Чтение онлайн

Я заглянул сквозь решетку окна. Посреди комнаты светился экран телевизора. Молодой человек в нем улыбался и демонстрировал рулон туалетной бумаги, действительно покрытой цветочками.

Но зрителей у телевизора не было. И, насколько я мог видеть, в комнате вообще никого не было. Не было, надо понимать, никого во всём доме. Не было никого вокруг. Только ходила возле сарая курица, приволакивая ногу. Где-то рядом текла пустынная река Миссисипи. Где-то неподалёку ехали в белой машине с открытым, верхом странные молодые люди с напряжёнными лицами. Где-то сидели на нейлоновых стульчиках одинокие фермеры, выставив к дороге ноги и трубки. А здесь в абсолютном одиночестве элегантный молодой человек рекламировал туалетную бумагу, украшенную цветочками и издающую замечательный запах.

Через час, не встретив ни одной души, в потёмках каким-то, чудом мы всё-таки добрались до Бечтауна. Он был как две капли воды похож на Гамбург — тот же десяток домиков. С той только разницей, что уже не было фермеров на складных нейлоновых стульчиках. Кое-где в окошках домов горел свет. Но на дороге — ни одного человека. Несколько раз мы проехали туда и обратно вдоль городка. Но так и не увидели никакого парома. Пришлось стучаться в чей-то дом, где светилось окошко.

За дверью скоро послышались шаркающие шаги, потом женский голос произнёс неприветливо:

— Что нужно?

Но это был настоящий, человеческий, не телевизионный голос. Я спросил о пароме. За дверью долго молчали, потом подозрительно поинтересовались:

— А вы откуда? И кто такие?

Я решил, что сообщение о нашем московском происхождении вряд ли сделает женщину разговорчивее, и просто назвался путешественником, которому нужно перебраться на другую сторону Миссисипи.

— Вэкэйшн? — спросила женщина требовательно, всё ещё не открывая двери.

— Да, да, вэкэйшн, отпуск, — поспешно согласились мы.

За дверью подумали мгновение и заключили с ещё большей неприязнью:

— На вэкэйшн здесь не ездят. Эти места не для вэкэйшн.

Наверное, женщина была абсолютно права. Я сказал, что мы сбились с пути и разыскиваем паром в Бечтауне.

— Парома нет уже три года, — отрезали за дверью. (Вот тебе на! А как же замечательный, превосходный, преподробный дорожный атлас Маккэнли?) — Да, да, уже три или четыре года. Странно, что вы не знаете.

Женщина за дверью, очевидно, накапливала всё больше оснований для своей подозрительности.

— А где же паром?!

— В Гамбурге.

Ехать обратно в Гамбург ночью, по той же дороге, по которой мы улепётывали от молодчиков с винтовкой, — эта перспектива была не самой радостной. Но ведь от госдепа не оберёшься неприятностей, если не переправимся сегодня через Миссисипи.

— Только он сейчас не работает. Он ходит только до шести вечера, — добавили за дверью строго.

Это меняло дело. Это было обстоятельство, которое я не мог предусмотреть при составлении маршрута. Теперь мы, наверное, имеем право переночевать где-нибудь в отеле.

— Где здесь отель, скажите, пожалуйста, — как можно вежливее обратился я к закрытой двери.

— Чего захотели — отель! — по голосу, было слышно, что там возмутились. — Я говорю вам, что места не для вэкэйшн.

— Неужели негде переночевать?

— В Брюсселе. Миль двадцать вниз по реке. Там, кажется, есть отель. «Уитмонд». Ну всё.

И мы услышали удаляющееся шарканье, так и не увидев нашей собеседницы.

Делать было нечего. Брюссель так Брюссель.

И машина покатила в тоннеле из деревьев на юг вдоль великой реки, которую уже давно не было видно в темноте, но которая чувствовалась здесь во всём, даже ночью.

Довольно странная история происходила с этой странной организацией под названием «минитмены».

На глазах у полиции минитмены проводили военные маневры в самом центре Соединённых Штатов.

На глазах у военных они крали оружие, брали в плен солдат регулярной армии, надевали полковничьи погоны и отдавали приказы военным подразделениям.

На глазах ФБР они опубликовали списки людей, которых собираются прикончить, призывали к убийству президента Кеннеди, печатали подробнейшие инструкции — как убить человека, как скрыться от ФБР, как изготовить отравляющие вещества.

На глазах ЦРУ они поддерживали теснейшие связи с кубинскими контрреволюционными эмигрантами.

Представьте себе на секунду, что всю эту деятельность кто-нибудь приписал американским коммунистам.

О, какие шумные процессы развернулись бы по стране! Какие сногсшибательные доклады публиковали бы ФБР и ЦРУ. Какую тревогу подняли бы военные.

Ну, а минитменам все сходило с рук.

Судя по тому, что появлялось в печати о минитменах и о мерах, предпринятых против их экстремистских действий, трудно не укрепиться в убеждении, что кто-то весьма могущественный покровительствовал им. Могущественный не только в. финансовом смысле (об этом ещё пойдет речь), но и в административном. Их патрон должен был обладать незаурядным куском государственной власти.

После убийства Джона Кеннеди в министерство юстиции продолжали поступать запросы от простых граждан и от сенаторов по поводу действий минитменов.

В августе 1964 года министерство юстиции США опубликовало официальный ответ:

«Министерство юстиции наблюдало за действиями минитменов в течение нескольких лет. Однако правительство не обнаружило с их стороны действий, которые следовало бы пресечь или за которые следовало бы привлечь кого-либо к ответственности. Мы не располагаем данными о том, что сии действия выходят за рамки осуществления прав на свободу слова, печати и собраний, гарантированных первой поправкой к Конституции, или нарушают какие-нибудь федеральные законы.

В настоящее время нет также необходимой информации, которая оправдала бы включение этой организации в список № 1045 министра юстиции, относящийся к Федеральной программе безопасности и называемый иногда „списком подрывных организаций“.

В соответствии с нашими законами, в частности параграфом 18 статьи 960 свода законов США, такие действия, как сбор оружия, проведение сборов для обучения людей военной тактике на территории Соединенных Штатов, могут считаться нарушением закона только в том случае, если эти действия направлены на подготовку военной экспедиции или мероприятий против иностранной державы, предпринятых с наших берегов. (Вспомним, однако, вторжение на Кубу в 1961 году, когда организаторы „мероприятия против иностранной державы“ не понесли никакого наказания, кроме наказания, полученного от кубинских патриотов. — Г. Б.) В данном же случае цель группы состоит в военном обучении индивидуумов для самозащиты в случае вражеского вторжения.