений. Говорят, сегурги хорошо слышат. Даже во сне.

–  Темнеет уже. Похоже, он до самого рассвета отключился. Ты помнишь, что темное время суток на этой планете длится пятьдесят семь стандартных часов?

–  Не каркай.

–  Как ты сказал?

–  Я сказал: не каркай!

–  Слушай, сколько можно?
– возмутился Тор.
– Ты прекрасно знаешь, что у меня установлена более дешевая версия нейронной сети. В ней отсутствуют такие излишки, как словарь архаичных слов. Я ничего не понимаю, когда ты говоришь: «изыди», «некаркай» или «жаба-позорная»…

Ким ничего не сказал и опустился на камень рядом с сегургом. На ощупь камень оказался шершавым и теплым. Сидеть на нем было даже приятно. И Ким с удовольствием вытянул уставшие ноги. Дорога до маяка вышла длиннее, чем он рассчитывал. На плоской равнине довольно трудно оценить расстояние, так что глотать пыль им пришлось без малого три стандартных часа. И Ким вполне понимал недовольство брата. Тор очень не любил ходить пешком и считал такой способ перемещения в пространстве недостойным цивилизованного человека.

–  Если хочешь, иди в маяк, - примирительно предложил Ким.
– Сегурга я и сам могу посторожить.

Тор задумчиво вычерчивал носком ботинка геометрические фигуры. Сначала у него получился круг, потом два квадрата, потом еще один круг.

–  Ты не знаешь, что это означает?
– поинтересовался он у Кима.

–  Где-то я уже видел такое сочетание фигур. Причем недавно. Если очень интересует, спроси у Информатора.

–  И я видел. И тоже не так давно. А у Информатора я спросить не могу. Во-первых, выбрал свой лимит, а во-вторых, к Информатору почему-то нет доступа. И мне это не нравится. Как мы будем работать, если с этой планеты нет даже доступа к Информатору?

–  Для начала, мы не станем паниковать, - предложил Ким.
– Вполне вероятно, что доступа нет только на этом плато. В других местах мы еще не проверяли.

–  У меня странное предчувствие. Не могу сказать, что мне категорически не нравится планета. Просто здесь неуютно как-то…

Странное предчувствие было и у Кима. Уж слишком неожиданно ворвался в их жизнь этот сегург. Выглядел он расстроенным и каким-то взъерошенным. И вел себя совсем не как сегург. Впрочем, откуда бы Киму знать всех сегургов? Наверняка среди них попадаются разные особи. Должны быть и такие, которые ведут себя скромно и вежливо. Этот, во всяком случае, даже раскланялся с порога мастерской. А после длинного и витиеватого приветствия пояснил, что ему рекомендовали братьев, как лучших на Секторе специалистов в области сервейин-га. На срединном языке сегург говорил довольно чисто. И даже диалектом Сектора владел, что совсем уж было удивительно.

Семейная компания братьев, мягко говоря, не процветала. А если смотреть правде в глаза, они уже несколько стандартных лет перебивались лишь случайными и мелкими заработками. И всерьез подумывали о том, чтобы перебраться с Сектора на одну из более дешевых планет ближней Периферии. Так что заказчик подвернулся очень вовремя, когда ресурсы в очередной раз истощились почти до нуля. А сегург владел планетой, которая досталась ему в наследство. И он очень хотел, чтобы собственность приносила доход.

–  Не вижу проблем, - заверил повеселевший Тор.
– Наши условия стандартные: десять процентов. Если возражений нет, можем обсудить детали…

Сначала и Киму задача показалась совсем не сложной. Досадные подробности открылись чуть позже. Оказалось, что сегург получил наследство с обременением. И полностью распоряжаться своим имуществом не мог. Завещатель запрещал заселять планету, использовать ее под любые виды производства, разрабатывать недра, добывать полезные ископаемые, влиять на климат, подвергать атмосферу и поверхность планеты пластическому модифицированию, а также производить любые иные необратимые изменения. Фактически, наследнику вообще ничего не разрешалось делать со своим имуществом. Он даже продать его не мог. За любое из запрещенных действий он автоматически лишался наследства, и тогда планета поступала в управление некоего Фонда Памяти Сегургов. Адрес прилагался: Си987690, Третий Уровень, Сектор.