Чтение онлайн

Салли сразу же пришлось признать, что – независимо от того, принадлежит она или нет к христианской церкви, – у нее нет никаких оснований чувствовать какое-либо неудобство. Основанием могло бы служить отсутствие подобающей одежды – Салли была в брюках и блузке, а куртку надеть не могла, поскольку та была распорота ножом, не говоря уже об отсутствии одного рукава – но теперь она поняла, что одежда здесь ни в малейшей степени не определяет отношение к человеку, равно как расовая принадлежность или социальное положение.

«Что ж… похоже, я не буду чувствовать себя здесь неловко».

Она проследовала за Флойдом и Сарой к деревянной скамье в заднем ряду и села. Когда она в последний раз сидела на такой скамье, ее ноги не доставали до пола. Это было, когда… Томми Кребс! Да, теперь она вспомнила этого противного мальчишку, стриженного «ежиком», с черным фломастером без колпачка. В конце концов, она немного поболтала с ним, и он ненадолго угомонился – пока не чиркнул фломастером по ее коленке. Да, все это произошло на точно такой же скамье, перед первым уроком в воскресной школе. О! Что за гимн обычно пела она вместе с другими ребятишками? «Иисус меня любит, я знаю. Так сказала мне Книга Святая». О да. Эта песня была одним из старейших хитов американского протестантизма. Удивительно, что она до сих пор помнит ее.

Салли попыталась расслабиться и поверх голов обвела взглядом маленький зал церкви. О, а вот и пастор – Ханк Как-его-там; он заканчивает разговор и занимает место за кафедрой. Сегодня, в костюме и при галстуке, он больше походил на пастора, но Салли знала, что никогда не забудет, как этот молодой парень возился с унитазом в пансионате.

Похоже, ей предстоит интересное переживание. Пока Салли ничуть не наскучило сидеть здесь: ведь ей нужно так много увидеть и запомнить, привести в порядок так много чувств. Нет, скорее она была поглощена происходящим.

«Но… что я, собственно, делаю здесь? – с удивлением подумала она. – Неужели я пришла сюда просто потому, что меня пригласила Сара?»

Нет, на самом деле нет. Приглашение явилось толчком, каким могло послужить любое другое обстоятельство, но никоим образом не истинной причиной. Салли хотела оказаться здесь, хотя осознала это только сейчас.

"Может, меня привело сюда любопытство?

Нет, нечто большее. Любопытство – это одно, страстное желание – совсем другое.

«Желание? Но какое желание – воскресить милые сердцу воспоминания? Ностальгия?»

Нет, нечто большее. Скорее неотступное, всепоглощающее чувство, что через тридцать лет она, пройдя по кругу, вернулась к исходной точке и вновь обрела – с прежней полнотой – истину, великое сокровище души, которым некогда обладала, но которое потеряла. Она не помнила, чтобы в далекие годы посещения воскресной школы ее жизнь была такой шаткой и ненадежной, какой стала впоследствии. Тогда в ней просто жила какая-то убежденность, твердая уверенность во всем.

Наверное, отчасти дело в этом. Вероятно, те давние чувства были последней твердой опорой под ногами Салли.

«Да, тогда все было совсем иначе».

Салли, Сара и Флойд немного потеснились, чтобы освободить место для девушки, которая села рядом с Салли.

– Привет, – сказала она, протягивая руку. – Я Бернис Крюгер.

– Э-э-э… Бетти Смит. – Салли постоянно приходилось следить за тем, чтобы назвать нужное имя,

– Это наша новая постоялица, – сказала Сара.

– О, замечательно, – сказала Бернис. – Вы недавно в нашем городе?

– Да.

– Приехали по какому-нибудь делу?

– О… просто путешествую.

– И как давно вы здесь?

– Э-э-э…. Я только вчера приехала. – Салли надеялась, что девушка не пустится в подробные расспросы. Она решила сама поменять тему. – А чем вы занимаетесь?

– Работаю в местной газете. Я журналист и заместитель главного редактора, а кроме того мою кофейные чашки и выношу корзины для мусора.

– О, это интересно. Бернис рассмеялась:

– Иногда действительно интересно. Что ж, добро пожаловать в наш город.

– Спасибо.

Наступила небольшая пауза. Бернис перевела взгляд на сцену, и Салли решила, что разговор закончен, но тут Бернис снова повернулась к Салли, словно ее осенила какая-то мысль.

– Если я могу что-нибудь сделать для вас, пожалуйста, дайте мне знать.

Это предложение прозвучало несколько неожиданно. "Интересно, о чем подумала эта Бернис Крюгер? Неужели я произвожу такое жалкое впечатление? Салли оценила сочувствие девушки, но знала, что никогда не сможет принять его.

– Спасибо. Я учту это.

Началось служение – и оно давало полное представление о фундаментализме среднего класса. Салли решила оставаться объективным наблюдателем и делать мысленные заметки.

Содержание песнопений показалось ей достойным внимания: во всяком случае, в них говорилось о любви к Господу и Иисусу Христу, о поклонении и преданном служении Отцу Небесному и Его Сыну, и было совершенно очевидно (иного Салли и не ожидала), что эти люди искренне верили в чувства, выраженные в гимнах, и с великой убежденностью руководствовались ими в жизни.

По ходу служения – когда от песнопений прихожане перешли к рассказам о личном духовном опыте – Салли вдруг поймала себя на том, что наблюдает за происходящим с неподдельным увлечением. Ей нравилась царящая здесь атмосфера. Эти люди были счастливы, и хотя форма богослужения казалась несколько странной и непривычной для человека постороннего, Салли понимала и ни на миг не забывала, что по сравнению с ее собственными занятиями йогой и медитацией происходящее здесь действо было безопасным, нормальным и даже поистине умиротворяющим.

Настало время молитвы, и пастор Буш стал выслушивать просьбы прихожан. Попросил о молитве пожилой мужчина с серьезным растяжением связок, а также молодая женщина, охваченная тревогой за своего мужа, который «не знает Господа», молодой отец семейства, оставшийся без работы, и женщина, сестра которой родила недоношенного ребенка.

Потом заговорила девушка из редакции газеты, Бернис:

– Не забудем помолиться и о Маршалле с Кэт, которых сейчас нет в городе. Думаю, у них возникли серьезные трудности и им приходится преодолевать сильное духовное сопротивление.