Шрифт:
«Средневековые убийцы» — небольшая группа авторов исторических детективов, которые совершенствуют свое мастерство посредством неформальных бесед и дискуссий в библиотеках, книжных магазинах и на литературных фестивалях.
Майкл Джексбыл продавцом компьютеров, прежде чем обратиться к писательскому ремеслу. Его необыкновенно популярная серия о тамплиерах, посвященная смутным временам террора и насилия в годы правления Эдуарда II, переведена на большинство языков континентальной Европы и опубликована в Америке.
Бернард Найт— бывший патологоанатом министерства внутренних дел и профессор судебной медицины и уже в течение сорока лет пишет криминальные романы, документальные произведения, а также сценарии и пьесы для радио и телевидения. В настоящее время он работает над весьма популярной серией исторических детективов, посвященных коронеру Джону — первому следователю графства Девоншир двенадцатого столетия.
Йен Морсон— автор широко известной и хорошо принятой читателями серии исторических детективов, посвященных деятельности легендарного оксфордского сыщика тринадцатого века Уильяма Фалконера.
Сюзанна Грегориявляется автором серии детективных романов, посвященных деятельности Мэттью Бартоломью в Кембридже четырнадцатого столетия. Она также пишет исторические детективы под псевдонимом Саймон Бофор.
Филип Гуден— автор серии исторических детективов, где в качестве главного героя выступает Ник Ревилл — обитатель средневекового Лондона эпохи Елизаветы I и Якова II, а также актер шекспировского театра «Глобус».
СОДЕРЖАНИЕ
Пролог , в котором Майкл Джекс повествует о создании меча и его первом постыдном использовании.
Акт первый , в котором рассказывается о том, как королевский коронер Джон покупает своему офицеру новый меч, однако вскоре начинает сожалеть о своей щедрости.
Акт второй , в котором Йен Морсон описывает смертельно опасное участие Ника Джулиани в предвыборной интриге и убийстве в Венеции в 1262 г.
Акт третий , в котором Майкл Джекс рассказывает о похождениях королевского надзирателя за правопорядком сэра Болдуина и бейлифа Саймона Паттока, узнавших о том, как был использован этот меч для причинения мучительной смерти.
Акт четвертый , в котором Сюзанна Грегори рассказывает, как Мэттью Бартоломью и брата Майкла послали в отдаленную деревушку Иклтон в графстве Кембриджшир, чтобы выяснить, почему феодальное поместье приносит низкую ренту. Они обнаруживают там чудовищный накал страстей.
Акт пятый , в котором главный герой Филипа Гудена, музыкант и актер Ник Ревилл, прибывает в занесенный снегом дом и обнаруживает, что даже спустя несколько столетий проклятый меч все еще способен причинять зло и убивать людей.
Эпилог , в котором Йен Морсон возвращает нас в современную эпоху.
ПРОЛОГ
— Я могу посмотреть на него?
Какое-то время сэр Ралф де ла Помрой внимательно разглядывал своего гостя, а потом направился к стоявшему у стены большому сундуку, металлический замок которого смутно мерцал в темноте, отражая затухающий огонь.
— Прекрасная работа, — сказал он.
Клинок находился в своих первоначальных кожаных ножнах, слегка потертых от времени и украшенных лишь небольшими бронзовыми полосками у основания и наконечника. Из ножен торчала рукоять меча с незамысловатым круглым эфесом и крестообразным наконечником, по форме напоминающим две собачьих головы с разинутыми пастями. Он поднял клинок вверх и покачал его, словно взвешивая на ладони. Даже в кожаных ножнах легкий клинок словно жил собственной жизнью. Будто скрытая в нем странная энергия имела собственный источник силы, не зависящий от сжимавших рукоять пальцев.
Сэр Ралф протянул его священнику и отступил назад, все еще снедаемый сомнениями относительно этого странного человека.
Бартоломью из Холсворти был англичанином, и сэр Ралф не мог определить политические пристрастия этого человека. Он всегда весьма терпимо относился к любым властям, но сейчас в лесах, вне досягаемости закона, околачивается такое количество бродяг, что никому нельзя доверять в полной мере. Этот человек жил здесь задолго до норманнского нашествия и, по всей вероятности, знал и любил многих из тех, кто был казнен за последнее время.
У священника даже дыхание перехватило, когда он вынул из потертых ножен сверкающее лезвие меча, покрытое едва заметной гравировкой. Он провел пальцами по выгравированной надписи, и горло перехватило при воспоминании о двух братьях. Часто заморгав, он попытался скрыть навернувшиеся на глаза слезы.
— Мне знаком этот меч.
Клинок делали долго. Кузнец Брэн начал ковать его лет за двадцать до норманнского вторжения и с тех пор считал своим самым выдающимся достижением.
Светловолосый, коренастый, с глазами цвета созревшей пшеницы в летний полдень, Брэн вложил в него всю трагическую историю своих родителей. Во времена беспокойного и жестокого правления Гартакнута, сына Кнута, который правил королевством как своей вотчиной, его мать жестоко обесчестили вторгшиеся в страну викинги. Король пытался противостоять искушенным в морском деле разбойникам и даже приступил к строительству многочисленных кораблей, но когда народ возмутился непомерными, совершенно невыносимыми налогами, Гартакнут отправился подавлять сопротивление со своими преданными дружинниками. Одним из них был и отец Брэна.