Чтение онлайн

– Юлия? – спросил старик. – Объясни, что он здесь делает?

Стас понял, что спрашивают о нем, и посмотрел на Юлию.

«Королева» улыбнулась, словно речь шла об удавшейся шутке:

– Вы прибрали к рукам институт, я забрала себе этого парня!

Старик не разделил Юлиного веселья:

– Человек должен уметь проигрывать! Вы среди нас уже двадцать лет, а ничему, похоже, не научились!

Он довольно бесцеремонно подхватил даму под локоть, увлекая за собой для доверительной беседы. Юлия была не в восторге от предстоящего общения, но не сопротивлялась, подчиняясь давлению. Стас же каким-то внутренним чутьем понял, что ему лучше сейчас не вмешиваться.

– Вы ведь не одна из нас, – Выражая взглядом сочувствие, поделился темой своих размышлений «хозяин». – Вы вошли в закрытое общество благодаря выгодному замужеству. Альберт настаивал, а мы не возражали: в вас чувствовалась порода, вы были естественно красивы, умны, интересны. Но времена меняются. Покровителя у вас больше нет, а вы – не член Совета. Понимаете, о чем я?

– Намекаете, что мне пора присмотреть кого-то на должность мужа? – догадалась Юлия. – И кого посоветуете?

Старик поморщился:

– Помилуйте, Юлия, что за ирония? Вы ведь не любили Альберта! Ваше сердце такое же холодное и точное, как ваш разум. Этим вы мне и нравились. И я, в отличие, от вас, возлагал надежды на мирное завершение нашего предприятия. Да, поначалу вы все делали правильно. Отдали то, что никогда не было вашим. Помогли остановить человека, вышедшего за рамки дозволенного. Поступились личными интересами во имя интересов Совета…

Но что вы делаете теперь? К чему эта демонстрация? Программист не должен чувствовать своей значимости, ему нельзя развязывать руки – это опасно и для вас, и для всех остальных. Пока вы только играете, а члены Совета испытывают к вам симпатию. Но симпатия – чувство мимолетное, зыбкое. А ваша игра – рискованная. Для вас – заведомо проигрышная. Подумайте, Юлия! Нам бы совсем не хотелось лишиться удовольствия лицезреть вас в том же цветущем виде и добром здравии!

– Спасибо, Леонид Дмитриевич! – Юлия мягко высвободила руку из рук попутчика и отступила на шаг, давая понять, что услышала все, что хотела. – Вы всегда были ко мне внимательны! И я ценю это!

– А я надеюсь, что вы хорошенько подумаете и придете к правильным выводам! – многозначительно пожелал старик.

На этом они расстались. Юлия направилась к центральному входу дворца – видимо, цель прогулки была достигнута, или, что тоже возможно, после последнего разговора, у дамы пропало настроение дефилировать.

– Он больше всех недолюбливал Альберта, – получил Стас сообщение Юлии по нэтфону. – А теперь больше всех хочет убрать тебя.

– Но вы общались, как старые друзья? – тоже по внутренней связи отметил Стас.

– Не обольщайся нашим милым чириканьем, – посоветовала Юлия. – При первой же возможности мы бы заклевали друг друга до смерти!

Через какое-то время всех гостей пригласили проследовать во дворец. В центральном здании обнаружилось странное помещение: конусообразная воронка, в которую амфитеатром спускались куда более современные, нежели архитектура этого места, кресла. Помещение предназначалось не для театральных выступлений, а для проведения Совета Посвященных. «Хозяева», или «члены Совета», или Посвященные спустились на самый нижний ярус кресел и расположились там по кругу небольшой пустой арены так, чтобы каждый мог видеть и слышать каждого. Стас, как и другие допущенные сюда провожатые «хозяев», сел через два кресла за креслом Юлии – как «слуга», но близкое даме доверенное лицо. С более высокой, нежели у самой Юлии, позиции он прекрасно обозревал всю арену и всех советников – двадцать пять мужчин и одну женщину; однако не мог разобрать их лиц – Юлия все же включила фильтры, побаиваясь, что любопытные взгляды «слуги» почувствует кто-нибудь из миллиардеров. Зато слышимость у Стаса была прекрасная – программист не сомневался, что не упустит ни единого произнесенного внизу слова.

