Чтение онлайн

— Да, похоже на то, — принюхался Владимир Илларионович. — Цветёт звездоцвет, местные называют его «макипу», чуете такой горько-сладкий запах? Во-о-он те белые цветы на том полосатом поле. Его широкие листья чем-то похожи на табак, но здесь его не курят, а, скорее, окуривают помещения, одежду и даже некоторые фруктовые культуры, чтобы избавиться от разных насекомых-вредителей. В корнях макипу много фосфора и калия, так что это используют и для обогащения почв.

Варя с интересом осматривалась. Получается, что появились они буквально из ниоткуда, примяв спиралью траву вокруг.

— Пойдёмте! Не терпится всё увидеть! — улыбнулась Серафима.

— Нам вон в ту сторону, за тем холмом уже будет виден лес мэллорнов, — показал Владимир Илларионович. — Нам туда.

— Мэллорнов?! Правда? — переспросила Деметра. — Это же деревья эльфов или вроде того?

— Именно так. Когда началась разведка территории, была очень популярна тема эльфов. К тому же местные, встретив светловолосых красивых людей, повели себя определённым образом. Так что как-то так повелось, а потом прижилось и начало специально культивироваться. Эльф — это звучит гордо, — усмехнувшись, пояснил Владимир Илларионович. — Мэллорны вырастили искусственно на базе разработок с биокомпьютерами, изначально как дубликат наших систем, но в итоге срок работы всё определил. Они правда очень похожи на деревья из саг, с которых начался исход эльфов в тот легендарный мир — и получается, что и в этот.

— То есть то, что началось вроде как в шутку и по приколу?.. — протянула Роза-Аврора.

— Да, начало самостоятельно жить в другом мире. Только «старшая речь» звучит как русский язык, синдарин используется лишь в некоторых узконаправленных моментах и то не всегда и не везде.

Они спустились к белому полю и вышли на еле заметную тропинку.

— Они правда похожи на звёзды, — Саша сорвала цветок с краю и, понюхав, передала сестре. — Вкусно пахнет. С какими-то нотками то ли корицы, то ли мускатного ореха.

— Мне вообще кажется, что гвоздика, — отозвалась Соня. — Но точно какая-то пряность.

— Ой, а это очень на картошку похоже, — удивилась Варя, заметив растения на следующем поле. — У моей бабушки есть небольшой огородик, и там почти такая же картошка растёт.

Девчонки столпились, рассматривая посадки.

— И окучена, как картошка. Смотрите, эти звездоцветы полосами посажены между…

— Не буду вас интриговать, это на самом деле картошка, — подтвердил их догадки Владимир Илларионович. — Климат для выращивания подходящий. Наши по этому незаменимому овощу скучали, да и говорят, что тяжело просто на сухпайках в первое время было. В итоге договорились с деревней недалеко от базы о выращивании картофеля. Постепенно культура разошлась по всему континенту. Называют её по-местному «эльфийский хлеб» — эльфоку. Оку — это хлеб, хотя тут это больше на лаваш похоже, что-то вроде лепёшек. Местные крестьяне любят готовить что-то вроде зраз из картошки, с начинкой из лука и моркови, эти культуры тоже здесь прижились.

— А я поняла, когда вы сказали «эльфоку», я одновременно услышала и вас, и словно над ухом перевод, — дёрнула себя за мочку Варя. — А… Как мы будем говорить?

— На базе есть амулеты-переводчики. Некоторые местные из ближайших поселений неплохо говорят на «старшей речи», то есть по-русски. Да и рядом с вами всегда будут люди, говорящие на местных языках. В конце концов, понимание — уже ключ к возможности договориться.

— И то верно, — согласилась Серафима. — Это всё так интересно узнать, как тут всё было пятьдесят лет назад и как всё изменилось за годы открытия…

— Да, насчёт этого… — замялся Владимир Илларионович. — Простите, девушки, но мы вас немного обманули.

Варя замерла, вытаращившись на их «босса» и вспомнив всё, о чём переживала мама.

— Обманули? — в образовавшейся тишине переспросила его Деметра. — Это как? Нам не заплатят?

— Нет, вам заплатят, — вздохнул Владимир Илларионович. — Всё дело в том, что время в Пятом мире не равно временному отрезку в нашем. Вы должны вернуться через неделю, в воскресенье. И вы вернётесь. Но здесь времени пройдёт больше из-за искривления…

— Насколько больше? — перебила его Серафима.

— Намного, — Владимир Илларионович выглядел виновато. — На самом деле, ангажировать вас всего на неделю не имело смысла. Слишком мало времени, особенно если принять во внимание местную неспешную жизнь и время в дороге даже с учётом некоторых… наших технологий. Да и на такой большой срок нам бы не одобрили смету. Проект побочный. А о том, что время серьёзно различается, знают далеко не все. Это, можно сказать, государственный секрет. Так что у нас получается некая договорная казуистика. Мы не могли предупредить вас раньше в силу некоторых обстоятельств.

— Так насколько отличается это время? — спросила Варя.

— Следующий коридор в наш мир откроется примерно через семь местных месяцев, — ответил Владимир Илларионович.

— Ого! — воскликнула Роза-Аврора.

— А дома пройдёт неделя? — на выдохе переспросила Деметра. — Так… Подождите, так если неделя это семь месяцев, то… Сколько наша база здесь находится и разве разведчики не должны были умирать… через пару лет от старости?

— Вот в этом и кроется главная перспектива Пятого мира, — улыбнулся Владимир Илларионович. — По необъяснимым причинам старение наших посланцев происходит по нашему времени. То есть и вы, несмотря на то, что проживёте здесь почти год, биологически изменитесь лишь на время нашей недели.

— Так мы… В смысле, наши эльфы в каком-то роде и правда стали теми долгоживущими прекрасными созданиями из сказок и легенд? — удивилась Деметра. — Сколько живут местные люди?

— Примерно в сорок лет у них наступает старость. За пятьдесят лет у нас здесь минуло много времени, но средняя продолжительность жизни аборигенов увеличилась лет до пятидесяти пяти, — ответил Владимир Илларионович. — Да, наш Серебристый Лес стал чем-то вроде государства в государстве.

— Так вы никакой не миллионер-турист? — вырвалось у Вари и их «босс» весело засмеялся.

— Нет, сейчас туристки тут только вы. Я руководитель проекта по Пятому миру. Мои родители были среди первооткрывателей Пятого мира. Они даже думали, что про их экспедицию забыли, что с Вратами случилось что-то ужасное. Что назад дороги нет. Экспедиции стараются делать автономными на всякий случай. Так что они приняли решение жить и выживать, сделать этот мир своим домом. Им повезло, что уже тогда коридор открывали по датчикам-пеленгаторам, потому что они значительно удалились от места своего десанта. Я и мой брат родились на Земле, а были зачаты здесь.