Проклятые

Алан ДИН ФОСТЕР

ПРИЗЫВ К ОРУЖИЮ

1

Тот-Кто-Решает откинулся на спинку своего “серпа” и расслабился. Серп - командирское кресло - покачивался высоко над полом, поддерживаемое лишь тонкой, но крепкой, гибкой трубкой. При простом нажатии на кнопки контроля кресло могло перемещаться вверх и вниз, вправо и влево так, что амплитур получал возможность непосредственно контролировать своих подчиненных, переговариваться, подавать им советы. Того же самого можно было достичь при помощи коммуникативного устройства в виде крючка, которое было удобно закреплено на его голове. Однако амплитур больше ценил непосредственное руководство.

Кресло было обито сверху донизу упругой подушкой, на одном конце которой покоились четыре короткие мясистые ноги амплитура, а на другой - свободно откидывалась его голова. Из головы, - по обе ее стороны, - выходили два щупа, каждый из которых на конце был снабжен четырьмя пальцами-манипуляторами. Эти пальцы постоянно находились в движении, подрагивали, совершали вращательные движения в воздухе, сгибались и разгибались. Создавалось впечатление, что амплитур дирижирует оркестру, играющему какой-то причудливый вальс.

Сферические глаза с золотистым отблеском обозревали просторное помещение. По временам их внимательный взгляд останавливался в том или ином секторе. Расщепленные зрачки начинали возбужденно пульсировать, то увеличиваясь, то сокращаясь. Значит, в этом секторе работу подчиненных можно было бы чуть подстегнуть, сделать более эффективной. Обращаясь к тем, кто находился под его командованием. Тот-Кто-Решает всегда говорил ободряющим тоном. От него никогда не слышали резкости, которая была свойственна представителям других рас. Амплитуры никогда не отличались грубостью. Были времена, когда их характерной чертой можно было считать нерешительность… Но все это было еще до Назначения. До зрелости.

Просто невозможно поверить в то, что было время, когда амплитуры жили без Назначения! Из истории Тот-Кто-Решает знал совершенно точно, что такое время было. Сама мысль об этом с трудом укладывалась в голове, она была чуждой и отторгалась сознанием и разумом, словно лживая и мрачная сказка о каком-то другом времени и каком-то другом пространстве. Исключительно благодаря осознанию Назначения амплитуры пришли к своей зрелости и коренным образом изменились.

Теперь Назначение изменяло Галактику.

До осознания Назначения Амплитур жил и развивался обычно, в пределах своей скромной цивилизации: развивал искусства, овладевал различными сложными вещами, свойственными своему биологическому виду и желал только одного: что бы его никто не трогал, чтобы ему дали жить своей жизнью, разрешили ему остаться самим собой… Потом пришло осознание Назначения.

Тот-Кто-Решает мягко нажал кнопку контроля, и серп подался сначала влево, а потом вниз. В сектор навигации. И как только амплитур мог существовать без Назначения?! Чепуха какая-то!

В те давние времена эволюцией амплитура двигали инстинкты. Они большую часть времени проводили в спокойных и теплых водах своей родной планеты, лишь иногда с трудом подползая к береговой линии на своих неуклюжих, - гораздо менее развитых, чем теперь, - конечностях. Ракообразных и съедобных моллюсков, глубоко закопавшихся в ил, амплитуры отыскивали при помощи своих чувствительных щупов с пальцами на концах. В разумности амплитуров уже тогда не приходилось сомневаться, хотя всю свою жизнь они по сути занимались только двумя делами: бессмысленно размножались почкованием, производя на свет подобных себе, да превращали растительный материал и животные протеины в энергию тела посредством сложной системы роговых челюстей и кишечника.

Впрочем, это Тот-Кто-Решает еще мог понять. Сложнее представить было другое: как в те времена, - то есть до Назначения, - могла существовать цивилизация амплитуров?! А она была, о чем убедительно говорила история, старинные руины, легенды о былых триумфах движущейся уверенными шагами вперед технологии амплитуров.

Все это не имело ровно никакого значения: технология, искусство… Даже сама жизнь бессмысленна без Назначения, ибо лишь с помощью него обретаются форма и сущность.

Уже одного только размышления об этом было достаточно для того, чтобы аккумулировать в себе силу и уверенность в трудных ситуациях. Тот-Кто-Решает считал для себя большой честью принадлежать к первым служителям Назначения - амплитурам.

Корабельная команда деловито суетилась внизу. До серпа, высоко поднятого в воздух, и его покоящегося пассажира долетал мерный гул созидания. Техники переговаривались друг с другом, не отрываясь от работы, - в воздухе носились слова, произнесенные на самых разных языках, - обменивались жестами, шутками. Последнее амплитуру было особенно трудно понять, но он старался изо всех сил. Амплитурам было свойственно упорство в достижении своих целей, поэтому часто они могли понять шутки, хотя ни в малейшей степени не обладали чувством юмора.

Но это было не важно. Важно было то, что все они служили Назначению. Это был отличительный признак их цивилизации.

Разумеется, не все шло гладко. Две космические расы остались крепы к благодати Назначения. Беспощадная история не умалчивала об этих прискорбных прецедентах, но освещала их с той же бесстрастностью, с какой повествовала о длинной веренице блестящих побед, торжества Назначения. Те две расы не удалось ни убедить, ни биологически изменить. Не поддавались они и всем остальным способам, при помощи которых их хотели подвести к истине. Характеристиками их были: неиссякаемая враждебность и слепое безумие. Тогда встал вопрос об их устранении, как ни тяжело было об этом говорить. Иначе эти расы серьезно затормозили бы распространение истины.

Когда Тот-Кто-Решает подумал об этом, печаль посетила его сознание. Он жалел об устранении тех рас. Не столько потому, что считал уничтожение целой цивилизации изначально актом аморальным, а потому, что понимал: погибшим уже никогда не суждено быть интегрированными в Назначение.

За тысячи лет распространения истины лишь два раза пришлось идти на самые крайние меры. Память о тех отдельных катастрофах лишь плотнее сплачивала между собой амплитуров и их союзников и толкала их на новые усилия и свершения.