Прометей

Спасибо за дружбу Симану Поваренкину. Многие истории из этой книги мы осмысливали вместе.

Спасибо Сержу Савостьянову и Насте Забродиной. Благодаря им в этой пьесе стал важен не только текст, но и оформление.

Отдельная благодарность создателям спектакля:

Максиму Волкову,

Юрию Милютину,

Алисе Кретовой,

Евгению Казачкову,

Евдокии Малобродской,

Елене Шульман.

Театру «Практика».

Театру «Современник».

Евгений Казачков, автор пьесы: «Мы долго вместе с Алексом искали тему для нашего будущего спектакля, пока в его жизни не начали происходить по-настоящему драматические события. У него была возможность остановиться, отказаться от интервью и дальнейшей работы над пьесой, но он не сделал этого, и я благодарен Алексу за готовность идти до конца, фиксируя то, что происходит снаружи и внутри».

Алекс Дубас, персонаж пьесы: «Кроме ангелов есть демоны. И я хочу высказаться об этом. Уйти вот из этого приторного, карамельного. Примирить себя с собой. И помочь людям примириться со своей темной стороной. Сделать что-то честное. И лучше всего сделать это в театре».

Актер лепит пельмени за своим столом. Пользуется заготовленными тестом и фаршем. На сцене телевизор, на экране которого появляются названия глав и при необходимости иллюстрации к речи героя. Также на сцене заготовлена электрическая плитка и кастрюля с водой. Весь процесс приготовления пельменей распределен по времени спектакля: нарезание кружков из листов теста, заполнение фаршем и склеивание пельменей, кипячение воды, варка пельменей.

Добрый вечер! Меня зовут Алекс Дубас. Я – высокомерный человек. Чуть позже расскажу, как я это узнал, а пока я должен сообщить, что, в общем-то, этот спектакль и посвящен созданию спектакля. Сейчас попробую объяснить чем я тут за столом занимаюсь.

Мне 45 лет, и лет 10 последних я переживаю, пожалуй, самый счастливый период своей жизни. Со всех точек зрения у меня прямо все хорошо. Я работаю ведущим на телеканале «Культура». А еще веду шоу на радио «Серебряный Дождь». Оно называется «Что-то хорошее». Я сделал книгу «Моменты счастья» – это истории разных людей, сборник воспоминаний о счастливых мгновениях. Ее все переиздают и переиздают. И многим людям она нравится, и мне каждый день приходит письмо со словами благодарности, а иногда два, иногда три.

Еще я очень люблю хороший виски и вино. И курю уже 20 лет. И вот я недавно впервые в жизни прошел чек-ап в клинике, очень его боялся. Вы знаете, что такое чек-ап? Ну вот кивают те, кто постарше. А вот вам, девушка, только предстоит это узнать. Тогда вы, те кто кивнул, не дадите мне соврать, что это один из самых тревожных дней в жизни. Доктор говорит: «Вы погуляйте пару часов, пока мы все анализы изучим, осмыслим и вынесем вам приговор. Погуляйте, у нас вон парк красивый. Церквушка там есть». Вот зачем она сказала слово «приговор»? И ты гуляешь эти два часа и обещаешь себе, что оставшиеся дни ты будешь жить совершенно по-другому. Бросишь курить, станешь внимательно относиться к каждой минуте…

И вот тебе говорят: «Знаете, в общем-то все в порядке. Ну вот разве что камешки в желчном пузыре…»

– Камешки! В желчном пузыре!!! – на радостях выбегаешь ты и закуриваешь.

В общем, оказалось все хорошо.

В детстве мне очень хотелось быть не пожарным или космонавтом, а конкретным человеком – Юрием Сенкевичем. Это ведущий советской передачи «Клуб путешественников». Хотелось быть человеком, который путешествует на каких-то плотах и показывает амфоры и дудочки индейцев. Когда я был маленький, я думал: как же круто! Но понимал, что особенных шансов путешествовать нет. И вот, может быть, чего-то в жизни я недополучил, не знаю. Но что бог дал – так это любимое занятие. Я много путешествую по миру. Я езжу на лайках, на оленях, плаваю на кораблях, летаю на вертолетах и воздушных шарах.

И вот недавно у меня был полет на самолете такой, опасный. Когда вывалились эти. Маски кислородные. И там люди кричали, плакали… И ладно дети верещат – стюардессы, забившись в угол, крестятся! То еще зрелище, скажу я вам… А я удивительным образом ничего не делал, вжался в кресло и думаю: так, хорошо, мы сейчас умрем. Хахаха, ну умрем, ну ладно. Наверное, это будет быстро и не сильно больно. Куда мы упадем? Ага – в океан. Интересно, напишут ли: «Среди погибших был такой-то?»… Наверное, друзья и дальние знакомые расскажут в своих блогах о том, как мы дружили и как меня им теперь будет не хватать. Так. У меня же есть небольшие накопления, жена знает, где их взять, имеет доступ в банк, очень хорошо. Значит, сыну от первой жены она тоже деньги передаст. Он доучится. Он уже нормальный парень вырос, боец, ну справится как-то. И жена справится.

Вот маме, конечно, будет тяжело. Лучше не переживать своих детей. Маме будет трудно, да. Но вообще-то я готов. Я готов умереть. Сколько будет полет вниз? Одна минута, две. В общем-то ничего прям уж настолько важного, что я еще очень хотел бы сделать, не осталось. Ну, будет одной книгой больше, увижу еще 5–10 стран. Я еще не видел Аргентину, не видел этих пони, не танцевал танго. Но ведь я могу этого и не делать.

И когда нас отпустило и стюардессы заправили обратно эти штуки, я думаю: подождите. Неужели у меня нет больше вот этих мега желаний, которые могли бы быть двигателями жизни? Ну, пожил, пожил, окей. По миру поездил, сына родил, книжку написал. И вроде не мудак. Чего ты еще хочешь?

И вот тогда мне стало страшно. Не от того, что мы чуть не разбились. А от того, что не за что держаться. Твои цели должны быть чуть-чуть недостижимы. И ты должен к ним идти, ты должен верить, добиваться их. И я искренне боюсь сказать фразу: «Все, этого достаточно». Потому что это значит, миссия выполнена. И пора уходить. Как только я приму это и примирюсь – начну угасать, и мне конец.

И я понял, что нельзя больше находиться в этой зоне комфорта.

Конец ознакомительного фрагмента.