Чтение онлайн

Бум-с, бум-с — "Дротик" едва слышно дважды выстрелил, и две остроконечные пули калибра 5,45 мм аккуратно пробили высокий лоб. Выронив блестящий хромированный "смит-вессон", водитель завалился на соседнее сиденье.

Шаги идущей троицы гулко отдавались под сводами подъезда. План действий у Ивана уже созрел, и сейчас, прячась за колонной мусоропровода, он шепотом давал курсантам последние наставления.

— Я беру Гадюку, а вы его стреножите. Но смотрите, он верткий, гад, как все ползучие. Лучше вырубить, но не сильно, потом браслеты для надежности. И глядите, чтобы он не попал под шальную пулю.

Как поняли, он не спрашивал. Времени не было…

— Ждите меня здесь, — сухо приказал Али своим сопровождающим, те послушно остановились, а он поднялся еще на один лестничный пролет и остановился перед неприметной обшарпанной дверью, за которой жила Лейла.

Погруженный в свои мысли, Али совершенно забыл об осторожности, полностью положившись на своих спутников. Беспечно повернувшись спиной к колодцу мусоропровода, он поднял руку и нажал кнопку звонка. В этот момент Филипенко выскочил из своего укрытия и метнулся к Гадаеву. Рука, сжимающая короткоствольный "ПМ", обрушилась на открытый правый бок.

Удар в печень прошил все тело Али острой болью, забив дыхание, отчего он согнулся пополам. Ухватив чеченца за ворот пиджака левой рукой, Филипенко изо всей силы швырнул его в направлении чердачного люка, одновременно вскидывая правую с пистолетом. Несколько секунд хватило уголовникам, чтобы извлечь свое оружие. Выстрелы загремели одновременно с обеих сторон.

Недолгое перемирие между враждующими сторонами было прервано сепаратистами. На рассвете большая группа чеченских боевиков обстреляла выходящую из зоны боевых действий автоколонну. В машинах находились демобилизующиеся солдаты, которым оружие по уставу было не положено. Получасовой огневой налет сепаратистских гранатометчиков и пулеметных расчетов уничтожил армейские грузовики вместе с пассажирами.

Весь день радиоэфир был забит переговорами высокого начальства. Старшие поносили младших, те искали, на ком можно отыграться. Сообщалось о скором прилете высокой московской комиссии, о том, что на месте недавней кровавой бойни работают следователи военной прокуратуры.

— Твою мать. — Игорь Волин ударил кулаком по столу, слушая эту радиоболтовню. — Они требуют проведения следствия, вместо того чтобы уничтожать бандитов.

Неожиданно подполковник посмотрел на начальника штаба.

— Ну-ка, Олег, разбери мне по косточкам эту операцию. Главное выяснить, куда боевики могут отойти.

— Да здесь выход один — через хребет в горы, — ответил майор, отметив пальцем возможный маршрут движения.

— Так, так, — Игорь моментально ухватил мысль начальника штаба. — Идут налегке, поспешно, но все равно без привала им не обойтись. А лучшее место для привала только здесь, в лощине. — Пауза длилась несколько минут, после чего комбат отдал приказ: — "Пожарников" в ружье. Группу поведу сам.

Через сорок минут облаченные по полной боевой экипировке бойцы загрузились в два "Урала". Ревя мощными двигателями, армейские грузовики выехали с территории базы и взяли направление на Моздок. У ближайшего блокпоста к колонне добавилась пара "бэтээров" с группой сопровождения внутренних войск на броне.

Через лобовое стекло кабины Волин смотрел на вэвэшников, разодетых и экипированных на манер пиратов, это сходство усиливали банданы, головные платки, которыми повязал голову каждый второй. Впрочем, у каждого подразделения своя специфика. Эти бойцы находятся в относительно спокойном месте, поэтому можно позволить себе носить бронежилеты на голое тело и связывать по нескольку магазинов к автоматам. Для разведчиков это недопустимо, когда надо преодолеть десятки километров на своих двоих, а иногда и на пузе, когда существует реальная опасность, что примотанный магазин забьется грязью, а в бою это верная смерть. Совсем другое дело, когда сидишь за бетонными укрытиями блокпоста.

Волин достал из нагрудного кармана пачку "Парламента" и повернулся к молодому розовощекому парню.

— Будешь? — спросил подполковник водителя.

— Не-а, — покачал тот головой и добавил с ухмылкой: — Я за здоровый образ жизни.

— Ладно, смотри за дорогой и не зевай. Нам сейчас не до стычек с "индейцами".

— Так вроде бы перемирие? — удивился водитель. Парень был не в курсе недавней трагедии, Волин же ему ничего рассказывать не стал. Обуявшая его ярость не должна выйти в атмосферу со словами. Закурив, Игорь уставился в окошко, глядя на переваливающийся на ухабах броневик.

На аэродром Моздока они прибыли после захода солнца, когда небо стало сереть. На взлетной полосе вспыхнули ровными шеренгами фонари.

"Уралы" свернули к стоянке самолетов, где среди мощных грузовых транспортников "Ил-76" стоял небольшой, покрытый камуфляжной раскраской "Ан-33", самолет, разработанный для высокогорных перевозок. Эта винтокрылая машина предназначалась непосредственно для операции "Камышовый кот". За войну Волин использовал самолет дважды, когда требовалось в экстренном порядке перебросить диверсионную группу в тыл противника. Теперь был третий раз.

Возле самолета на небольшом раскладном столе трое пилотов с азартом играли в домино.

Едва грузовики остановились, старший из летчиков с погонами майора бросил черные прямоугольники "костей" и встал из-за стола.

— Здоров, Волин, — летчик поздоровался за руку с командиром диверсантов.

— Привет, — ответил Игорь, внимательно посмотрел на пилота и спросил: — Все готово? Проблем не было?

— Полный ажур, — усмехнулся летчик. — Вначале, правда, заартачились. Дескать, для чего летать, если сейчас перемирие. Как только сказал: "Воздушная разведка по приказу ГРУ", — сразу же отцепились.

Подполковник удовлетворенно кивнул. Он слишком долго был независим от руководства военной группировки, и слишком часто его батальон выполнял специфические операции, доклады о которых уходили прямиком в Москву, в "Аквариум". Руководство группировки еще не было в курсе последних изменений, в этом и был козырь Игоря Волина.

— Ну, если все в порядке, значит, летим, — поправляя ремень автомата на плече, бесстрастно произнес подполковник..

— Ага, — с готовностью кивнул летчик и выразительно посмотрел на свой экипаж: — По коням, хлопцы.