Программист
Шрифт:
Вениамин Павлович указал на Стаса:
– Я вас оставлю…
– Что значит «оставлю»?! Кто это?! – едва удостоив молодого человека взглядом, Юлия Сергеевна набросилась на своего провожатого. Стас был поражен: если она играла, то делала это очень натурально.
– Один из наших ведущих сотрудников, – ни капельки не смущаясь, объяснил Вениамин Павлович. – Руководитель очень перспективного направления… Знаю, вам будет интересно.
– Вы «знаете»?! – Юлия закричала на начальника охраны во весь голос, словно тот был слугой, не только принесшим сапоги вместо платья, но еще и настаивающим, что сапоги ей будут намного полезнее.
– Эта комната без визуального наблюдения и прослушивания, – полагая, что Юлия Сергеевна переигрывает с притворством, заверил Вениамин Павлович.
– Ну и что? – удивилась Юлия. – Какое мне дело, прослушивается комната или нет? Или вы предупреждаете, что меня никто не услышит, и хотите оставить наедине с этим парнем? Вы что, умом тронулись, Вениамин Павлович?!
– Комната не прослушивается – вы можете говорить о чем угодно. Но я и ваши телохранители будем за дверью – вам достаточно только крикнуть. – Начальник охраны отрывисто кивнул, словно отдавал честь, и попятился за двери. Его вид говорил: «ничего не знаю, ни во что не хочу вмешиваться, ваше недовольство не имеет ко мне отношения».
Юлия не могла поверить, что это произошло, но факт оставался фактом: ее оставили наедине с незнакомым парнем в закрытой комнате. Теперь красавице ничего не оставалось, как посмотреть на молодого человека внимательней. Стас очень ждал этого момента, полагая, что Юлия скинет маску и продемонстрирует наконец свои истинные чувства, но во взгляде красавицы не было ни симпатии, ни радости, ни даже намека на любопытство. Юлия смотрела снисходительно и даже с неприязнью, словно на одного из непрошенных кавалеров, постоянно вьющихся вокруг нее, досаждая комплиментами и избитыми знаками внимания.
Стас должен был что-то сказать, но, ошпаренный таким взглядом, не нашел в себе силы собраться с мыслями. Юлия же смогла выждать в тишине не больше одной минуты.
– Итак, что вам от меня надо?! – Свирепо сверкающие глаза и резкий, до боли в ушах высокий девичий крик дали понять Стасу, что с ним не играют и не шутят. Юлия не притворялась, по крайней мере, молодой человек не мог больше игнорировать очевидную реальность происходящего.
– Мне? – пробормотал Стас. – Я хотел вас увидеть…
– Увидеть меня? – Юлия брезгливо поморщилась. – А мы что, знакомы?
– Конечно! Вы…
– Ясно! – прервала Юлия. – Я вспомнила. Предположим. Так чего ты от меня ждешь?
– Я… – Стас захлебнулся на вздохе – его разум отказался принять такое холодное обращение от человека, совсем недавно дававшего самые горячие обещания.
Юлия не думала его жалеть, наоборот, побелевшее от переживаний лицо Стаса подействовало на красавицу, как раздражитель.
– Отлично! – Юлия эмоционально всплеснула руками. – Ты сам-то думал, чего тебе от меня надо?! Мечтаешь стать моим ухажером?! Ты?! А кто тебе сказал, что мне нужен сопляк, который сжимается от страха, когда на него кричит женщина?!
– Я… – Стас насупился, осмысливая неожиданное обвинение. – Я же не от страха…
– Какая разница от чего?!
Юлия вдруг опомнилась. Она медленно выпустила воздух и устало опустилась в одно из кресел, осознав, что тратит силы и время на совершенно ничего не значащего мальчишку. Было видно, что не Стас беспокоит жену председателя совета акционеров. Выплеснув на попавшего под руку юношу избыток эмоций, Юлия вернулась к своим, невеселым, судя по ее наморщившемуся лбу, мыслям.
Стас же продолжал смотреть на своего недавнего идола в глубоком немом потрясении. От искры, полыхнувшей было между совладелицей института и молодым программистом, не оставалось даже дымка… Но и теперь, уничтоженный и раздавленный, Стас испытывал к прекрасной даме скорее жалость, чем неприятие или желание отомстить за поруганное самолюбие.
– Но вы ведь сами говорили… – все еще не веря, что им попользовались, начал молодой человек.
– Говорила… – уже тише, словно обессилев, но скорее отмахиваясь от навязанного собеседника, чем отвечая ему, подтвердила Юлия. – Ты был мне нужен…
Неправильно оценив ее угасший пыл, как маленькую победу, Стас осмелел.
– Неправда! Между нами что-то возникло! Я это чувствовал! – Молодой человек закричал с горячностью и уверенностью, которая должна была напомнить его избраннице случайно или умышленно забытую ею правду.
Но Юлия посмотрела на воодушевившегося юнца в полном недоумении, насмешливо приподняв брови и скривив губы.
– Дурачок! – снисходительно объяснила красавица. – Я захотела, чтобы ты чувствовал, ты и чувствовал! Я захотела, чтобы ты подошел, ты и подошел! Ты же программист – неужели не понимаешь? Не важно, красива я или нет, не важно, влюбчивый ты или холодный – если я хочу, так и будет. Всегда! Люди реагируют не на то, что видят, а на передаваемую им информацию. Ты был мне нужен, я пожелала – ты мой… Все! Точка! Забыли!
– То есть теперь не нужен? – с ужасом осознал Стас.
Юлия вспыхнула, вновь приходя в бешенство от смелости его невысказанного предположения.
– Да на кой черт ты мне сдался?! – закричала женщина. – Ты посмотри на себя в зеркало! Кто ты? Маленький, физически слабый, бесхарактерный! Что ты о себе возомнил?! Вон ведь дрожишь от страха, когда я злюсь! Готов залезть под этот стол, когда я кричу! Тебя сделали начальником отдела… Что, ты – начальник?! Ничего подобного! Внутри тебя все тот же молодой специалист без категории! Ты ведь не веришь, что заслужил повышение, ты ведь ждешь, когда директора поймут, что ошиблись, когда опомнятся и вернут тебя на прежнюю должность! Разве не так? Ты – никто! И в мыслях, и в планах, и в действиях! В тебе нет воли, нет силы, нет уверенности, нет мужества, нет мечты, нет огня… ничего нет! И ты думаешь, что я, я… – она сделала движение руками вдоль своего тела, словно Стас и без того не мог видеть, о ком идет речь. – Настолько нуждаюсь в мужчинах, что опущусь до твоего уровня?! Да как ты смеешь оскорблять меня, мальчик?!! Что ты мне можешь дать?! Зачем ты мне?! Что мне с тобою делать?!
– И вы больше ни о чем меня не попросите? – больше ошеломленный пониманием справедливости ее слов, чем оскорбительностью ее тона, зачем-то пробормотал Стас.
Юлия не ответила. Она поднялась, шагнула к выходу и решительно стукнула в дверь, требуя выпустить ее наружу. Дверь тут же отворили. Юлия выскользнула в холл, где ожидали охранники и Вениамин Павлович.
– Больше никогда так не делайте! Никогда! – Стас слышал, что в голосе женщины больше не было злости, только грусть от чего-то такого, что не имело ни малейшего отношения к случившемуся инциденту. Юлия говорила жестко и без эмоций. Видимо, ее мысли витали далеко и от молодого программиста, и от начальника охраны.