Чтение онлайн

– Приезжайте, приезжайте! Приезжайте скорее!

Звонок поступил на экстренный номер службы спасения – 112.

Это звонит Анна. Она плачет. Она кричит.

Машина приехала сразу же: полицейский участок совсем рядом.

Карабинерам пришлось долго стучаться в дверь.

Сначала Анна не отвечала, а потом не хотела открывать. А когда карабинерам наконец удалось войти, она плакала. Она была дома одна. Ее обнаружили на кухне: там она сидела за столом.

– Что случилось?

С виду все спокойно.

– Мне страшно. Мне страшно.

Карабинерам удалось ее успокоить. Анна крепко держит в руке большой стакан воды, пьет из него маленькими глотками и рассказывает:

– Я была дома одна, у себя в постели, ничего не делала. И вдруг услышала, как кто-то закричал: «Убирайся вон, шлюха! Убирайся! Если ты еще хоть что-нибудь скажешь карабинерам, мы сожжем тебя заживо, мы тебя убьем. Убирайся вон, шлюха!» Я ничего не ответила, но там продолжали кричать. А потом я услышала, как с места, взвизгнув тормозами, рванула машина. И тогда я встала с постели и вам позвонила. Это меня по-настоящему испугало.

– Этот процесс будет нелегким, Анна Мария. Тебе нужно быть готовой ко всему. Ну и, самое главное, если хочешь, чтобы я была твоим адвокатом, ты мне должна пообещать одну вещь, только одну: больше ты не должна ничего бояться. И ты должна рассказать все, что произошло, абсолютно все, без всяких околичностей. Ты должна рассказать все, потому что иначе тебе никто не поверит.

Такими были первые слова, которые сказала мне моя адвокатесса. Ее зовут Розальба Шарроне.

Она меня наставляла, говорила жестко:

– Тебя будут оскорблять, употреблять грубые слова. Они будут делать все, чтобы превратить тебя из жертвы в подстрекательницу. Ты и правда ко всему готова? Ведь ты останешься одна. Тебе придется делать все одной.

Ее слова были суровыми, но справедливыми. Она мне сразу понравилась, потому что говорит без обиняков и не пытается все облегчить. Наоборот, она сразу меня предупредила, предсказав, что произойдет.

Я называю ее «адвокатесса», хотя и знаю, что так говорить неграмотно.

Я мало училась, но вот зато речь у меня всегда была правильной. Я называю ее адвокатессой только потому, чтобы отличить ее от ее мужа, адвоката. Он известный адвокат по уголовным делам. Но и моя адвокатесса тоже большая умница. Да, она умница.

Мой процесс будет долгим, но я не собираюсь отступать. И даже когда я думаю, что мне, может, никто не поверит, что я проиграю, – даже и тогда я не иду на попятный.

Ну а когда падает духом адвокатесса, то вот тогда-то ободряю ее я. А вот когда прихожу в уныние я, ободряет меня она.

Розальба очень красивая. Красивая и высокая. Она всегда говорит прямо и по существу. Она из тех женщин, которые работают и всегда спешат. Она водит внедорожник с автоматической коробкой передач, курит синий «Пэлл-Мэлл» и не заправляет джинсы в сапоги. И походка у нее крепкая, мужская.

Иногда я даже живу у нее дома. То есть ночевать я возвращаюсь к себе домой, но вот зато день я провожу у нее. Ее дом для меня как убежище. А при доме у нее прекрасный сад, где полно разных растений и цветов. А еще у адвокатессы есть маленькая комнатная собачка по кличке Уго. Я ее просто обожаю, а она обожает меня, и мы ее тискаем и балуем.

Когда я только подхожу к воротам дома адвокатессы и только собираюсь в него позвонить, Уго уже чувствует, что это я, и бежит ко мне навстречу, чтобы поздороваться.

Благодаря адвокатессе и ее мужу я наконец поняла, что это такое – жить нормальной жизнью, по утрам в воскресенье заниматься садом, обедать всем вместе, получать подарки.

С того дня как я подала заявление, в моей жизни столько всего изменилось! И все благодаря карабинерам и адвокатессе. Родные отнеслись к моему решению с пониманием. А вот моя адвокатесса Розальба его поддержала. А это совсем другое дело. Это требует мужества. В своем доме я чувствовала себя опустошенной, но вот в доме Розальбы я набиралась сил. Благодаря ей я уже ни в чем не сомневаюсь. Она меня ободряет – и я терпеливо переношу осмотры гинеколога, беседы с психиатрами и допросы. Благодаря ей я не боюсь участвовать в судебном процессе.

28 октября 2002 года генеральный прокурор Адорнато потребовал у судьи арестовать шестерых насильников, на которых я написала заявление. А 30 октября карабинеры из полицейского управления Сан-Мартино подарили мне Диану. Они позвали меня в сад и сказали, чтобы я заглянула в печную духовку и посмотрела, что там такое. Сначала я ничего не поняла. А потом открыла заслонку и увидела, что на обожженных кирпичах лежит красное одеяльце, а на нем – белый пушистый клубочек с двумя блестящими глазками.

– Мы нашли его недалеко от нашего участка, и теперь он твой. Или, вернее, она твоя, потому что это не щенок, а собачка. Это, конечно, не Сисси, но вот увидишь, она еще вырастет и станет отличной сторожевой собакой. Это помесь мареммо-абруццкой овчарки [32] .

Когда я взяла ее на руки и она начала мне облизывать лицо, мне показалось, что я схожу с ума от радости.

Я ее сразу же полюбила. Заметно, что карабинеры полицейского участка Сан-Мартино просто счастливы, что им пришла в голову эта мысль.

Я решила назвать ее Дианой. Просто так, без всякого повода: это было первое имя, которое пришло мне на ум. Но вот моя адвокатесса объяснила мне одну вещь, которую я не знала. Она объяснила мне, что Диана – это богиня охоты и сражений. И это имя как нельзя лучше подходит тому, кому предстоят суровые битвы.

А еще она мне сказала, что Диана – покровительница женщин.

Вот так Диана и вошла в мою жизнь.

– Она меня не интересует.