Совет начался без всяких вступительных речей – «хозяева» ценили время и не любили его терять. Тем более что работать на публику им не приходилось – сюда не приглашали представителей прессы и телевидения. Советникам раздали графические планшеты и стилусы, после чего один из «хозяев» (Стас почему-то сразу понял, что он – тот самый старик, который несколько минут назад гулял с Юлией) сообщил собравшимся:

– Как всегда перед Новым годом, мы открываем Совет, чтобы согласовать комплекс мер, запланированных на предстоящий год. Комплекс составлен на основании всех наших предложений и некоторого количества противомер, стремящихся восстановить баланс сил, нарушенный предстоящими коррективами. Сегодня у нас обычная рабочая встреча, поэтому прошу поставить подписи под бизнес или полит-схемами, эффективность которых не вызывает у вас сомнений, и высказаться по предложениям, которые вы по тем или иным причинам считаете спорными!

– Есть один вопрос, господа! – с первого ряда медленно и с достоинством поднялся статный «хозяин» в светлом костюме. Он говорил на американском английском – Стас получал перевод от своего нэтфона вместе с информацией, с какого языка переводят – опять постаралась Юлия. – Вопрос не вынесен на повестку дня, но я настоятельно прошу не откладывать с принятием резолюции. Обратите, пожалуйста, внимание на темпы экономического роста Мексики!

– Объясните! – попросил кто-то.

– Экономический и технологический подъем может поставить Мексику в лидирующее положение в регионе, – сообщил выступающий. – Уже сейчас наблюдается дисбаланс, который отрицательно отразиться на стабильности экономической системы стран Центральной Америки. Растет количество эмигрантов из Соединенных Штатов, что вызывает беспокойство населения страны, все еще считающей себя самым развитым государством в мире.

– Ваше предложение? – спросил тот, кто открыл Совет.

– Сменим правительство? – вмешался кто-то. – Затраты минимальные. Пусть новое руководство направит силы государства на энергоемкие проекты, не способные принести коммерческой прибыли. Где-то через три года начнется уверенный спад…

– Да, но такие сроки меня не устраивают! – возразил выступающий. – Кроме того, боюсь, что тенденция роста связана не столько с грамотным управлением, сколько с ростом самосознания местного населения. Реально говорить о сроке не в три, а в семь лет, что, с моей точки зрения, недопустимо медленно. Еще один момент: в стране наблюдается значительный перевес трудоспособного мужского населения. Сейчас на двух половозрелых мужчин приходится одна половозрелая женщина. Для бурноразвивающейся страны такое соотношение полов чрезвычайно опасно. Во-первых: мексиканцы начнут брать в жены американок, кубинок, бразильянок и так далее, что обеспечит Мексике значительный прирост населения. Во-вторых: нереализованные потребности мужского населения начнут проявляться в агрессии, направленной как внутрь страны, так и за ее пределы.

На своих нэтфонах вы видите прогноз, который подготовили мои специалисты. Думаю, в нем все предельно ясно.

– Вы предлагаете нам развязать еще войну? – понял кто-то.

– Разумеется, – кивнул выступающий.

– Затяжную? – уточнил другой.

– Не думаю. Народно-освободительную. Два-три года. Вы можете взглянуть на прогноз предлагаемого развития событий – там все изложено.

Видимо, «хозяева» принялись изучать некоторые материалы, потому, что над амфитеатром на несколько минут повисла тишина.

– Не слишком ли много жертв? – наконец, первой разорвала тишину Юлия.

Выступающий покачал головой:

– Необходимый минимум. Если число жертв уменьшить, мы не добьемся планового эффекта. Впрочем, решать Совету. У кого-то еще есть возражения по оценке возможных потерь «мирного населения»?

Амфитеатр сохранил молчание.

– Тогда прошу поставить подписи «за» или «против»! – мужчина в белом закончил и сел на прежнее место.

«Хозяева» неторопливо черканули стилусами по планшетам.