Чтение онлайн

Джексон кивнул утвердительно.

— Немедленно связывайтесь с ним. Пусть сообщает как можно скорее, что там происходит и есть ли у путчистов шансы на успех.

Малькольм снял трубку аппарата прямой связи с директором.

— Надеюсь, Фергюсон уже доложил вам?.. А госсекретарь уже спрашивает, что ему отвечать? Лучше всего не комментировать события, пока не ясен исход. — Прикрыв ладонью телефонную трубку, Малькольм шепотом приказал Джексону: — Собирайте людей ко мне, Пусть подберут все, что у нас есть по этой проблеме.

Через несколько минут в кабинете Малькольма уже сидело несколько человек, ответственных за тайные операции в Европе. Малькольм напряженно просматривал принесенные ему бумаги, откладывая в сторону все, что могло сейчас представлять интерес.

Почти двадцать пять лет Малькольм прослужил в системе управления планирования, и тайные операции были его стихией. Анализ разведывательных данных, составление справок и докладов Малькольм презирал. Поэтому его назначение на пост заместителя директора расценили как стремление Вашингтона сделать упор не на пассивный сбор разведывательной информации, а на активное вмешательство в ход событий на мировой арене.

Сенатская комиссия по разведке единогласно одобрила его назначение. Выступая перед сенаторами за закрытыми дверями, Малькольм клятвенно обещал предпринять максимум усилий для «стабилизации» положения в мире, в первую очередь — в Западной Европе.

— Только что получено еще одно сообщение из Мадрида, — сообщил Джексон, — командующий третьим военным округом генерал-лейтенант Хайме Миланс дель Боск распространил коммюнике о введении военного положения. На улицах Валенсии танки, бронемашины, военные патрули. Власть в городе перешла к военным. Подполковник Техеро сразу после захвата парламента связался по телефону с Валенсией и произнес такую фразу: «Мой генерал, все в порядке, все в порядке!» Одна из радиостанций передала: Техеро заявил какому-то журналисту, что покинет помещение парламента и освободит заложников только после того, как будет принято решение о роспуске парламента и создании военной хунты.

— Ну что ж, — сказал заместитель Малькольма. — Эти ребята настроены серьезно, глядишь, добьются своего.

Джексон подошел к столу Малькольма и положил перед ним короткие объективки на подполковника Техеро и Миланса дель Боска. Первый из них был участником антиправительственного заговора в ноябре 1978 года, известного под названием «Операция «Галаксия». Второй воевал в составе «голубой дивизии» Франко против Советского Союза, получил гитлеровский Железный крест, известен своими фашистскими взглядами.

Сверху Джексон положил листок, в правом углу которого значилось: «Отпечатано в одном экземпляре».

Малькольм пробежал несколько машинописных строчек.

«1. Захват парламента с помощью гражданских гвардейцев (подполковник Антонио Техеро).

2. Выступления командующих военными округами во главе с генералом Хайме Милансом дель Боском в поддержку роспуска парламента и создания непартийного правительства.

3. Занятие всех ключевых объектов в Мадриде бронетанковой дивизией «Брунете».

4. Утверждение королем состава поддерживаемого военными правительства во главе с генералом Альфонсо Армадой, который долгое время был военным адъютантом короля.

Источник: граф Гонсалвиш».

Мэрфи до крови ободрал себе руки. Как назло, не оказалось подходящего инструмента, приходилось орудовать обычной отверткой, а ящик сколотили на совесть.

Когда к самолету подъехал микроавтобус «Скорой помощи» с зашторенными окнами и четверо молчаливых японцев потащили к грузовому люку точно такой же деревянный ящик, как и три дня назад, Мэрфи покачал головой и подумал: «Э, нет, милые мои. Больше я грузы с такой начинкой не принимаю».

Его позвали в диспетчерскую, передали приказ лететь туда же, в Латинскую Америку. Мэрфи молча кивнул и ушел.

Проще всего было бы тут же уехать в Токио, купить билет и на следующий день разгуливать по Лондону или Парижу (в одном из этих городов он и собирался пересидеть несколько лет, не рискуя сразу возвращаться в Америку). Но, решив круто изменить свою жизнь, он подумал о человеке, который лежал в деревянном ящике...

Мэрфи вскрывал ящик прямо в самолете — одному не под силу его вытащить. Отодрав доски, увидел скрюченное тело довольно высокого бледного человека со спутанными белокурыми волосами. Пилот потряс его за плечо и по глухому стону убедился, что человек жив. Он вытащил его из ящика. Осторожно приоткрыл люк. Уже стемнело — вылет опять назначили на ночное время. Человек был выше Мэрфи на целую голову и тяжелее килограммов на двадцать. Обливаясь потом, пилот стащил его на землю, попытался привести в сознание. Но тот не открывал глаз, вяло ворочал головой, бормотал невнятное.

Сжав зубы, Мэрфи потащил его дальше от взлетной полосы в лес: в диспетчерской могли поинтересоваться, почему самолет не готовится к вылету. Мэрфи с трудом разглядел стрелки на темном циферблате: в его распоряжении не более получаса.

Тот, как пьяный, мотал головой и временами что-то нечленораздельно бормотал. Мэрфи принюхался, но запаха алкоголя не чувствовалось. Когда за листвой исчезли силуэты аэродромных служб, пилот устало опустил его на траву. Далеко он его так не утащит. А уходить необходимо. В конце концов, он спасает жизнь этому человеку. Мэрфи несколько раз сильно ударил его по щекам.

— Где я? — пробормотал тот по-немецки, затем что-то сообразил и повторил вопрос по-английски.

— В лесу, — устало ответил пилот. — Как вас зовут?

— Кристиан. Кристиан Редлих. А вы...

— Дональд Мэрфи, пилот. Боюсь, что бывший, — сделал он попытку пошутить.

Кристиан понемногу приходил в себя. Он потер лоб, пытаясь сосредоточиться. Чуть приподнялся на локте, но тут же опрокинулся назад.

— Что же со мной такое? Подождите, подождите... Я был...

— Кто вы? Откуда вы?

Кристиан сжал виски.

Мэрфи озабоченно посмотрел на часы и с тревогой сказал:

— Нам надо уходить. Сможете подняться?

— Попытаюсь.

От усилий на лбу у него выступили крупные капли пота. Опираясь на Мэрфи, он кое-как передвигался. Мэрфи дотащил вконец обессилевшего Кристиана до автобусной остановки и посадил на скамейку. Вид Кристиана был ужасен: мертвенно-бледное лицо, глаза закрыты; он жадно вдыхал воздух. На остановке было немного народу. Какая-то женщина, склонившись над Кристианом, что-то быстро спросила у Мэрфи. Тот растерянно покачал головой: он не знал японского языка. Не получив ответа, женщина отошла к другим, ожидавшим автобуса людям. Через минуту вернулась с небольшим пузырьком. Увидев настороженный взгляд Мэрфи, дружелюбно улыбнулась. Поднесла пузырек к носу Кристиана. Он открыл глаза. Пилот понял: женщина принесла нашатырь.