Чтение онлайн

— Если уже не слишком поздно, — сказал Патрик мрачно.

— Ты знаешь не хуже меня, что мы не должны так думать. До тех пор, пока мы не нашли ее мертвого тела, она жива, и никакой альтернативы быть не может.

— Ты прав, конечно. Но сейчас я совершенно не представляю, за какую ниточку хвататься, где нам искать. Мы все время возвращаемся к этой чертовой семейке Хульт, но ни разу не нашли чего-нибудь конкретного, за что можно ухватиться.

— У нас есть связь между убийствами Сив, Моны и Тани.

— И ничего, что говорит о какой-нибудь связи между ними и исчезновением Ени.

— Это верно, — признался Мартин. — Но на самом деле это не играет особой роли, не правда ли? Главное, что мы делаем все, что можем, чтобы найти убийцу Тани и того, кто похитил Ени. Один и тот же это человек или два разных — так или иначе выяснится, но мы делаем все, что можем.

Мартин подчеркнул каждое слово в своей последней фразе и надеялся, что его услышат. Он понимал, почему Патрик казнил себя после неоправдавшегося вскрытия могилы, но сейчас они не могли позволить, чтобы ими руководил розыскник, не верящий в себя. Патрик должен верить в то, что они делали.

Когда они вернулись обратно в участок, Анника остановила их в приемной. Она держала в руке телефонную трубку и прикрыла микрофон, чтобы человек на другом конце провода не услышал, что она говорит Патрику и Мартину.

— Патрик, это Йохан Хульт. Он категорически настаивает на том, чтобы поговорить с тобой. Перевести разговор в твой кабинет?

Патрик кивнул и быстро пошел к себе. Секундой позже зазвонил телефон.

— Патрик Хедстрём.

Он жадно слушал, задал пару вопросов и потом с новой энергией помчался к Мартину.

— Давай подымайся, Молин, нам надо сгонять во Фьельбаку.

— Но мы же только что оттуда, куда на этот раз?

— Предстоит небольшой разговорчик с Линдой Хульт. Мне кажется, у нас наклевывается кое-что интересное на этот раз, кое-что очень интересное.

Эрика надеялась, что по примеру доблестного семейства Флуд ее гости возжелают провести целый день на море, и тогда хоть на какое-то время она будет избавлена от их присутствия. Пустые надежды, в этом пункте она ошиблась полностью.

— Мы с Маде не очень увлекаемся морем. Мы лучше составим тебе днем компанию здесь, в саду, вид отсюда просто замечательный.

Йорген казался довольным до безобразия: он предвкушал, как проведет день, загорая. Эрика с трудом удержалась от смеха: Йорген выглядел дурак дураком. И без того бледный, как подземный житель, он сделал все возможное, чтобы таким и остаться, — вымазался кремом с головы до ног, отчего стал еще белее, а нос дополнительно покрыл какой-то смазкой, которая отсвечивала неживым неоновым светом. Довершала всю эту икебану здоровенная шляпа с полями. Он с полчаса погромыхал шезлонгами, которые им принесла Эрика, и наконец с довольным вздохом угомонился рядом со своей супругой.

— Ох, это просто рай. Верно, Маде?

Она молча сидела, опустив глаза, и Эрика с благодарностью подумала, что, может быть, ее на какое-то время оставят в покое. Но тут приоткрыл один глаз Йорген:

— А мы не очень тебя обеспокоим, если попросим что-нибудь попить? Большой стакан сока будет весьма кстати, и Маде наверняка тоже захочет.

Его жена молча кивнула, по-прежнему не глядя на Эрику. Она полностью погрузилась в книгу о налоговом праве, как только вышла наружу, и, казалось, панически боялась получить хоть что-то похожее на загар. Догадаться об этом было нетрудно: Маделене натянула на себя брюки до щиколоток и рубашку с длинными рукавами, водрузила на голову такую же шляпу с полями и намазала нос неоновым кремом. Вдвоем они выглядели как два пришельца с неведомой планеты, которые высадились на лужайке у дома Эрики и Патрика.

Эрика пошла в дом и занялась соком. Все, что угодно, только бы не общаться с этой парочкой. Это что-то из ряда вон, с людьми более скучными ей еще просто не доводилось встречаться. Если бы накануне вечером ей пришлось выбирать: беседовать с этой парочкой или ждать, стоя на горохе, когда рак на горе свистнет, — она бы выбрала последнее. Эрика в этом ничуточки не сомневалась. При первой же возможности она собиралась высказать маме Патрика пару теплых слов насчет того, чтобы она поосторожнее раздавала их телефонный номер.

Патрик мог, по крайней мере, уехать на работу и там отдохнуть от этой парочки. Хотя, глядя на него, Эрика понимала, насколько Патрик измотан. Она никогда раньше не видела его таким обеспокоенным, так отчаянно стремящимся добиться скорейших результатов. Но и никогда прежде так много не было поставлено на карту.

Эрике очень хотелось ему помочь. Когда расследовали убийство ее подруги Александры, вышло так, что она смогла несколько раз оказать существенную помощь полиции. Но с тем делом она была связана лично и знала многих, сейчас же совершенно другая ситуация, и, кроме того, ее сковывала неуклюжесть. Ее большой живот и жара, казалось, сговорились, и в первый раз в своей жизни она вынуждена бездельничать против своей воли. У нее словно что-то случилось с головой, и мозги в ожидании работали на холостом ходу. Все ее мысли сосредоточились на ребенке у нее внутри, и все это только усиливалось по мере приближения радостного события. Она с большим трудом могла заставить себя думать хоть какое-то время о чем-нибудь другом, и ее очень удивляло, как некоторые будущие мамы умудряются работать почти до самых родов. Может быть, она не такая, как все? Но в продолжение всей беременности ее все больше ограничивал или возвышал — в зависимости от того, как на это смотреть, — созревающий, пульсирующий, быстро растущий в ней организм. Каждая клеточка наполнилась одним желанием — родить ребенка. Может быть, поэтому другие люди ее очень раздражали, они просто-напросто нарушали ее концентрацию. Она не могла дождаться того момента, когда останется дома одна. Для Эрики это теперь представлялось настоящим Эдемом.

Тяжело вздыхая, она помешала сок, добавила в кувшин кубики льда, поставила на поднос два стакана и понесла все это двум марсианам, угнездившимся на ее лужайке.

Они ненадолго заехали в Вестергорден. Ненадолго, потому что Линды там не застали. Марита несколько удивилась, когда перед ней возникли двое полицейских, но не стала расспрашивать, а вместо этого направила их в усадьбу. Уже во второй раз за короткое время Патрик ехал по длинной аллее, и так же, как и в первый раз, он подумал о том, как здесь красиво. Он заметил, что Мартин, сидевший рядом с ним в машине, просто открыл рот.

— Вот живут люди!

— Ну, не все, а только некоторые, — сказал Патрик.

— И что, они всего вдвоем в таких хоромах ютятся?

— Вообще-то втроем, если считать Линду.

— Да, гляжу я на эту избушку и понимаю теперь, почему у нас в Швеции жилищный кризис.

На этот раз, когда они позвонили в дверь, им открыла Лаине.

— Чем я могу вам помочь?

И Патрик подумал, действительно ли ему послышалось беспокойство в ее голосе.

— Мы разыскиваем Линду. Мы были в Вестергордене, но твоя невестка сказала, что Линда здесь.