Проклятые
Шрифт:
— Насколько я понимаю, среди нас вряд ли найдется пара магов, которая захочет насытить своей кровью эту тварь?
— Абустр, ты осознаешь, к чему клонишь? Ты в своем уме? — ответил верховный архимаг Теодорос. Его мысли я уловил еще давно. К моему огромному удовлетворению, они разительно отличались от мыслей этого труса. Да и нашу с ним хм… дружбу, если так можно было назвать заключенный между нами договор и взаимопомощь, оказываемую друг другу в пересекающихся интересах, предавать архимаг не собирался.
— Может, ты хочешь поговорить о его значимости с убитыми им магами? Сколько их? Около десяти… Или может быть с их семьями?
— То, что ты предлагаешь…
— Теодорос, он же перебьет нас всех, как только мы выдернем кинжал. Ты готов поставить под удар весь Ковен?
— Я знаком с ним. И могу поручиться, что он никогда не пойдет…
— Ты готов умереть — отлично. Свято место пусто не бывает! Но кого ты заберешь с собой? — сорвался на крик маг. — Теодорос, это не выход я предлагаю голосование.
— Ты забываешься! — прогремел верховный архимаг. — Здесь я решаю! Мы найдем выход из этой ситуации.
— А вот он, — Абустр кивнул на меня, — очнется, отряхнется и спасибо тебе скажет? Если он примчался сюда — именно в то время, когда вершилось правосудие над Галжетом — и встал на его сторону, я не думаю, что он крайне рад смерти своего друга! Смертный приговор, которому, между прочим, подписал ты!
— Я не хочу войны. — устало сказал Теодорос. — Я понимаю твои опасения, Абустр, и, тем не менее, я тебя не поддержу. Решение этой ситуации я беру на себя. А пока мы разделимся. Я найду ему пищу. У вас же будет время для очистки замка от творений некроманта.
Послышался тихий щелчок, и я почувствовал легкий порыв ветра. Архимаг Теодорос с половиной магов телепортировались. А на меня уставился Абустр, и его мыслишки подсказывали, что, не смотря, ни на что, он до сих пор придерживался противоположной точки зрения, нежели Теодорос.
Тишина длилась недолго.
— Предлагаю голосование. — спокойно сказал Абустр. — Кто со мной согласен?
— Теодорос появится здесь через час… Максимум — два. — задумчиво произнесла маленькая женщина. — Боюсь, он будет не в восторге.
— Не будет, — Абустр криво усмехнулся. — В последний момент я немного изменил конечный пункт портала. И совершенно случайно — наш дорогой Теодорос попадет на Пересечный тракт. А оттуда, насколько мы все знаем, открыть портал не возможно.
И тут-то я понял — умирать придется. До этих слов, еще была надежда, но теперь… В Пересечном тракте собрано такое количество магической силы, что любое ее применение, даже незначительное поисковое заклинание, приведет к самоуничтожению мага. Выбраться из этой магической зоны, Теодорос, сможет не ранее чем через день…
— Я думаю, что пора со всем этим заканчивать. — жестко произнес Абустр. — Нужно провести очистку до рассвета, создать несколько деталей, указывающие, что Александра убил Галжет, а мы просто немного опоздали. Вампиры должны поверить! Иначе…
С минуту они молчали, осознавая всю тяжесть груза, который добровольно взваливали себе на плечи.
«Ох, чтоб он вас всех раздавил!» — с горечью подумал я.
Маги управились быстро, задолго до рассвета все было готово. Поджечь меня собственноручно, они не рискнули. Оставили дожидаться солнца. В принципе, солнце ощутимого вреда мне уже давно не причиняло, не тот возраст. Но вот в сложившейся ситуации, когда мои силы с каждым часом меня покидали и я лежал парализованный…. По моим расчетам, жить мне оставалось в лучшем случае до полудня.
Они уходили, в порталы, не оборачиваясь, и только та самая женщина, которая ранее беспокоилась о гневе Теодороса, оглянувшись, прошептала: «Прости». Через секунду последний портал закрылся, и я остался один.
Солнце нестерпимо жгло. Было жарко… слишком жарко…
Мой мозг слабо посылал сигналы в тело о том, что надо укрыться, но пошевелиться я не мог. Слишком тяжело… «Слишком поздно» — последнее, о чем я подумал и снова провалился в пустоту.
Из небытия меня вырвал чей-то крик. Я открыл глаза и увидел ее. Девочка, почти ребенок, поспешно сняла свою курточку и пыталась укрыть меня. Затем, положив руку мне на лоб, зажмурилась, и я почувствовал легкие отголоски целебной магии. Мысли путались, я плохо понимал все происходящее, и, тем не менее, мне захотелось рассмеяться. «Она, что пытается меня исцелить?». Девочка вздрогнула, и в смятении посмотрев на меня, прошептала:
— Я пытаюсь передать тебя часть своих сил. Так будет больше шансов.
Сквозь боль пробилась абсолютно сумасшедшая мысль: «Она, что слышит меня? Это не возможно!».
— Еще как возможно! В академии, между прочим, я считаюсь одной из лучших, — с гордостью ответил ребенок. Задумавшись ненадолго, продолжила. — Залезть тебе в голову — сложно, но намного проще, чем Теодоросу, а он главный архимаг в Ковене. А ты знаешь… Ой, прости, сейчас я оттащу тебя в тень.
Пока девочка пыталась оттянуть меня с солнечной стороны — под уцелевшую арку, она продолжала щебетать, а я был, мягко говоря, немного озадачен. Верховные маги не могли пробить мою ментальную защиту, а обычный ребенок смог. К тому же, физических силенок у девчонки было явно больше, нежели у обычных детей. Это не укладывалось в голове.
— Не волнуйся, это все от упадка сил. Я не думаю, что в другой ситуации у меня бы это получилось. — попытался успокоить меня ребенок.
«Она — еще и успокоить меня решила. Ничего себе! Может она не в своем уме?
— Эй, я не полоумная! — она, наконец, смогла оттащить меня в тень. Тяжело дыша — уселась рядом со мной. Отдышавшись — спросила:
— И вообще… раз ты так скептически настроен, может не выдергивать кинжал?
«А ты знаешь, что за этим последует? — еле сдерживаясь, мысленно спрашиваю я.
— Да знаю, говорю же, я одна из лучших в нашей академии! Неужели ты… — я перестал ее слушать. До сего момента притаившаяся жажда крови, вырвалась наружу. Я чувствовал тепло ее тела, слышал пульс. Все мои мысли сосредоточились на том, как бы в первый миг — после того, как она выдернет кинжал, не разодрать ее горло. Я хотел ее всю — до последней капли крови. Даже понимание того, что она слишком мала, и все, что я смогу взять — не насытит меня и на половину, не могли заглушить дикого желания.