Чтение онлайн

На крыльце послышались громкие шаги. Это был сержант Маллиган. Он прошествовал в дом и снял шляпу.

– Ну что ж, ребята, знатный выдался вечерок. Здесь разыгралась настоящая трагедия. Взял показания, Коул? Бен поднялся с места и взглянул в своп записи.

– Расспросил мисс Поттер о том, что она увидела на месте. Полагаю…

Маллиган взял у Бена блокнот и бегло просмотрел записи. Бен закончил свою мысль:

– Полагаю, после осмотра дома и окружающей местности мы получим больше фактов, необходимых для дальнейшего расследования.

Маллигац как будто не услышал его.

– Хм. Окей, я занесу эти показания в рапорт. – Он спрятал в карман вырванный лист и сказал Поттерам:

– Похоже, она повесилась на балке – то знает почему.

– Повесилась? – удивленно переспросила Сесилия.

– Как насчет предсмертной записки? Вы не находили ничего похожего?

Сесилия еще не оправилась от потрясения.

– Нет… нет, я…

– Ладно, сейчас мы осмотрим все вокруг и, возможно, найдем что-нибудь. – Он направился к двери. – Коул, можешь считать свой рабочий день законченным. Мы с Леонардом осмотрим дом и дождемся коронера.

– Вы сказали, это было самоубийство? – спросил Бен, выходя из дома вслед за сержантом,

– Как пить дать.

– Что ж… возможно…

Этот ответ привел Маллигана в раздражение:

– Что ты имеешь в виду под этим «возможно»?

– Вы сами все видели…

– Да, я видел все, а ты – нет.

– Но миссис Поттер тоже видела. Тело не висело, когда она его обнаружила. Оно лежало на соломе – точно в том виде, в каком мы нашли его.

Маллиган направился обратно к дому Салли Роу.

– Отправляйся домой, Коул. Не забивай себе голову вещами, не входящими в твою компетенцию.

Резко оборвав разговор, сержант двинулся через поле. Бен вернулся к своей машине и сел в нее, оставив дверцу открытой. Он перелистал блокнот, потом щелкнул шариковой ручкой и быстро записал несколько важных с его точки зрения заметок: «Клетчатая рубашка, испачканная кровью… поза тела наводит на мысль о насилии… рассыпанный корм… веревка в руке, а не на шее… жертва найдена не повешенной».

Сразу за чертой Клэйтонвиля Салли свернула с автострады на заброшенную, заросшую травой ухабистую дорогу, которая уводила глубоко в лес, извиваясь под низким навесом ветвей между деревьями и пнями, ныряя в черные, наполненные грязью ямы. Старенький пикап трясло и подкидывало на выбоинах, рытвинах и кочках, заносило на поворотах. Вероятно, эта дорога – или, скорее, тропа – когда-то служила лесорубам, но теперь ее существование поддерживали только подростки па мотоциклах да, возможно, немногочисленные пешие путники. Вероятно, здесь Салли удастся отыскать место, где оставить машину.

Наконец она нашла что-то вроде площадки для разворота, небольшое тупиковое ответвление от дороги, густо заросшее кустами и потому еще не обнаруженное мотоциклистами. Девушка энергично завертела баранку, и пикап медленно пополз сквозь кусты, подминая высокую траву, которую выхватывали из темноты фары.

Пожалуй, довольно. Салли выключила фары и заглушила двигатель.

Она осталась сидеть в машине, положив локти на руль, а голову – на руки. Ей нужно спокойно посидеть минутку. Поразмыслить, оценить ситуацию, привести чувства в порядок и оформить их в мысль. Салли оставалась в неподвижности минуту, потом другую, третью… Девушка слышала лишь звук собственного дыхания (она мысленно отмечала каждый вздох) да тихое потрескивание остывающего двигателя. Она вдруг осознала, как тихо в этом лесу и как темно, а особенно – какая здесь глушь. Салли была совсем одна в этой темноте, и никто не знал, где она.

"Как поэтично, – подумала девушка. – Как и приличествует случаю…

Однако к делу: Как насчет дела, Салли? Ты продолжаешь идти или сдаешься? Ты всегда можешь позвать их или послать им письмо и просто сообщить, где ты находишься, чтобы они пришли и завершили работу. По крайней мере тогда все будет кончено, и тебе не придется долго ждать смерти".

Девушка глубоко, устало вздохнула и откинулась на спинку сиденья. «Что за мысли, Салли! Что за мысли!»

«Нет! – наконец решила она для себя. – Нет, я хочу жить. Не знаю, почему, но хочу. Не знаю, сколько еще, но я буду жить. И это все, что я знаю сейчас. Это все, что я знаю. Но хотела бы знать больше. Хотела бы знать, как они нашли меня… и почему хотели убить».

Она включила свет в кабине – буквально на секунду

– и вынула из кармана куртки небольшой предмет. Кольцо. С каким-то узором. Похоже, чистое золото. Девушка вертела кольцо в пальцах, пристально и внимательно рассматривая, пытаясь понять значение странного рисунка на внешней его стороне. Рисунок показался ей бессмысленным, как она ни силилась понять его. Пока что наверняка Салли знала только одно: это кольцо она уже видела – и с этим были связаны самые страшные ее воспоминания.

Девушка выключила свет. Хватит сидеть. Она положила кольцо обратно в карман, вынула из замка зажигания ключ и открыла дверцу. В гробовой тишине старые несмазанные петли, казалось, не заскрипели, а завизжали. Этот звук испугал ее.

Снова зажегся свет в кабине и погас, когда девушка по возможности тише закрыла дверь – та все равно хлопнула довольно громко. Теперь потух единственный источник света в этой густой глухой чаще. Она практически ничего не видела в кромешной тьме, но была полна решимости выбраться из леса, даже если ей придется двигаться на ощупь. Она должна идти, добраться до какого-нибудь безопасного места. Салли принялась решительно продираться сквозь кустарник; колючие ветки цеплялись за ноги, больно царапались, кололи из темноты. Где-то там была старая дорога, еще не совсем заросшая и вполне проходимая. Нужно только найти ее.

Из глубокого черного дупла в трухлявом стволе поваленного дерева два желтых глаза наблюдали за девушкой, две когтистые лапы злобно сжимались и разжимались. Когда Салли, спотыкаясь, проходила мимо, существо сдавленно хихикнуло.

На низко нависающей ветке сидел еще один демон, похожий на гротескную сову, Крылья его вяло ниспадали по бокам, словно длинные обвисшие занавески, крохотная голова едва выступала над вздернутыми плечами. Желтые глаза неотступно следили за каждым движением девушки.