Пророчество
Шрифт:
— Не подходит!
«Серый, не то».
«Слышал. Блин. О! Теона, запросите в поисковой системе, с каких языков Дархан переводится как „кузнец“, или цэцег — как „цветок“».
Гном зашуршал по клавиатуре и вскоре выдал:
— Оба слова так звучат на монгольском!
«Вывод: искомый ключ — монгол!»
— Опять мимо!
«Может, пройтись по отождествляющим связям? — подкинул идею Вотар. — Поинтересуйся, какие у кого возникают ассоциации со словом монгол?»
Я озвучила вопрос.
— Татарин! — в один голос выдали светлая эльфийка, гном и дроу, после чего все трое переглянулись.
А я икнула от неожиданности:
— И почему?
«Потому что иго было монголо-татарское, чудо ты мое нерусское», — мысленно усмехнулся Сергей.
— Да что ж такое?! И на этот раз не то! — Раздосадованный гном пнул светящуюся цветом спелой вишни оптическую мышку. Окно браузера на мониторе сменилось листингом программы перекодирования драконьих рун.
— Ё-кэ-лэ-мэ-нэ, Ба-зи-рог! — по слогам процитировала я Серого. — Кто тебя так учил вложенные циклы организовывать?!
— Ой, балбес! — звонко хлопнул себя по лбу рыжебородый коротышка, очевидно, тоже заметивший свою ошибку. — Сейчас переделаю!
Повисла долгая напряженная тишина. Не меньше чем на четверть часа. Потом непонятные каракули на дисплее заменились вполне читабельным текстом.
— Получилось, — осторожно, будто опасаясь спугнуть так долго перетасовываемые буквы, прошептал Базирог.
Но мы и без него все прекрасно видели.
Сергей.
Разгадав ключевое слово, мы ненамного приблизились к тайне орка. Бумаги, обнаруженные в доме Дархана, являлись лишь подсказками к тому, где искать тайник. Точнее сейф, вмурованный в стену за картиной, который мы и без испещренных драконьими рунами листиков обнаружили. Открыть, правда, не сумели. Ёлифрэль сообщила, что на замок наложено хитрое волшебство, и если действовать грубо (с помощью кувалды, болгарки, автогена, такой-то матери либо иных вспомогательных средств), то магия с большой долей вероятности повредит лежащие внутри вещи. Рисковать не стали, просто выковырнули стальной ящик и перетащили к себе.
И вот теперь мы узнали отпирающее заклинание — на одном из листков бурятский шаман подробно его описал. Плетение являлось общим для всех рас, зато достаточно сложным и рассчитанным на чародеев не ниже десятого уровня, но мама справилась.
— Ну и что это значит? — вынул гном очередной клочок с загогулинками лазурных ящеров.
— Не знаю, — пожал я плечами. — Скорее всего, шаман являлся большим поклонников всякого рода шарад. Вводи данные в компьютер.
— Не нужно, тут не закодировано.
— И правда, — склонилась над запиской Теона и перевела: — «Ведерко, звонко спускаясь, скачет, а поднимаясь, скрипит и плачет. В глубокой шахте вода хранится, чтоб летом знойным ты мог напиться».
— Это колодец! — вспомнил я, как читал в детстве книжку с загадками маленькой Светке.
— Так что, следующая секретная записка там? — спросил Ролтрилтар.
— Наверняка! Придется возвращаться к дому Дархана. У него во дворе как раз стоит колодец, — сказала Теона.
— Или отложим до завтра? Темно ведь уже? — предложила Ёль, потом сама же сказала: — Хотя я могу и магией подсветить.
— А нырять в ледяную воду кто будет? — поежился Базирог. — Есть у тебя в арсенале согревающее заклинание?
— Только замораживающее.
— Возможно, и не придется мочиться. Мне кажется, орк бумажку не в воду, а в щель между камнями сунул или что-то в подобном роде сотворил, — предположил я. И почти угадал. Только колодезную шахту сложили не из камня, а поэтапно вылили из бетонных колец. Так вот на седьмом ярусе сверху Дархан написал краской: «Подними кровельный материал для крыш, и новую подсказку узришь».
— Та-ак, мне это уже перестает нравиться, — пробурчал гном. — Нам что теперь весь шифер с дома сдирать?
— Зачем же весь, только один лист, — ответил я.
— А как узнать какой?
— Вон тот! — указал я на крайний слева кусок шифера. — И, думаю, его не обязательно срывать. Скорее всего, достаточно просто просунуть под него руку.
«А почему именно под этот лист?» — мысленно поинтересовалась моя курносенькая прелесть. И я, чтобы не повторять дважды, ответ озвучил для всех:
— Он единственный семиволновый.
На меня недоуменно посмотрели два эльфа и гном.
«И?» — потребовала объяснений еще одна ушастая, временно проживающая внутри моего тела.
— Предполагаю, что шаман неспроста написал загадку именно на седьмом кольце.
Снова я оказался прав! Аккуратно сложенный вчетверо тетрадный лист орк несколько раз обернул клеенкой, чтобы уберечь бумагу от погодных явлений, и запихал под волну указанного листа шифера. Текст же там степняк накарябал такой: «Дерево в саду растет, оно тайну бережет».
— Ну и какое из них? — обозревая десятка три яблонь, абрикос, груш и вишен, полюбопытствовал Базирог. — Четвертое, потому что во столько раз была согнута предыдущая бумажка?
— Да, — кивнул я. — Кроме того, только в этом дереве дупло.
На этот раз Дархан использовал пластиковый футляр от набора сверл. Свернутый в трубочку обрывок бумаги торчал на месте победитового сверла диаметром восемь миллиметров.
«По дорожке побежали, плоский камень приподняли».
— Ага! Я даже знаю, какой по счету, — усмехнулся Рол.