Чтение онлайн

— Надеюсь, вы догадались обыскать не только подвалы замка?

— Мы простучали все стены. Тут ведь речь идет не о кубышке с золотыми цехинами. Казна, даже если она состоит из чистого золота, должна занимать место с эту комнату, наверное. На одном корабле ее не увезти.

Филипп утомленным движением приложил ладонь к глазам и помассировал веки.

— А Кагор? Там ведь у них имеется не меньше четырех своих банков.

— Я выяснял специально и подробно, Ваше величество. Система несколько сложнее, чем я думал. Некоторое время назад, Жак де Молэ допустил к контролю над ними Ломбардскую лигу, или то, что от нее осталось. И не думаю, что это было проявлением слабости. Зачем-то это было ему нужно. При сем кагорсины не отказались пооткровенничать в разговоре с моими людьми.

— Несмотря на прошлогодние события? — удивился Филипп, ограбивший ломбардских купцов.

— Да, Ваше величество.

— Странно.

— Возможно, но насколько я понимаю деловые люди не могут позволить себе злопамятность.

— Пожалуй.

— Так вот, разыскиваемых нами миллионов, там нет. Следы присутствия таких денег не удалось бы скрыть, даже если бы все тамошние банкиры сговорились на сей счет.

Филипп ничего не сказал в ответ на эти слова. Он встал, подошел к столу, на котором был накрыт так и не востребованный сегодня обед, налил себе вина из высокогорлого кувшина, отпил несколько задумчивых глотков. Явно без особого удовольствия выломал ногу каплуна, застывшего в шафранном соусе, поднес к своему безупречному носу и безразлично понюхал. Запах кушанья так и не соблазнил его.

— Если мне позволено будет сказать, — начал снова Ногаре, — у нас есть только два пути.

— Что вы имеете в виду?

— Вы ведь, насколько мне известно, не приступали к допросу самых первых лиц Ордена. И великий визитатор, и командор Нормандии и прецептор Пуатту, и сам Великий Магистр сидят на цепи в Шиноне.

— Это я велел их пока не допрашивать. Мне хотелось бы начать разговор с ними уже имея на руках кое-какие сведения и открытия, которые сделали бы этих господ более покладистыми. Они должны понять, что сопротивление бесполезно не потому, что у меня отличные пыточных дел мастера, а ввиду того, что я и без всяких пыток знаю, как добраться до всех тамплиерских тайн.

Канцлер понимающе кивал.

— Да, Ваше величество, мне тоже казалось, что лобовая атака ничего не даст, пытками такого человека, как де Молэ не запугаешь, он скорее лишит себя жизни, чем откроет тайну орденских богатств.

— Что значит «лишит себя жизни»? Он сидит на цепи, в руках у него нет ни одного металлического предмета. Стражу невозможно подкупить, так что яда он не дождется.

— Ну-у, — помялся Ногаре, — существует поверье, что в свое время Орден тамплиеров вынес с востока ряд особенных умений, они переняли их у тамошних магов и черных жрецов. В число таких умений входит, в частности, способность останавливать сердце по своему желанию.

Король покосился через плечо на своего бледного помощника.

— Чушь.

— Прошу прощения, Ваше величество, кажется, не совсем чушь. Но даже не опасение, что Жак де Молэ скомандует своему сердцу — стой! — заставляет относиться к нему пока сдержано.

Филипп повернулся к говорившему полностью, понимая, что сейчас услышит что-то важное.

— Я хотел бы поговорить о втором пути из двух упомянутых мною. Очень может быть — многие мелкие и странные факты указывают на это — что Великий Магистр и ближайшие его помощники и сами не знают тайны своего золота.

— Слишком хитро и заумно, Ногаре. Я вас всегда ценил за трезвый и практический взгляд на вещи, а не за умение рассказывать сказки.

Канцлер поклонился.

— И тем не менее, сопоставив все слухи и фактические приметы, я пришел к выводу, что в Ордене тамплиеров помимо внешнего, всем видного тела, главою которого является Жак де Молэ, имелось тело внутреннее, тайный круг посвящения.

— Об этом я слышал. Следователи нашего инквизитора как раз и добиваются от арестованных признания в том, что они были в этот круг приняты, для чего плевали на распятие и отвергали божественную сущность Христа.

— Вот именно, — голос канцлера стал много тверже и увереннее — они тоже только «слышали» об этом внутреннем круге и, когда палачи-доминиканцы вздергивали их на дыбу, они начинали лопотать свои бессмысленные признания. И даже если среди испытуемых оказывался кто-то из по-настоящему посвященных, он рассказывал общепринятую легенду, признавался в невинных шалостях, чтобы скрыть свою темную тайну.

Король брезгливо отхлебнул вина.

— Что-то я не пойму, Великий Магистр Ордена мог быть не посвящен в его истинные тайны?

— Не забывайте, с чем мы имеем дело. Это не здешнее, не французское изобретение — Орден рыцарей Храма Соломонова. Это чудовищный выползень из магических восточных дебрей, стран коварства, предательства и сатанинской магии. Может статься, чтобы приспособиться к нашей жизни, он специально выработал привычную нашему глазу форму. Он строит больницы и тому подобное, дает в долг королю и членам его фамилии, подчиняется всем монаршим приказам. А по сути, он, этот Орден, остался противоестественным восточным порождением. И мы ничего не знаем ни о его заповедях, ни о его золоте, ни, главное, о его целях.

Дослушав взволнованную, даже слишком, речь государственного канцлера, король допил вино.

— Я с неудовольствием отмечаю, Ногаре, что это расследование ударило вам в голову. Вы словно заразились какой-то болезнью. Скорей всего, вы напускаете туман там, где все более менее ясно. Вместо того, чтобы еще раз взнуздать своих шпионов и заставить их постарательнее выполнять свои обязанности, вы твердите о магии и сверхъестественных вещах. Ваши построения не выдерживают никакой критики. Достаточно спросить, почему этот восточный монстр, если он так могуч и изворотлив, позволил себя пленить, причем безропотно?

Физиономия Ногаре пошла пятнами.

— Я согласен, разумеется, с вами, Ваше величество. Что касается того, чтобы взнуздать моих людей, это будет сделано. Я к тому же удвою их число в ближайшие недели. Я пошлю еще десяток толковых помощников Дюбуа в Кагор. Умоляю вас только об одном.

— О чем это?

— Выслушать некоего человека.

Король досадливо вздохнул.

— Это он забил вам голову этим «внутренним кругом»?

— Он был последней каплей.

— Ну ладно, дьявол вас разрази, ведите сюда своего восточного сказочника.